Саламандра (СИ)

— Тогда проведем церемонию сегодня? — Лекс не знал, как быстрее избавиться от проблемы, — сейчас, по-моему, самое подходящее время! Боги как никогда близко и все стихии отзываются по первому зову. Это будет прекрасно — порадовать богов свадьбой, когда два любящих сердца соединяются в семью! У нас тут и монахи есть, чтобы провести церемонию, и свидетелей мы найдем, сколько понадобится.
  
— Сегодня? — растерялся Трамм-старший, — но как? Где? Храм недоступен в такую погоду, и мы совсем не готовы к праздничному пиру.
— Какие условности… — отмахнулся Лекс, — могу сказать вам только одно. На этой кухне Первосвященник провел церемонию для нас со Скандом. Все произошло достаточно спонтанно, когда императоры пришли проведать сына, вернувшегося из похода, и застали его в одной кровати со мной. Сканд, как человек чести, сразу предложил мне брак, и я с удовольствием его принял. И ни разу не пожалел об этом. Я могу сказать, что такие неожиданные события, как правило, самые правильные. Как будто сами боги подталкивают нас в нужном направлении, и не стоит сопротивляться их воле.
— Э-э-э… — растерялся Трамм-старший.
— Вот и чудненько! — хлопнул в ладоши Лекс и постарался выглядеть милашкой, — проведем церемонию здесь и сейчас. Монахи, чтобы засвидетельствовать брак, есть. И, более того, можем провести двойную церемонию — и с теми монахами, и с этими. Так, чтобы ни у кого не оставалось сомнений в законности этого брака. Шкура у вас найдется?
Лекс посмотрел на обалдевших отца и сына. Сын пришел в себя первым и рванул за шкурой, позабыв о плаще, который остался сохнуть при входе. Лекс уверил растерянного отца, что пока сын принесет шкуру, они успеют подготовить жениха и все остальное, необходимое для свадьбы.
— А Сканд не будет против? — уточнил растерянный отец.
— Сканд будет рад! — засветился улыбкой Лекс, — он — человек действия, и любым словам предпочитает поступки! И потом, это прекрасно, у молодых людей будет несколько спокойных дней, когда они смогут насладиться своей любовью. Лично меня Сканд первые дни из спальни не выпускал, — Лекс сделал вид, что смущается, — такой темпераментный у меня муж… А вот закончится сезон штормов, город приведут в порядок, начнутся празднования, и тогда можно будет посетить храмы, чтобы воздать богам благодарственные молитвы. Устроить пир для родни и друзей, похвалиться красотой младшего перед всем миром. Разве я не прав?
Трамм-старший прикинул, скольких трат он сможет избежать в связи с таким скорым браком, и с радостью согласился. Официальное ухаживание было достаточно долгим, и подразумевало подарки жениху и его семье, в данном случае, семье опекунов, и расходы на саму свадьбу, согласно его статусу, грозили вылиться в приличную сумму. А при экстренной свадьбе, которую предлагал Лекс, без всего этого можно было обойтись. И, главное, перед всем миром он не будет жмотом, который поскупился на пышную церемонию, в данном случае он действует исключительно по желанию Лекса. А желания и поступки Лекса не обсуждались и воспринимались как истина в последней инстанции. Если Избранный говорит, что такая свадьба порадует богов, то кто он такой, чтобы сомневаться в словах Избранного?
Лекс захлопал в ладоши, привлекая к себе всеобщее внимание, и отдал несколько распоряжений. Все сразу пришло в движение. Олива с сестрой и своими служанками подхватили Козюля и едва ли не за шиворот потащили его переодеваться, расчёсываться и прихорашиваться. Тиро стал руководить девками и слугами. Столы опять переставили, в этот раз поставили их друг на дружку, чтобы на кухне было больше места. Ковер подтащили ближе к камину. Дети были отправлены к раненым на матрасы. Воины отнеслись к детям по-доброму, устроив, как получилось, и начали рассказывать интересную историю про походы. В итоге, дети не мешались под ногами и были заняты. Ламиль сразу потребовал, чтобы его взяли на ручки. С высоты все будет лучше видно. Лекс подхватил ребенка и пошел посмотреть, как переодевают и причесывают Козюля, он даже забрался в свой сундук и выбрал несколько украшений в качестве свадебного дара молодым.
Ламиль, насмотревшись на всеобщий ажиотаж, потребовал, чтобы и его красиво одели. Лекс сразу предложил ребенку широкий браслет с камнями, и Ламиль, схватив такую красивую игрушку, позабыл обо всем на свете. Камни были кабошонами разных цветов. Ламиль тыкал в них пальчиком и пытался лизнуть, как сладости. Лекс послал за Скандом, сообщить ему радостную весть, что попойка сегодня закончится и уже завтра в доме будет тихо и спокойно. Сам Лекс отправился переодеваться, чтобы выглядеть, как положено на чужой свадьбе. Стоило только стянуть с себя тунику, как со спины прижался Сканд и дыхнул вином и желанием.
— Какой ты молодец! — Сканд присосался к шее мужа и провел руками по животу и груди, — как ты смог все это так быстро провернуть?
Лекс вывернулся из захвата и кинул в Сканда чистой туникой, чтобы он тоже переоделся. Надевать громоздкие тоги не хотелось, и поэтому Лекс достал парные палантины и одинаковые пояса. Сканд согласно разделся и взялся уже за тунику, хитро посматривая на мужа. Лекс расслабился, не ожидая подвоха, разделся сам и уже взялся за тунику, как Сканд вдруг опять оказался рядом и схватил рыжика, совершено бесшумно, как добычу на охоте. Лекс оказался со спеленутыми руками, наполовину надетой туникой и голым задом. Муж довольно рыкнул и прикусил за плечо. Несильно, ровно настолько, чтобы у Лекса в паху потяжелело и сбилось дыхание. Он как бы и сам был не против быстрого перепиха, но на соседней кровати сидел Ламиль, и это сбивало весь настрой под корень.
— Здесь Ламиль, — прошипел Лекс и лягнул муженька, чтобы обозначить отказ, — потерпи до вечера…
— Не могу, хочу… — прошипел в ответ Сканд и пожамкал одной рукой упругие белоснежные полупопия, погладил идеальные бедра, — давай быстренько, меня сейчас порвет…
— Отпусти, а то сейчас огребешь не по-детски, — пообещал Лекс, — или ты сам возьмешь себя в руки, как взрослый, или я тебе нос разобью — боль очень хорошо отвлекает от всего этого.
— Ска, смотри, что у меня есть! — Ламиль оторвался от золотого бублика с камушками и довольно улыбался.
— Очень хорошо… — промямлил Сканд и выпустил Лекса из захвата, тот сразу надел до конца тунику и недовольно фыркнул. — А ты эту красоту Ма показывал? — Сканд довольно улыбнулся, когда малыш закрутил головой, что нет, — а ну, быстрее покажи такую красивую штучку кормилице! И Тургулу! И Тиро!
Ламиль бодро слез с кровати и довольно засмеялся, когда Сканд выпустил его в коридор. Лекс только успел увидеть, как черные кудряшки мелькнули мимо него и растворились в коридоре.
— Попался! — Сканд подхватил мужа под бедра, шустро впечатал в стену неподалеку от двери и сразу же жарко зашептал куда-то в волосы, — сахарочек, ну дай сладенького, пока я мозгами совсем не сдвинулся.
Лекс замер, пытаясь понять, что происходит и как к этому относиться. Пьяный Сканд был явно заведен не на шутку, и отступать от своего не собирался. Можно было перевести все в потасовку, но это могло перерасти в настоящую ссору. А стоит ли это того, когда твердые бедра мужа вклинились между его ног, заставляя расставить их еще шире, оставляя совсем беззащитным перед его желанием. А потом жесткие, как корень дерева, пальцы нетерпеливо подхватывают под ягодицы и вздергивают по стене выше, отрывая от пола и заставляя схватиться за крепкую шею в поиске опоры.
Сканд что-то шепчет совсем неразборчиво, жарко дыша куда-то в шею, яростно целует и прикусывает со стоном, чтобы сразу начать вылизывать покрасневшую кожу, которая стала сплошным нервом. Лекс попытался отстраниться, в доме посторонние, за стеной ходят люди, гомон голосов, а они, как школьники в раздевалке… достаточно открыть дверь, чтобы их увидеть, но член Сканда ныряет внутрь, наполняя тело истомой, и все становится неважным. Лекс скрещивает ноги за спиной мужа в попытке прижаться сильнее и удержать заданный ритм. А еще успеть заткнуть поцелуем рот, чтобы поймать хоть толику довольных стонов.