"Фантастика 2025-59". Компиляция. Книги 1-29 (СИ)

— Доброго дня, мне бы хотелось обсудить заказ на несколько комплектов штор, — сразу обозначила я цель своего визита.
— Несколько комплектов? А для каких комнат? — раздался мужской голос от входа в подсобные помещения. — Прошу прощения, я не представился, Антуан Баринс. Ательер.
— Ательер Антуан, — кажется, что этот мужчина свою работу ставил выше происхождения, как и мастер Редкинс. — Я фрау Анна Саргенс. И сейчас намерена получить наследство. Самое главное, это дом моей семьи. За время моего замужества всё пришло в негодность и запустение. Поэтому обшивать необходимо весь дом. А также скатерти, постельное бельё, полотенца и салфетки для званных обедов.
  
— Весь дом… — с каким-то заворожëнным выражением на лице повторил мужчина.
На вид ему было лет сорок. Сам он был невысокого роста, я и то, была выше. Одет был очень просто. Чёрные прямые брюки и чёрный же пиджак со стойкой. Огромные карие глаза и заметно вьющиеся волосы до плеч добавляли ему сходства со спаниелем.
— Позвольте, я вам кое-что покажу, — предложил он мне пройти в зал. — Присаживайтесь! Девочки, принесите фрау чаю!
Он указал мне на небольшой мягкий диванчик и кресло, между которыми стоял небольшой столик. Почти сразу на нём появился поднос с двумя чайными парами и чайником. Также была розочка с джемом, сливочник и вазочка с бисквитным печеньем. Принесла всё это смутно знакомая девушка, наверное та самая Мартиша, дочка сорра Вильямса. Поставив поднос, она встала рядом с дверью, готовая выполнять новые распоряжения ательера.
— Смотрите, фрау. Обычно, выбирая шторы ограничиваются только основными полотнами, закрывающими окно в тёмное время суток. Но днём, когда шторы раскрыты, они висят недоделанной рамой с двух сторон окна, — свои слова он сопровождал демонстрацией на макете окна. — Я предлагаю изменить подход к шторам. И использовать их как элемент декора!
— То есть? — уточнила я, видя, что ательер волнуется.
— Добавить нижнюю штору, — выдохнул он, как мне показалось, на мгновение зажмурившись.
На макете окна появилась знакомая мне тонкая шифоновая занавеска. Здесь я действительно ни в одной комнате очень большого дома не видела подобного. Но я, видя общее состояние, решила, что они просто пришли в негодность. А память Анни и вовсе считала их отсутствие нормой, поэтому мне не бросилось в глаза отсутствие на окне тонких занавесок.
— Хм, — я сделала вид, что задумалась. Всё-таки мне показывали что-то прогрессивное, и видимо уже не раз оставшееся без должного понимания. — А такой вариант, в одном тоне с основными шторами, это единственное возможное сочетание?
— Что вы имеете в виду? — на меня посмотрели с надеждой.
— Ну, например сочетать два цвета. Белый придаст лёгкости и воздушности помещению. Но это исключительно на мой взгляд. — Ответила я.
— О! Сочетание двух цветов можно обыграть, завершив композицию короткой шторой, сложенной особым образом! — расцветая улыбкой закивал Антуан Баринс, добавляя к макету третью рамку с закреплëнном на ней ламбрекеном.
— Знаете, вот у меня одна из частей дома, это аптека. И она выполнена в зелёных и бежевых тонах, а мебель тëмно-коричневая. — Подошла я к макету. — И вот если в этом варианте цвет основных штор заменить на зелёный, а нижнюю штору сделать светло-бежевой, то это был бы идеальный вариант. А вот в остальных комнатах, я хотела бы видеть нижнюю, или как я понимаю дневную штору белой. Единственный вопрос, а как эти шторы: нижнюю дневную, основные и короткую, крепить на окно?
— О! Это я не продумал, — лишь на мгновение задумался ательер. — Но у меня же ещё есть время?
— Конечно. Видите ли, я только начала приводить дом в порядок. И уборка отнимает у меня массу времени и сил. Так что пока я продвигаюсь очень медленно. — Не стала обманывать я.
— Не расстраивайтесь, фрау! Запустение, что вас печалит, смоется с грязной водой. А с вашим вкусом ваш дом станет эталоном! — горячо заверил меня сверкающий улыбкой мужчина.
Ательер со своими замерами тоже обещал прийти сразу после проверки. И только вернувшись в экипаж я поняла, что сама загнала себя в сроки по уборке. Ведь не могла же я показать мастеру Редкинсу и ательеру Баринсу дом в таком состоянии. А ещё я задумалась о том, что успела сегодня побывать и в банке, и в управе, и успела договориться о решении важных для меня вопросов. И за этой всей суетой не заметила, как пролетела большая половина дня и настало время обеда.
Решив, что я вполне заслужила сегодня небольшое баловство, я попросила сорра Вильямса остановиться у небольшой ресторации в начале улицы. Спустившись на дорожку перед входом, я обернулась попрощаться с сорром. И пока прощалась, заметила соскочившего с задника экипажа и быстро убежавшего в кусты чёрного котёнка.
— Фрау желает отобедать или лёгкое чаепитие? — отвлёк меня тут же появившийся официант.
— Отобедать. И завершить вне всяких сомнений прекрасный обед лёгким чаепитием, — настроение у меня улучшилось настолько, что даже усталость от сегодняшних разъездов исчезла.
— Могу рекомендовать сливочный крем-суп из сморчков, их сезон почти закончен, сегодня последний день, когда они в меню. — Подал мне меню молодой парень. — Пряное мясо по-терраскански с овощами сегодня нашему главному повару особенно удалось.
— Отлично, буду благодарна за оба блюда. — Даже не стала открывать меню я. — А не подскажете, есть ли у вас среди сладких блюд, что-нибудь шоколадное?
— Насколько шоколадное? — уточнил официант.
— Что-то совсем шоколадное с шоколадной прослойкой и украшенное шоколадом, — обозначила я требования.
— Имперский торт. Он хоть и носит название нашей столицы, но на самом деле просто гимн шоколаду, — заверил меня официант.
— И нескромный вопрос. Я знаю, у вас можно заказать блюдо с собой. А есть ли у вас рыбные блюда? — поинтересовалась я.
— Северная уха на сливках и томлëная форель. — Тут же прозвучало в ответ.
— Я бы забрала и то, и другое. — Кивнула я.
Расправляясь с действительно необыкновенно вкусными блюдами, я надеялась, что не ошиблась в своих предположениях. Я оплатила счёт, и получив заверения, что мой заказ доставят на домашний адрес в течении часа, отправилась домой.
Я шла, напряжённо вслушиваясь в свои ощущения. И улыбнулась, почувствовав легкий укол той самой, особенной чуйки, что есть у каждого старого чекиста. Просто те, кому не посчастливилось ею обладать, до старости не доживают. Обернувшись, я пристально и внимательно осматривала улицу. Увидев желаемое, я совершенно открыто подошла к чëрному котёнку и присела на корточки.
— Ну, и как долго мы будем делать вид, что не знакомы? Лихо, у тебя совесть есть? — спросила я у котёнка, переставшему старательно намываться.
  
Глава 16
 
Лихо одним прыжком оказался у меня на груди. Опëрся задними лапами в мою руку, согнутую в привычном жесте, и вытянулся так что мордочка лежала на моей груди, а лапы почти доставали ключиц. Любимая поза времён кошачьего лиховского детства. Да и в последнем видении мы именно так закончили жизненный путь.
Сейчас я только немного приподняла кошачью морду, чтобы убедиться, что в этой жизни у Лиха оба глаза здоровы.
— Ну, и уже хлеб. Пойдём домой. Он у нас теперь большой, только его ещё и отстоять надо. Ну, и отмыть. Но вдвоём-то мы справимся? — тихо спрашивала я под почти оглушающее мурлыкание.
Я едва успела вернуться домой и устроить Лихо внеплановую помывку за все мои волнения последних дней. В конце концов, как говорил мой папа, даже самая умная и покладистая женщина имеет право на нЭррвы. Вот эти самые нЭррвы у меня сейчас и решили расшалиться. Лихо тоже видимо переживал, потому что время от времени выгибался, чтобы потереться головой о мою руку.
Стук дверного молотка раздался аккурат в тот момент, когда я опустила завëрнутого в полотенце Лихо на кухонный стул. Посыльный передал мне большие коробки и напомнил, что за возврат посуды мне будет возвращена залоговая стоимость, которая была прибавлена к цене блюда с доставкой на дом. Заверив мальчишку лет двенадцати на вид, что непременно верну, я закрыла дверь и понесла полученные коробки на кухню.