Нуария

– Каким образом?
– Я сказала местной шпане, что заплачу им десять тысяч, если они подожгут эту развалину сегодня ночью, – гордо заявила разаведчица.
Из спальни раздался грохот – бедный Аркадий Романович упал с кровати:
– Ты что? Это уголовное преступление, – закричал он, – немедленно отзови их.
– Поздно, они уже там, – ответила Настасья Петровна.

Хулиганы, которым было обещано вознаграждение за акт истинного вандализма, зашли в дом через дверь во дворе. Ребят было четверо, а чтобы поджечь дом, они прихватили с собой бутылку с жидкостью для разжигания костров. У одного из них был фонарик, он шёл впереди, освещая дорогу.
– А чем старухе этот дом мешает? – спросил один из них, когда они зашли в комнату через окно под аркой.
– Какая разница, спалим его и всё, – бездумно пробормотал впередиидущий.
– Сжечь этот замечательный дом! – Да как вы только могли подумать об этом? – возмущенно вскрикнул дедушка «В», так кстати заметивший непрошенных гостей. И вдруг невероятная сила швырнула хулиганов в сторону и прижала к стене в нескольких сантиметрах от пола.
– Что происходит, кто тут? – завопили ребята.
– Кто я? – прогремел в комнате громогласный голос жителя тьмы. Хулиганы мгновенно замолчали, в тускло освещенной светом фонарика комнате, в воздухе перед ними появилась страшная чёрная фигура. – Я – ожившая тьма!
Крики ужаса прокатились по всей улице. Тем, кто успел выглянуть в окно, удалось увидеть, как четыре старика, бежавших с легкоатлетической чемпионской скоростью, пересекли Пожарский переулок и исчезли из виду в направлении Остоженки.

– Ты это видел? – выдохнула Настасья Петровна.
Сидящий рядом Аркадий Романович опустил бинокль:
– Да, видел. Похоже, в доме ничего не горит, можно вернуться в кровать.
Генерал в отставке поднялся со стула и отправился в спальню.
– Тебя совсем не волнует, что с ними случилось?! – воскликнула супруга.
Аркадий Романович остановился:
– Дорогая, признаю, с домом что-то не так. Там что-то непонятное, может, опасное, но совершенно безвредное, если не трогать, – И демонстративно указал на супругу пальцем. – Мы уже не молоды, и нам не нужны лишние проблемы. Давай оставим этот дом в покое, а от шума просто купим тебе «беруши». Я пойду спать, советую и тебе поступить так же.

Тем временем в доме №3 тоже активно обсуждали инцидент.
– Ты перестарался, «В»! Они аж поседели, – упрекнул Шум.
– Когда я услышал, что они хотят поджечь твой дом, я очень сильно разозлился. Куда важнее узнать, откуда взялись эти четверо?
– Они упомянули «старуху», – вспомнил домовой, – может, их наняли?
– Тогда возможно, что попытки будут продолжаться, – заключил дедушка, – нужно выяснить, кто стоит за этими пакостями. Одна подозреваемая уже есть.
– Кто? – недоуменно спросили Женя и Шум.
– Сейчас сюда идет одна пожилая женщина из дома напротив, – сообщил дедушка.

Настасья Петровна так и не смогла оставить дом в покое. Интерес к тайнам был выше её сил. Она надела шубу поверх ночной рубашки, сапоги и вышла на улицу. К заветному дому она подкралась на цыпочках, осторожно заглянула в окошко под аркой.
Дедушка «В», Женя и Шум наблюдали за всем этим с крыши соседнего дома:
– Что будем делать? – спросил Шум. – Её пугать нельзя.
– Я даже не знаю, как лучше поступить, – признался дедушка.
– Можно я попробую? – с уверенностью предложила Женя.
Домовой и дедушка посмотрели на неё с удивлением:
– Попробуй, – сказал «В».

В комнате под аркой было совсем темно, и Настасье Петровне, конечно, увидеть ничего не удалось.
– Вы что-то ищите, бабушка? – раздалось из темноты.
Бывшая разведчица повернулась на голос. В нескольких шагах от неё, перед входом в арку, стояла маленькая девочка в чёрном плаще, та самая, которую она видела несколько месяцев назад.
– Мне интересно, что тут посреди ночи делает такая маленькая девочка, как ты, – ничуть не испугавшись, сказала Настасья Петровна, чем проигнорировала заданный ей вопрос.
Женя ответила правду:
– Я делаю уроки, у меня утром контрольная.
– Ты занимаешься здесь? – Настасья Петровна указала рукой на дом №3.
В ответ она получила кивок головы и глухое «угу».
– А где твои родители?
– Их здесь нет, а что я здесь, они тоже, конечно, не знают, – мило улыбнулась девочка.
Настасья Петровна поморгала, потрясла головой и сказала:
– Пойдем со мной, девочка, мы вернем тебя домой.
– Хорошая мысль, – поддержал супругу Аркадий Романович; не сумевший отпустить жену одну в ночь, – вернем девочку домой, и не будем лезть в старый разваливающийся дом, который иногда шумит по ночам.
– Не надо, я сама могу это сделать и непременно вернусь домой утром, – Женин Плащ зашевелился, её глаза исчезли, тело стало чёрным, и она пропала для Рыбкиных. – Мы постараемся не шуметь по ночам, и, пожалуйста, не присылайте больше поджигателей, – услышали супруги напоследок.
– Ты видел это Аркадий, – сказала Настасья Петровна твердым голосом.
Аркадий Романович помедлил с ответом. Ничего не понимая, он смотрел на то место, где всего несколько секунд назад стояла маленькая девочка. Когда он всё же поднял глаза, то сказал следующее:
– Ну, они пообещали, что шуметь больше не будут. Думаю, мы можем пойти домой Насть.
Настал черед Настасьи Петровны долго молчать:
– Аркадий ты в порядке? – спросила она, наконец.
– Не совсем, – признался отставной генерал: – Но мы не специалисты по полтергейсту, мне, лично, холодно. А если они снова расшумятся, мы можем ещё прийти их попросить, чтобы тише себя вели.
С тем, что было холодно, Настасье Петровне пришлось согласиться, и она последовала за мужем домой, а в голове крутилось лишь одна фраза: «специалисты по полтергейсту».

После ухода Рыбкиных наши герои вернулись в дом, избежавший очередного пожара.
Ты попросила их, больше так не делать. Послушают ли они? – рассуждал Шум.
Не знаю, но нам надо меньше шуметь, я обещала, – сказала Женя.
Да, надо бы вернуться к урокам, – сказал дедушка, протягивая внучке тетрадку.

К утру Женя была готова к контрольной. В школу её отвезла мама, а дедушка «В» проводил их до входа, где они встретились с Колей и его дядей.
– Вы часто водите Колю в школу? – спросила Женина мама после приветствий.