"Фантастика 2025-63". Компиляция. Книги 1-27 (СИ)
Обернулся, увидев, кто именно идёт по тропе. Это были десять крылатых золотых сгустков света. И среди них была лишь одна, темная тень, внутри которой я увидел еле уловимый проблеск белого свечения. Ребёнок держал за руку золотой сгусток света… эта была Мариат, а Тёмный — это Баркот.
Я вмиг последовал за ними по пятам, отчего Снежана прибавила шаг, не понимая, что происходит. Обогнал группу.
— Эй, ты куда, сынок? — поинтересовался Скот.
— Снежан, побудь пока с группой, я скоро вернусь.
— Х–хорошо… — отпустила она мою руку.
— Народ, идите дальше! Скоро вернусь!
Я чуть отдалился от своих, вступив на соседний переулок башен. Иду по левое плечо от Баркота, и слышу, как этот мир его ненавидит, как он его призирает…
— Они… злые, — прошептал Баркот своим тонким голоском.
— Дай им привыкнуть к тебе, — послышался добрый голос Мариат, — Я вижу в твоих глазах Свет, а это значит, что ты можешь всё изменить.
— Как именно я помогу?… Что вы хотите сделать?…
Повисла давящая тишина, и тогда Мариат ответила, отчего сзади сопровождающий строй Абсолютов дрогнул от услышанного:
— Мы сделаем тебя Абсолютом… ты станешь Истинным Светом. Если такое будет возможно, то ты избавишь две расы от затянувшегося конфликта. Ты спасёшь нас от Греха Отца. Все получат то, о чём все так мечтают… мир — как один единый народ. Невероятно, да, Баркот? — мальчик почему–то опустил голову, — Что такое? Тебе не нравиться твоя роль миссии?
— Нет… очень нравиться!… Но смогу–ли я измениться?
— Сможешь, — сжала она его ладонь, — Главное слушайся меня. Я помогу тебе измениться. У Тёмных существует такое понятие как — Родитель? — Баркот покачал головой в разные стороны, — Родитель — тот, кто выращивает несозревшее семя, дав ему распуститься на обозрев всем.
Мальчик поднял голову, и уверенно спросил:
— Ты будешь моим Родителем?…
Мариат на секунду замялась, но все же дала ответ чуть дрожащим голосом:
— Это уже определит «Высший Совет». Если скажут «мне», значит да, я буду твоим родителем, а если «нет», то «нет»… Но я буду тебя учить, поэтому мы не расстанемся.
Небеса дрогнули, и с облаков рухнул золотой сгусток света, что испускал из своей спины золотые щупальца, прямо как у меня. Он куда массивнее горожан, на нём броня, а на поясе висит меч.
— Лорд Бахомут! — сделал поклон Мариат, как и войны за её спиной.
«Бахамут!» — закричал я в своих мыслях, замерев на месте, как и силуэты.
Крылатые Абсолюты, что затопили город, припали на одно колено и все голоса вмиг исчезли. Они замолчали, не смея произносить слова в присутствия этого воина.
Шаг Бахомута отдавал некой силой. Он надвигался на тебя, как гора. В нём чувствовалась некая непостижимая сила, что давит на разум и тело.
Бахомут встал перед Мариат и чуть опустил лицо, оглядев Баркота.
— «Вершители» недовольны твоим поступком, Мариат. «Совет Света» не одобряет Тёмного в наших владениях. Верни его в ту яму, из которой вытащила.
— Нет! — Мариат закрыла собой Баркота, — В его глазах есть Свет, и ты знаешь… что это значит. Он тот, кого мы искали.
— Ты бредишь, — встал Бахамут вплотную к Мариат, — Верни его!
— Это Каргель тебя настроила против меня?… — воин не ответил, а дева продолжила, только тихим голосом, — Ты знаешь, что я права… Истинная Тьма скоро пробудиться. Ты видел то, что оставил нам Прародитель. Каргель у себя на уме, и никого не слушает. Прошу, поговори с ней, — она отошла, показав на мальчика, — Взгляни в его глаза, раз не веришь моим речам. Его глаза — истинное отражение моих слов.
Бахомут пару секунд подумал, но всё же сел на одно калено. Он схватил мальчика за подбородок и подтянул его к своему лицу.
— Видишь… в Тёмном, пробудился Свет. Это произошло, как мы и думали! У них происходит то, что твориться с нами! Но в отличие от нас, он такой единственный.
Бахомут отпустил лицо мальчика и встал на ноги.
— Я соберу Лордов — Высших Абсолютов. Мы попробуем отговорить Владыку Каргель… но это будет очень сложно. Я ничего тебе не обещаю. И лучше бы, конечно, что бы ты сама поговорила со своей Сестрой.
— Поговорю, — кивнула Мариат, — Она не понимает, что мы можем избежать… ты сам знаешь что.
— Она говорит языком силы, так было всегда… — развернулся Бахомут, и расправил свои широкие крылья, — Возможно, если вы совместите усилия, мы и правда, недопустим грядущего ужаса.
Он взмахнул крыльями, и устремился к просторам белоснежного неба.
— Истинная Тьма?… — прошептал Баркот, — Что это?
— Скоро узнаешь, — взяла Мариат за руку мальчика, и повела его дальше, — А сейчас, давай сосредоточимся на том, кто станет твоим родителем.
С этими словами, голоса и силуэты растворились, став ничем. Снова меня окружила пугающая пустота, и лишь мартышки, прыгающие по лианам, развеивали тревогу на душе.
— Вы поглядите… добрался таки! Кто бы знал, что снова свидимся. Ну как, не пожалел ещё, что вырвался из моих лап?
Я медленно обернулся, застав по левое от себя плечо Абсолюта в белой мантии и белой демонической маске с оленьими рогами. Его глаза горят голубыми огнями, в груди горит золотое пламя, а в своих черных пальцах он сжимает чёрный манускрипт и белое перо. Рядом с ним стоит мальчик в чёрном балахоне, чёрные волосы, бледный цвет кожи, глаза: Абсолюта и Тёмного. Он сжимал рукой белую мантию рогатого. Он привел его ко мне…
— Ты… умер! — дрогнул мой голос.
— Верно, — мерзко посмеялся Цикл, — Признаюсь, Дианир удивил меня… не думал, что вот так закончу. Но что поделать, раз случилось, то случилось. Я сам создал погрешность, за которой не углядеть моему взору… призрак, у которого нет судьбы.
Я широко раскрыл глаза, догадавшись:
— Ты Мысль…
— Верно, — кивнул Цикл, расправив руки в разные стороны, — То, что перед твоими глазами, последнее, что от меня осталось… своего рода, я теперь душа, что не может найти покоя. И теперь мне придётся вечность ходить по родной планете, не понимая, как мне упокоится на веки вечные… и я удивлён видеть тебя здесь. Единый ещё не настиг тебя, а значит, у тебя есть шанс обрести наивысшую силу во всех мирах.
— Говоришь так, словно рад за меня, — покраснел я от злобы, — Ты же ему потакал! Он твой господин!
Цикл сделал ко мне шаг, и приблизил свою маску к моему лицу.
— Ты ничего про нас не знаешь! Не тебе осуждать меня. Я был рождён как узник, и был таковым, пока не пришёл Баркот. Я не видел мира. Не видел света… лишь непроглядную тьму. Я был инструментом, для игр этих высокомерных Абсолютов. Они думали, что я смогу спасти их, но нет… игра приняла иные краски.
— Что?… — дрогнул мой голос, — Но разве… разве тебя не создали, что бы ты управлял судьбами людей, когда те ещё были на стадии создания?
— Управлять людьми⁈ — Цикл засмеялся так мерзко, что мне стало дурно, при этом он погладил голову мальчика, что держится за его мантию, — Кто сказал тебе эту ересь?… Люди создавались не для этого…
— Тогда… для чего? — дрогнул мой голос.
Цикл поднёс своё лицо к моему уху, и с мерзким каркающим смехом сказал:
— Догадайся, мальчишка… но скажу тебе так. Правда огорчит тебя, и даст повод сомневаться в тех, кто ведёт тебя.
— Алестер!
Я обернулся, застав в десяти метрах от себя Энигму. Она была явно озлоблена моим отсутствием и самовольничевством.
Вернув взгляд на Цикл, тот исчез вместе с мальчиком. Энигма не увидела их… словно они не хотели показываться ей на глаза.
— У нас мало времени! — подошла ко мне Ангел, — Баркот с каждой секундой становиться к нам всё ближе и ближе. Прошу тебя, не тяни время! Нужно как можно быстрее добраться до источника.
Я уставился на Энигму суровым взглядом. Она сказала, что люди создавались — как дети Абсолютов — новый виток эволюции. Но Цикл опроверг это, да и по его интонации и смеху… Абсолюты явно планировали сделать с нами нечто иное.
— Прости, — улыбнулся и последовал на соседнюю улицу, — Захотел отлить, вот и отошёл.