" Фантастика 2025-62". Компиляция. Книги 1-26 (СИ)

— Звать? — задумался я. Повернулся к соколу. — Скажешь что-нибудь? Предложения, предпочтения?
Сокол таинственно промолчал.
— Ладно. Будешь Телеграмом. Ты ж у меня за передачу информации отвечаешь. Сокращенно — Грамм.
Сокол недоуменно курлыкнул.
— Ну, блин! Не Телегой же тебя называть. Местные неправильно поймут. А Грамм — они даже слова такого не знают. Получится красиво, с уважением.
  
В этот раз сокол курлыкнул по-другому. Видимо, не возражал.
— Поговори с тёткой Натальей, чтобы поставили парня на довольствие, — приказал я Даниле. — Зерно, там. Мясо. Или что они едят.
— Сделаем, — пообещал Данила. Позвал сокола: — Идём, что ли? Поглядишь сам, где жить будешь?
— Свободен, — разрешил я.
Сокол вспорхнул с моего плеча. Облетел конюшню и решительно приземлился в самом правом отсеке.
— Ай, толковый! — восхитился Данила.
— Не забудь сказать, чтобы ему там окно в стене прорезали.
— Не забуду, ваше сиятельство. Самолично и прорежу.
— Владимир! — в конюшню заглянул Захар. — Ты здесь?
— Нет, я в Поречье. Данила за меня.
Данила приосанился. Захар неразборчиво ругнулся.
— Там, это… Привезли.
— Что привезли?
— Ну, что заказывал. Дуру такую железную. Чтобы туда прятать разное.
— А, — вспомнил я. — Сейф! Дело хорошее. Показывай.
  
Глава 20
 
На телеге, въехавшей во двор, стоял деревянный ящик. На вид — не сказать, чтобы очень большой. Но снять его с телеги мы с Данилой не смогли, оказался слишком тяжёлым. Кучер-доставщик доложил, что грузили «эту хреновину» вчетвером. А её ведь надо не просто в дом затащить. А ещё и поднять по лестнице в башню.
Я посмотрел на Захара:
— На грузчиках сэкономил, что ли? Доставка до подъезда, а там хоть усритесь?
Захар развёл руками:
— Извиняй. Не подумал… Сейчас в деревню сбегаю, мужиков позову.
— Погоди пока.
Интересно, сработает?
Я запрыгнул в телегу. Сел на ящик, одной рукой взялся за его край. А другой изобразил Знак перемещения.
Хорошо всё-таки, что ящик не очень большой. Иначе пришлось бы снова чинить кабину — я таки переместился вместе с ним. Всё-таки охренительно удобная штука, Знаки.
Я выглянул в окно. Посмотрел на Данилу, Захара и кучера, обалдело глядящих на пустую телегу.
— Ну? Долго я тут ждать буду? Сейф, между прочим, на место поставить надо.
Пока Данила и Захар поднимались, я, пару раз взмахнув мечом, снял с сейфа упаковочные доски. Выглядела конструкция солидно. Сундук из тёмного металла, окованный по углам и укреплённый здоровенными заклепками. Врезной замок — ключ торчал из скважины — и два подобия верньеров. Один — с цифровой шкалой вокруг, другой с буквенной. То есть, даже если ты каким-то образом раздобыл ключ, для того, чтобы открыть сейф, нужен код. Хоть и такой примитивный, но время на подбор нужной комбинации потратишь. Если сообразишь, конечно, как это сделать. И если хозяин сейфа не явится, пока будешь подбирать. В общем, по местным понятиям — штука исключительно надёжная. Молодец Захар.
Объединенными усилиями мы с ним и с Данилой отпинали сейф к стене. Волочь тяжесть по полу всё-таки куда проще, чем поднимать по лестнице.
Для чего мне понадобилась этакая махина, парни не спрашивали. Уже научились различать, какие вопросы барину задавать можно, а какие лучше оставить при себе. Деликатно свалили.
Я открыл сейф. Сложил туда свои сокровища. Пластину со знаками — насколько понимаю, на сегодняшний день самую ценную вещь в доме. Едва ли не более ценную, чем сам дом. Вот, обещаю сам себе: как только с лешим разберемся, так прям сразу рвану в Петербург. Пора уже узнать у того, кто скупает эти хреновины за бешеные деньги, что они такое. И почему так дорого стоят. Ну и в целом, столицу посетить не помешает. Интересно же.
Поверх пластины я пристроил заформалиненную руку. Интересно, а этот кусочек Лего тоже можно продать? Вдруг какой-нибудь затейник собирает. И не хватает ему именно руки и той штуки, которую я использую в качестве зарядки для амулетов.
Хотя… Об этом мире я, конечно, знаю пока не слишком много. Но что-то мне подсказывает: таким собирателем не худо бы стать самому. И сложить картинку полностью — предварительно, разумеется, выяснив, что это за дрянь и как она работает. Но это всё — в очень отдаленной перспективе. Пока мне и без Лего есть чем заняться.
Амулеты мы, к вящей радости Захара, зарядили ещё вчера. Так что зарядник я тоже с чистой совестью убрал в сейф. Запер дверцу на ключ, выставил на верньерах цифро-буквенную комбинацию.
Всё! За свои вклады могу не беспокоиться, телефонные мошенники не доберутся. Хочешь сделать хорошо — сделай сам, известная тема. Остался единственный вопрос, куда девать ключ?
Я, поразмыслив, решил повесить его на шею. Пусть всегда при мне будет. Под одеждой не видно, а на душе спокойнее. За шнурком пришлось снова перемещаться в Поречье, к торговцу амулетами. Но защиту мужик предложил надёжную, просто так с меня этот шнурок никто не сорвёт.
Я, не отходя от кассы, шнурок потестил. Результатом остался доволен. Вернулся домой и присобачил на него ключ. За всеми хлопотами не заметил, как вечер наступил.
После ужина пошёл на новую конюшню. Место для сокола там уже оборудовали с полным уважением.
Нужного размера окошко в стене, насест, чистая солома на полу. Две глиняные плошки, для еды и для воды. Красота да и только.
— Ну что, как ты? — я подошёл к соколу.
Тот курлыкнул. Видимо, разместился с комфортом.
— Давай-ка, сгоняй на точку. Там где-нибудь рядом подожди, пока совсем не стемнеет. Если уже светать начнёт, а к другу нашему Алёше не зайдёт никто, лети домой. Ну а если зайдёт — сам знаешь, что делать.
Сокол, курлыкнув, подтвердил, что знает. И выпорхнул в окно.
Я поднялся в башню. Разделся, лёг. Скоро появилась Маруся. Дома я ночевал не всегда, а уж спать ложился тогда, когда это делают нормальные люди, и того реже. Маруся такие случаи старалась не упускать.
После секса Маруся обычно переходила в режим «а поговорить». Игра шла в одни ворота: ответы ей не требовались. Поэтому я не возражал. Под мелодичный журчащий голосок прекрасно задремывал.
Так получилось и на этот раз. Я почти спал, когда Маруся вдруг испуганно вскрикнула. Я резким движением сел. Проснулся на мгновение раньше — от порыва ветра, ворвавшегося в комнату.
На резную спинку кровати опустился сокол — балконную дверь я специально оставил приоткрытой. К лапе сокола была примотана бумажка.
Я кивнул:
— Давай.
Сокол перепорхнул ко мне на колени, протянул лапу. Я отвязал послание.
«Встречу назначили нынче, ранним утром, возле старого погоста. Жду тебя».
Угу. Вовремя я, однако, парня перевербовал…
Я принялся одеваться.
— Ни минуты покоя тебе нету, — посочувствовала Маруся. — Ни днём, ни ночью!
— Ничего. Зато не скучно.
Я подмигнул девушке. Повесил за спину меч и шагнул в кабину перемещений.
* * *
Знак начертил ещё вчера, когда вместе с Алексеем побывал у него в доме. Ну, как — в доме. На постоялом дворе, где вынужденно обитал блудный сын благородных родителей. Знак я начертил в проулке неподалеку.
Алексей снимал самую дорогую комнату, с отдельным входом. В дверь стучать не пришлось — парень меня ждал.
— Тот, с кем ты встречаешься, в лицо тебя знает? — взял я сразу быка за рога. — Хотя нечисти мы, наверное, все — на одно лицо. Как нам китайцы.
— Это не нечисть. Человек.
— Почему?
Алексей показал мне аккуратно сложенный лист писчей бумаги.
«Вам надлежит явиться нынче утром, в 4.30, к старому городскому погосту. Подойдите со стороны, противоположной часовне. Товар иметь при себе».
— И что? — спросил я.
— Да разве ж нечисть писать умеет? Да ещё обращается на «вы».
Ну да, логично. Как-то и впрямь не похоже, что леший писал.