"Фантастика 2025-59". Компиляция. Книги 1-29 (СИ)

— Скажите, ведь скандал в любом случае неминуем? Просто либо по поводу моего падения и того, что к нему привело, либо по поводу развода. И сколько дверей будет для меня открыто, если я окажусь в доме для душевнобольных? — усмехнулась я.
— Простите, леди. Но я не могу умолчать о том, что раз ваш брак до сих пор не ознаменовался рождением ребёнка, а мы… Кхм… Мы уверены, что вы способны к деторождению, — мялся фрай Юстиас. — Возможно, мы могли бы указать в прошении о разводе именно это причиной вашего желания расторгнуть брак.
  
— Не думаю, что стоит юлить и лгать. Ведь всё равно все будут знать об истинной причине. А во всё услышание обсуждать столь личные моменты, даже если они правда, мне кажется низко и бесчестно. Мне бы не хотелось добавлять к этой неприятной истории ещё больше грязи, — ответила я.
— Леди, рад, что не все слухи правдивы и врождённое благородство вам не чуждо, — поклонился мне ювенал герцога. — Мы можем начинать процедуру развода? Дело это нелёгкое и непростое. Вам стоит рассчитывать, что в лучшем случае, решение мы получим не ранее, чем через полгода.
— Начинайте, — вздохнула я. — Надеюсь, это испытание будет мне по силам.
  
Глава 40
 
Сообщить о предстоящем разбирательстве и неизбежном скандале, я решила сама. Ради этого я даже решила спуститься к обеду вниз, в столовую, а не обедать в одиночестве у себя в комнате.
Уже спускаясь по лестнице, я поняла, что граф с сыном уже за столом, и разговор уже и без моих новостей идёт на повышенных тонах. Оба лорда совершенно не обращали внимания на то, что в доме толпа посторонних. Да, это были слуги, но это же не отменяло того факта, что все эти люди были для семьи Пембрук посторонними.
Я усмехнулась, вспомнив о вечном удивлении господ аристократов и непонимании, каким образом их тайны и разговоры становятся известны за пределами их особняков. А ведь это всё очень красиво показали в одном из моих любимых фильмов, «Гардемаринах». Пусть и мир другой, и время иное, но одно остаётся неизменным. Как только начинаешь считать себя выше других по любому из десятка признаков, ты становишься уязвим. Потому что опоры нет. Опираешься на воздух, не понимая и не видя нитей взаимодействия вокруг, ведь просто перестаëшь замечать людей вокруг себя. А они, от того, что ты не отличаешь их от мебели и не считаешь людьми, людьми быть не перестают.
Вот и сейчас старый граф совершенно не задумываясь о том, что его слышно далеко за пределами столовой, отчитывал сына.
— Девушка просто упала, я всего лишь подал ей руку, помогая подняться. Всё. — С явным раздражением ответил отцу лорд Генрих.
— Всё? В дом ты зашёл с чёрного входа, наравне с прислугой! И только через семь минут! — возмущался граф.
— А мне нужно было демонстрировать обнажённый торс у парадного входа? — кажется лорд Генрих не воспринимал возмущение отца всерьёз. — И за семь минут я могу только попить воды после тренировки и неспеша дойти до дома, а не успеть заняться с девушкой тем, на что вы здесь намекаете. Не тот вид спорта, где ценится скорость, знаете ли.
— Девушка! — зло фыркнул граф. — Служанка! Девка из сорного сословия! И ничего, поднялась бы и без твоей помощи. С каких пор ты вообще стал таким обходительным с прислугой? Лучше бы сосредоточил своё внимание на жене. Ты в курсе, что к ней приходили поверенные отца и деда? Прояви чудеса рассудительности и догадайся по какому вопросу!
— Леди беспокоится о своей безопасности. По-моему, нормальное и очевидное желание, — со скукой в голосе произнëс Генрих.
— Да что ты говоришь! Нормальное по-твоему? А если она потребует раздельного проживания? — зло шипел граф. — Ты понимаешь, что и её состояние, благодаря которому мы живём, после того, как твой брат проиграл всё, что смог, тоже будет с нами раздельно? Может, расскажешь мне на что мы тогда 'по-твоему, будем жить? А содержать имение в Аньерской провинции? И главное почти сорок человек престарелых слуг, которые служить уже не могут, а значит и обеспечивать себе пропитание, а мы не можем вышвырнуть их на улицу! Некоторые из них ещё моего отца помнят вздорным сопляком! Твоя жена единственный весомый источник наших доходов, и сейчас, когда она вот-вот хлопнет замком своего кошелька у нас перед носом, ты, вместо того, чтобы окружить её вниманием и заботой демонстрируешь манеры прислуге и целыми днями либо фехтуешь, либо занимаешься укреплением и развитием тела. Вот именно сейчас это так необходимо?
— Да, — коротко ответил Генрих отцу. — Осенью будет формирование пополнения в экспедиционный корпус Империи. Заявку на вступление в ряды корпуса нужно подать за месяц, пройдя испытания на физическую крепость и владение клинком.
— Что. Ты. Собрался. Сделать? — прозвучало среди внезапной тишины.
— Я собрался вступить в императорский экспедиционный корпус и претендовать на офицерское звание, — спокойно ответил Генрих.
— А оплачивать офицерский патент ты за счёт каких денег собрался? И как быть с тем, что ты женат⁈ — к концу вопроса граф опять сорвался на крик.
— Как вы могли заметить, брак с леди Дианой… Не сложился. И уверен, вряд ли сложится. У меня нет ни желания, ни намерения продолжать этот фарс, которым и были эти отношения всё время. — Раздался голос Генриха.
— Я рада, что вы пришли к такому выводу, лорд Генрих, — произнесла я, входя в комнату.
— Вы подслушали наш разговор? — возмутился граф.
— Боюсь, что ваш разговор слышала не только я, но и все, находящиеся в этом доме. А также жители двух окрестных улиц, если они конечно не затыкали себе уши, — присела я за стол.
— Вот как, — постелил салфетку себе на колени граф. — И что тогда вы скажете о намерении моего сына?
— Вы о желании лорда Генриха занять место офицера? — уточнила я и продолжила после кивка графа, но обращалась только к самому Генриху. — Лорд Генрих, вы понимаете, что офицер, это не просто набор определëнных знаний, владение клинком и знаки отличия на кителе? От офицера зависят и жизни, и судьбы тех, кто будет у него в подчинении и просто рядом. Это ответственность! А вы до сегодняшнего дня, по крайней мере насколько мне известно, желания связать свою жизнь с военной службой не проявляли. После окончания академии вы решили выбрать путь рантье и жить за счёт того, что принадлежало вашей семье. Не знаю, известно ли это вам, но офицер, это не должность, это призвание.
— Мне-то это хорошо известно, — приподнял одну бровь в жесте насмешливого удивления Генрих. — А вот откуда это известно вам?
— Сказал как-то очень значимый в моей жизни человек, — быстро произнесла я, чувствуя, как сердце заходится в бешеном ритме.
Я прекрасно знала и помнила именно этот жест. И эту усмешку, часто его сопровождающую. Я умела угадывать оттенок эмоции, что заставлял эту бровь приподниматься. Я видела этот, словно передающийся по наследству, жест у внучки и всех троих сыновей. Генин жест.
Мысли понеслись галопом. И взять себя в руки стоило огромного труда.
— Вздор! Мой старший сын никогда не был склонен к пустой философии, — напомнил мне об опасности моего положения старый граф.
— Знаете, ваша вера в степень моей увлечëнности вашим погибшим сыном, сильно преувеличена, — зло ответила я.
— А вы хотите сказать, что не были в него влюблены? — в голосе графа прозвучала насмешка.
— Я могу даже поклясться, что никогда не была влюблена в вашего старшего сына. И что он меня вообще никогда не интересовал ни в каком качестве! — позволила я себе перестать на секунду быть леди Дианой.
А я как никто другой знала, что меня ни один мужчина, кроме моего мужа не интересовал. Даже кавалеров времён начала студенчества я помнила весьма смутно, зато могла в мельчайших подробностях восстановить каждую встречу с Генкой, каждый разговор.
— Тогда я не понимаю, что помешало вам с моим младшим сыном быть в нормальных супружеских отношениях? — искренне удивился граф.
— Не думаю, что я та, кто должен был вам это рассказать, — решила отделаться от неприятной беседы я. — В любом случае повторюсь, лорд Генрих, я рада, что вы, как и я, не считаете нужным более сохранять видимость брака. По моему поручению, ювеналами моего отца и деда подано ходатайство о расторжении нашего брака. Сам процесс займёт много времени, но думаю, что к осени вы сможете вступить в ряды экспедиционного корпуса уже без брачных обременений. Если конечно не передумаете.