"Фантастика 2025-59". Компиляция. Книги 1-29 (СИ)
— И вот кто мне объяснит, — спрашивал в конце статьи журналист. — Для чего аристократу, отец и брат которого прославились на военной службе, так срочно вступать в легион, в который чаще всего записываются смертники, вместо каторги, и который за год трижды полностью обновляется из-за высокой смертности легионеров. И не от этой ли новости померла старая герцогиня? Что любимого сына злой пасынок отправил в толпе каторжан на верную смерть? Уважаемые читатели ведь помнят, что дикие туземцы оставляют попавших к ним легионеров на прибрежной полосе, где их заживо съедают местные крабы? И кстати, торжественного прощания с почившей герцогиней не будет. Герцогская семья объявила, что церемония будет очень скромной и внутрисемейной.
Знание этим Дю Мортом некоторых моментов заставляло вновь задуматься о его личности. Казалось, что он умудрялся одновременно вращаться в самых высоких кругах и быть рядом со мной. Ходить где-то около, слушая разговоры и отбирая те, что ему интересны.
В углу страницы была сноска от редакции газеты, что леди Сессиль Норимар пояснений о событиях в её семье не дала. Но того, что медикус Кринат и фармик Саргенс смогли успешно противостоять болезни ребёнка, не отрицала. Более того, любезно сообщила редакции, что фрау Анна, то есть я, готовила особый семейный суп, рецепт которого вообще хотела бы вывесить в аптеке, но это не лекарство. Поэтому леди Сессиль решила выполнить моё желание и обнародовать рецепт. В красивой рамке был рецепт морковного супа и способ приготовления с красочным названием "Суп Саргенсов".
Я только вздохнула. На фоне проблем, которые мне сулила эта статья, очередное присвоение открытий из прошлой жизни казалось несущественным. Помня о том, что Пенси сказала, что я чуть ли не главная героиня сегодняшней газеты, я пролистала ещё несколько страниц. И вздрогнула.
В газете была статья о пожаре в ночь с воскресенья на понедельник в порту столицы. Пострадали несколько строений в административно-деловой части порта, там где дельцы держали склады для дорогостоящих товаров и свои конторы. Среди перечисленных строений два склада и контора сорра Фрега Олди, взявшего в браке фамилию жены. Ныне вдовы Саргенс. Сообщалось, что во время разбора обгоревших завалов на территории бывших складов и конторы было обнаружено большое количество лопнувших стеклянных бутылочек. По различным сохранившимся фрагментам можно предположить, что это были бутылочки с опиумом. А также большое количество золотых и серебряных монет. Многие пострадали в огне пожара и частично расплавились. На данный момент место пожара оцеплено йерлами. Расследование случившегося под личным контролем старшего йерла Нудисла. А вот будут ли возвращены деньги и компенсированы потере вдове сорра пока неизвестно.
Я залпом допила чай и поняла, что с такими утренними газетами мне нужен не чай, а стакан спирта натощак. Пожар это знак. Знак, что за мной действительно пристально наблюдают и вражеские уши очень близко. Ведь это я в субботу утром жаловалась сорру Вильямсу, что в доме никаких тайников нет, даже за настенными панелями. А в воскресенье ночью уже полыхал пожар в порту. И судя по всему, тайники были и там, но без особой начинки из камней. А ещё, раз устроили пожар, то боялись, что найдут бумаги. Иначе в поджоге смысла нет. Огонь должен уничтожить то, что горит, а не просто привлечь внимание. Даже показать запасы опиума не побоялись. Или это две разные банды.
Нервно выдохнув я отложила газету в сторону, перевернув вверх последней страницей. Ничего интересного я там обнаружить не ожидала. Обычно там сообщалось о помолвках, свадьбах, рождении детей и смерти аристократов. Своеобразная доска объявлений с уведомлениями о гражданском состоянии знати. Но взгляд сам зацепился за мою фамилию.
"Графиня Александра Дорангтон подала ходатайство в канцелярию императора с прошением об установлении особого порядка наследования. В виду заслуг своего рода перед императорской короной и отсутствия у неё самой детей, но наличия у неё прямого кровного родственника, а именно единственной дочери её единокровной сестры Стефании фиц Дорангтон, в замужестве Саргенс, определить порядок наследования, при котором Анна Саргенс, фрау, будет наследовать имущество и титул графов Дорангтон для передачи своему ребёнку мужского пола".
— Что? — зашипела я так, что даже Лихо заинтересованно приподнялся.
— Простите, фрау, — постучала в дверь кабинета Пенси. — К вам тут пришли…
— Я сейчас выйду! — ответила я, беря себя в руки.
— Нет нужды. Мы можем поговорить и за закрытыми дверями. — Вошла в кабинет графиня. — О, вижу ты уже ознакомилась с изменениями в своей жизни в ближайшем будущем. Тем лучше.
Глава 36
— Решая за меня моё будущее, вы упустили один очень важный момент, графиня. Меня не интересует ваш титул, ваше состояние и вообще всё ваше имущество. До сего момента я вас не знала, и не сильно от этого страдала. И намерена сохранить подобное положение вещей и впредь. — Ответила я.
— Не сильно, хм… Но всё-таки страдала. — Графиня с идеальной осанкой, не смотря на возраст, легко опустилась на краешек стула.
— Вы не девочка-подросток, которая пытается заработать себе славу главной язвы улицы. — Не поддалась я. — Не желаете объяснить, что это значит? И с чего вы решили, что император одобрит передачу титула фрау, когда у вас граф Пембрук в дальних родственниках бегает?
— Ты же умная девочка, и право знаешь неплохо. Что же касается с чего я решила, что мне пойдут навстречу… Знаешь, случай не единичный. Так поступают, если не хотят, чтобы род прервался. Но риск определённый был. Но не теперь, когда моё ходатайство поддержали три герцога империи. — Улыбнулась мне графиня краешком губ. — Сессиль всегда была слишком благородна для аристократки, и обладает чрезмерным чувством благодарности. Поэтому её кузену, мужу и старшему брату, нынешнему герцогу Велмор, просто не осталось другого выхода! Ты очень вовремя спасла Марка Норимара.
— Вам-то это зачем? — в благодушие графини я не верила. — Уж извините, но в неожиданно проснувшееся в вас желание пригреть родную кровиночку, я не верю.
— И правильно делаешь. У меня его нет. — Совершенно серьёзно сказала она. — Но род Дорангтон должен жить. Наше имя и дела наших предков не должны исчезнуть, растворившись в тени чужаков. Тебе придётся сохранить всё это.
— Набор громких и напыщенных слов. Не более. — Сложила руки на груди я. — И нет, если вы решили, что можете врываться в мою жизнь и что-то решать за меня, вы сильно ошибаетесь.
— А если я буду настаивать? — заинтересовалась графиня.
— Я забуду о воспитании и вы будете совсем грубо посланы, — прямо и откровенно предупредила я.
— Дерзка и самоуверенна. Но вот что интересно. Эта самоуверенность чувствуется по особому. Словно опирается на силу и опыт. Удивительно. — Рассматривала меня как забавную зверушку графиня. — Знаешь, деточка, в моём возрасте подобные пожелания, воспринимаются уже не оскорблением, а как пожелания хорошо и интересно провести время. И на будущее, быть леди, это не значит падать в обморок от любого грубого слова. А теперь когда приступ детской истерики и топанья ножками прошёл, и можно считать, что своё фи ты мне высказала, поговорим начистоту.
— Интересно. Вы ведь прекрасно знали и о жизни вашей сестры, моей матери. И о моей. И спокойно наблюдали за всем происходящим. А теперь вдруг вспомнили о родстве? — мне стало обидно за Анни, ту девочку, которую безнаказанно шпынял выродок Олди. Вот не могла я считать его Саргенсом.
— Знала. И наблюдала. И ничего стоящего не видела. Бесхребетная, скулящая дворняжка, которую в собственном доме превратили в бесправную служанку. — Прищурилась она.
— Что же вы не заступились? — отзеркалила её прищур я.
— За кого? Если ты сама не делала попытки защитить себя и своё? Ты сама не готова была бороться даже за себя! Так почему кто-то другой должен был бороться за тебя? — задала она очень важный вопрос.