Последний день магии. Душа лишенца

Солнце опускалось быстро. Лето подходило к концу, дни становились короче.
– Повсюду август! – заметил Рик.
– Ты о чем?
– Да так.
Вэл не стал дожидаться полной темноты и закинул сумки на коня, когда солнце застряло в нескольких сантиметрах от линии горизонта.
– Пока доедем, как раз время подойдет! – оправдался Вэл, но сам себе признался, что не хочет больше ждать. Хватит с него приключений и самостоятельной жизни! Хотелось просто прийти к папе и обнять его, зная, что он скажет пару успокаивающих слов, улыбнется, и все станет как прежде. И даже с мамой Вэл помирится. Все вернется на круги своя, ведь теперь у него снова есть магия.
– Вот черт! Рик, дальше пойдем пешком.
– Что такое?
– Там ярмарка… Еще одна! – Вэл выглядел обеспокоенным.
– Думаешь, та же, в которой мы были?
– Скорее всего, нет. Но если там были предатели, то почему бы им не быть и здесь? В любом случае, нам лучше держаться как можно незаметнее. Мистер Конь, как быть с тобой? Подождешь нас здесь, не убежишь?
Зверь безразлично обмахивался хвостом и глядел по сторонам.
– Ты слишком хорошо думаешь о нем, – сказал Рик. – Ему лишь бы брюхо травой набить, а делать это посреди города или в темном лесу – без разницы.
– Тем лучше. Значит, не сбежит, – решил Вэл и невидимой веревкой привязал коня к дереву. Они были на окраине города, но уже оттуда виднелись огни костров и цветные палатки, которые так любят расставлять торговцы. В одной из них находится и отец… Вэл еще на подходе к городу рассеял полупрозрачные силуэты, по которым нашел отца. Найти кого-то другого таким образом и на таком большом расстоянии вряд ли бы получилось, но родственникам было проще поддерживать магическую связь. Кто-то поговаривал, что это из-за кровного родства, другие рассказывали про душевную связь.
– Идем! – скомандовал Вэл и двинулся вперед.
– И зачем ты это сказал, если я сижу на твоем плече?
Вэл не ответил. Сейчас он вообще мало задумывался над своими действиями и старался только удержаться и не рвануть вперед со всех ног.
По улицам бегали ребятишки, снося по пути прохожих. После ярмарки соседи часто ходили друг к другу домой, хвастаясь купленными вещичками, поэтому улицы наполнялись людьми, как никогда. Вэл редко бывал в других городах, но за свое короткое путешествие успел заметить: все дома, даже в разных поселениях, похожи друг на друга. Каждый украшен либо резными ставнями, либо просто старается выглядеть богато. Теплые оттенки цвета, аккуратный заборчик. Обязательно – искусственные цветы в горшочках на подоконниках. Для разнообразия не хватало хотя бы маленькой полуразрушенной избушки, которая делала бы облик города хоть немного необычным. Иногда встречались постройки лекарей – их можно легко отличить по огромному символу, нарисованному над дверьми: два пересекающихся круга, один из которых выделялся алым цветом. Всем известный знак, символизирующий душу и тело в человеке. В данном случае красный круг обозначал тело, ведь именно им занимаются лекари.
Вэл брел среди домов, по привычке заглядывая в окна. Зашторенные или темные окна он пропускал, у остальных даже немного замедлял шаг. Ему нравилось наблюдать счастливые семьи, которые ужинали за одним столом или принимали гостей. На одном подоконнике сидела задумчивая девушка и смотрела в окно. В другом доме бегали дети, кидая чем-то друг в друга. Все, у кого вместо неба над головой была крыша, веселились.
Дорога привела его прямиком к ярмарочным повозкам и палаткам. Вэл взглянул издалека на нескольких людей, но не узнал их. Впрочем, он и без того был уверен, что отца нет среди тех мерзавцев. Возможно, это другие мерзавцы.
Стараясь не привлекать внимания, Вэл вскинул руку, и из земли вырос рослый силуэт отца. Он нес что-то на плече, оглядывался и наконец прошел вдоль повозок, завернув за одну из них. Вэл следовал за ней, но на него никто не обращал внимания. Несколько мужчин бросили взгляд в его сторону, но, увидев клеймо на шее, отворачивались: мальчишка без магии даже нахулиганить не сможет.
Наконец Вэл подошел к одной из повозок. Рядом стояло несколько громадных знакомых сундуков. Над одним из них склонился мужчина, разыскивая что-то. Вэл видел только его спину и сильно отросшие светлые волосы, собранные в хвост. Наследственная черта, которая выделяла Алана, а теперь и его сына Вэла среди сотен шатенов и брюнетов.
– Папа? – тихо позвал Вэл. Повозка скрывала их от посторонних глаз. Полупрозрачная тень отца, будто осознав, что цель достигнута, растворилась в воздухе.
Мужчина вытащил голову из повозки, распрямился и повернулся. Вэл не ошибся. Чуть обросший, поправившийся на настоящей пище, но все-таки это он. Папа.
Алан поднял руки. Вэл понял призывающий жест и бросился в объятья.
Его отрезвила звонкая обидная пощечина. Щека вспыхнула жаром, а Вэла отбросило в сторону.
– Папа!
– Как ты посмел? – глаза отца мгновенно заблестели, поймав отражение нескольких костров. Вэл решил, что тот удар был случайностью, ошибкой. Но Алан никак этого не выдавал. – Как ты посмел сбежать?
Вэл понял, что папа уже в курсе. Не удивительно, прошло две недели, а мать, должно быть, связалась с ним сразу. Вот беда: они не могли найти сына, потому что у него не было магии: для связи нужны две стороны.
– Папа, у меня отняли магию! Взгляни! – Вэл отогнул ворот так сильно, что одна пуговица оторвалась и отлетела. – У меня клеймо!
– Это не повод убегать! Как ты посмел? Твоя мать…
Отец злился. Вэл узнал жест – сжатые кулаки, будто едва сдерживает себя. Он и сам иногда так делал.
– Да не нужен я ей такой! Если бы я пришел домой без магии… Но сейчас же все в порядке, а? Я смог вернуть магию – единственный во всем мире! – Вэл плакал, не скрываясь. Подходить к папе он боялся. – Теперь все будет как прежде!
– Ничего не будет как прежде! – отрезал отец. Он бессильно прислонился спиной к повозке и прижал ладони к глазам, пряча лицо. Вэл всегда думал, что его отец не умеет плакать. Как и любой другой мужчина.
– Почему? – тихо спросил Вэл. Он еще не понял, что случилось, но по телу уже пробежали мурашки сомнения. – Почему не будет, папа?
– Эльзы больше нет. Ты мог бы быть опорой для матери, причиной жить, но ты сбежал.
– Нет, это же не правда! Она же сама…
– У нее исчезла магия. В тот же день, что и сын, – отец говорил тихо, и от этого было еще страшнее. Вэл вжался в телегу за спиной. Ему казалось, что он попал в какой-то кошмар, и он усиленно пытался проснуться. Рик крепко вцепился в плечо хозяина, всем телом чувствуя его страх. Страх, что все это правда. – У нее пропала магия в тот же вечер. Она осталась одна, винила себя в твоем побеге. Металась по улицам, ища своего мальчика, родного сына с магией или без! Она бросалась на людей, спрашивая, мог ли ты узнать о ее потерянной магии и поэтому сбежать? Ты исчез, и сейчас уже не важно, почему. И теперь ты смеешь приходить ко мне, прося прощения?