Саламандра (СИ)

— Я тоже рад вас видеть, — Лекс помахал рукой и Бэл осторожно спустился с лестницы. Крин был рядом, готовый подхватить друга в любой момент. — Хозяин, я надеюсь, у вас найдется для нас еще комната?
— Простите, уважаемый, — корчмарь недовольно поджал губы, — все комнаты заняты. Ваши люди могут освободить свою комнату, а сами поспать на сеновале.
— Принесите в комнату пару матрасов, — Тургул недовольно скривился, — мы лучше потеснимся.
  
Монахи, которые помалкивали до этого, потребовали еды. Пока служанки приносили тарелки и пузатые графины, семеро монахов поднялись на второй этаж. А потом прошли по комнатам. Они открывали двери и бесцеремонно оглядывали комнаты. Некоторые комнаты были с людьми, но нашлась и парочка пустых. Люди, которые уже укладывались спать, возмущались бесцеремонностью монахов и недовольно ругались. В одной из комнат обнаружилось несколько крупных мужчин, которые занимались сексом с прислугой. По всей видимости, это были охранники, которые таким образом скрашивали свой досуг.
Один из них решил вытолкать из комнаты наглого монаха и кинулся на него с кулаками. Но, к своему удивлению и удивлению товарищей, оказался обездвижен ловким захватом, а потом вытолкан из комнаты, и вдобавок ко всему его пнули в зад для придания ему ускорения. Товарищи сразу же с ревом бросились на его защиту, но у монахов в руках появились короткие и тяжелые дубинки. Они стремительно отбили атаку голых охранников, кроме этого, для наглядности монахи разбили пару носов крупным мужчинам, при этом, казалось, они сами даже не запыхались и не побеспокоили темень своих капюшонов, которые так удачно скрывали их лица.
— Мы нашли несколько пустых комнат, — невозмутимо сказал один из монахов, — и, кроме того, эти господа решили уступить нам свою комнату.
— Прекрасно, — Тургул хищно улыбнулся побледневшему хозяину и показательно размял кулаки, — мы займем пару пустых комнат.
— Это хозяин донес на нас городской страже, — Бэл осторожно сел за стол, — приходили стражники и требовали наши вольные. Нам пришлось отдать им наше золото, лишь бы они ушли. Но, насколько я понимаю, завтра придут другие стражники, и все опять повторится.
— Завтра утром мы будем на дороге домой, — ухмыльнулся Тургул, — пусть они у меня потребуют ваши вольные и вообще попробуют заикнуться на эту тему.
— А хозяин хитрец, как я погляжу, — Лекс обмакнул последний блинчик в тарелку с медом и сыто зачавкал, — он и с разбойниками ладит и со стражей дружит…
— Разбойниками? — насторожился Тургул, — хотя да, похоже на правду. Уж больно он нас пытался в караван засунуть, и потом, разбойнички напали прямо рядом с гостиницей. И так ловко. Видать знали, сколько охраны будет и когда выйдут.
— Ну, наши догадки — это еще не доказательство, кто-то из разбойников вполне мог заходить в гостиницу и попросту разузнать заранее, но вот страже сдавать своих постояльцев — это нехорошо. И неважно, что ты считаешь их освобожденными рабами, они заплатили за постой, а значит, ты обязан о них заботиться, а не устраивать пакости.
— Наказать? — один из монахов прислушивался к разговору, — убить хозяина, поджечь гостиницу, или поджечь и оставить хозяина внутри?
— Да что ж вы такие кровожадные… — Лекс отодвинул миску с медом, — не надо никого наказывать, жизнь сама все сделает. Вон разбойничков перебили, наверняка они дождутся и отомстят хозяину и без нас, за то, что про Тургула не предупредил. Хотя, возможно посчитали, что один человек ничего не сможет, а тут вот как вышло. Не надо брать на себя обязанность богов — казнить и миловать, люди должны помогать друг другу. Или они не люди, а звери.
— Хорошо, — монах отстранился от стола, где кушали Лекс с Тургулом и верная четверка, которая опять собралась вместе, и стал что-то энергично рассказывать своим товарищам, которые методично подъедали все с тарелок.
— Бэл, у тебя есть силы в седле сидеть? — Тургул накрыл руку Бэла сверху, тот вздрогнул и осторожно вытащил ее, — или мы можем оставить тебя с Крином в другой гостинице еще на пару дней, а потом вы потихонечку поедете домой? Мы торопимся и будем ехать со всей возможной скоростью.
— Спасибо, что беспокоитесь, — Бэл спрятал руки под столом, — я хотел бы поехать с вами, я выдержу, я сильный.
— Хорошо, — Лекс допил фруктовый узвар и зевнул, — тогда все по кроватям, а с утра на рассвете помчимся дальше.
Четверка все же решила ночевать в одной комнате, а Лекс с Тургулом опять оказались в комнате с одной кроватью. Центурион забрал единственную подушку и растянулся на прикроватном коврике, который перетянул к двери. Закутавшись в плащ, он заснул раньше, чем Лекс успел развязать платок и устроиться на кровати. За дверью опять что-то прогрохотало, послышался шум множества ног. Тургул проснулся и прислушался.
— Охранники пытались отвоевать свою комнату обратно, — центурион довольно хмыкнул, — у них, похоже, ничего не получилось. А эти монахи боевые ребята, прямо, чем больше узнаю, тем больше нравятся. Молодцы, так славно накостылять старшим, и при этом такие славные у них дубинки, надо будет попросить пару уроков, похоже, в ближнем бою неплохая вещь, — Тургул зевнул и опять улегся под дверь, — хотя, с мечом все равно не сравнится, но когда например…
Лекс так и не услышал, о каком примере хотел рассказать центурион, заснувший на половине фразы, улегся поудобнее на комковатом матрасе и, укрывшись покрывалом, благополучно заснул. Казалось, он только закрыл глаза, а Тургул его уже трясет за плечо.
— Вставай, соня ленивая, говорил, что поедем на рассвете, а сам дрыхнешь. Все уже завтракают внизу, ящеров уже седлают, а ты тут разоспался. Вставай, кому говорю…
— Ладно, встаю, — Лекс сладко потянулся, все тело отозвалось болью и усталостью. — Вот ведь гадость такая! Чем спать на плохом матрасе, лучше уж на полу. Все тело болит! В следующий раз ты спишь на кровати!
Тургул только хмыкнул и подал рыжику платок, чтобы тот закрыл волосы. Проверив, чтобы ничего не торчало, он разрешил Лексу выйти из комнаты. Монахи закончили завтракать и, подхватив котомки с едой, вышли из гостиницы. Охранники, особенно те, которые были с разукрашенными мордами, сразу стали шипеть, что эти монахи совсем распоясались и надо бы их проучить, все остальные согласно кивали и поддакивали, но при этом сидели на скамьях и спокойно ели свою кашу.
Мэл и Пин закончили завтракать и вышли седлать ящеров. Хорошо, что в гостинице они оставили в прошлый раз парочку лишних ящеров, поэтому Тургулу досталась новая самочка, отдохнувшая и готовая к дороге. Тургул быстро все сжевал и пошел проверять, как седлают ящеров и рассчитаться с трактирщиком, и вообще, поизображать ответственного старшего. Лекс поковырял невкусную кашу и отодвинул тарелку. Невкусная еда — как комковатый матрас, лучше отказаться с самого начала, чем потом мучиться.
По дороге в город на понтонном мосту им повстречался караул охраны, который очень целеустремленно двигался в трактир. Лекс только хмыкнул им вслед, похоже, кого-то сегодня ждет облом. Лучше бы они с разбойниками так разбирались! Бэл держался в седле очень уверенно, и Лекс успокоился на его счет. Проезжая по понтону, рыжик бросил в воду веточку и с удовольствием увидел, что та почти не двигается. Хорошо. Значит, новый проток расширяет себе дорогу и забирает на себя основную массу воды. Рыжик вспомнил, как вода с удовольствием намывала песчаную отмель при впадении в широкий рукав. Интересно, как скоро эта петля начнет заиливаться?
Миновав город, они встретились на вторых воротах с группой монахов, которые выехали первыми. Те растерянно осматривали остатки Шустрика. Теперь это был скорее большой ручей, чем река. Лодки с понтонным настилом разбирали и куда-то утаскивали рабы под охраной местных воинов. Ящеры спокойно перебирались через ручей, а их наездники даже не замачивали ног. Теперь вместо шумной реки остался глубокий каменистый овраг с пробегающим по дну ручьем.
  
— Хм, — Тургул рассматривал, как ящеры карабкаются вверх и вниз, а люди скользят по каменистым бокам оврага, — когда соседи узнают, что город лишился одной из своих защитных рек, они ради зловредности пойдут на Теланири войной. Он им теперь не сможет помешать в торговле, но всегда найдутся желающие с ним поквитаться за былые обиды. Ох, найдутся…