Скверная кровь

– У меня её нет.
– Где ты родился?
Я придумал название деревни, заявив, что это недалеко от Ильмы.
Фируз продолжал расспрашивать меня о родителях и о том, какое я получил образование.
Мне пришлось соврать, что родители умерли, когда я был совсем маленьким и меня воспитал дядя. Что он был очень учёным человеком. Дядя меня научил читать и писать, но вскоре тоже умер. И я остался один на всём белом свете.
– А как же твой шарлатан, так называемый целитель? Ты сказал Рувину и Фариду, что он твой отец.
Я чуть было не застонал. Это я совершенно упустил из виду.
– Он другой мой дядя. Я называю этого человека отцом, но на самом деле он мне не родной отец.
– А что ты знаешь о рейнджерах леса?
От этого вопроса у меня почему-то пересохло во рту, и я, подавившись лепёшкой, закашлялся.
 
Глава 15. На службе у его величества
– Так что ты знаешь об этих тёмных воинах?
Прежде чем я ответил, господин Фируз приказал Рикусу:
– Достань меч. Если он солжёт, отрубишь ему кисть руки.
«Ну вот, ещё один человек, который подозревает меня во лжи и хочет поизмываться надо мной. Ох уж этот сюжет! Когда же меня наконец изрубят на кусочки?» – думалось мне, пока я давился кашлем.
Господин Фируз в третий раз повторил вопрос, и мне пришлось рассказать всё, что я знал и видел:
– Я обидел одного эльфийского друида, который предсказывает судьбу, бросая кости. Я посмеялся над ним при всех, заявив, что он обманщик. Когда я уходил, он сказал мне, что меня убьют, когда восстанут рейнджеры леса.
– И это всё, что тебе известно?
Я заколебался, и Рикус тут же обнажил меч. Пришлось поспешить с ответом, потому что мне слишком хорошо было известно, как искусно владеет мечом этот человек.
– Мне довелось стать свидетелем ужасного зрелища…
Я рассказал им о той ночи, когда случайно увидел церемонию жертвоприношения. Ещё осмелился озвучить своё предположение, что жертвой оказался тот самый ловец, который прервал праздник и потешное сражение рейнджеров.
– Интересно, – обронил господин Фируз, с трудом скрывая возбуждение. – Похоже, Рувин, – так он по-прежнему называл Рикуса, – этот парнишка наткнулся на гнездо фанатиков, которых мы разыскиваем.
– Должно быть, этот колдун здорово его напугал, если бедняга поверил, будто на него напал зверь-оборотень.
Рикус спрятал меч в ножны, а господин Фируз задал мне ещё десяток вопросов, на которые я отвечал охотно и подробно.
Когда я выложил ему всё, что знал, господин Фируз улыбнулся мне и сказал:
– У тебя поразительная память, Амадеус. Несомненно, это объясняет твою способность к языкам и другим наукам, хотя ты никогда не ходил в школу. Ты, конечно, полукровка, а не чистокровный эльф.
Я бросил взгляд на Рикуса, но по выражению его лица, как обычно, было трудно что-либо прочесть.
– Ты полуэльф, но умеешь подражать манерам и речи эльфов, – господин Фируз погладил свою бородку, – и имперцев. Будь ты, когда мы беседовали при первой встрече, одет в имперское платье, я не усомнился бы, что ты родился за пределами Калиона, в сердце империи. Но ты неисправимый лгун и вор. Даже когда тебе грозила петля, ты осмелился солгать мне, заявив, что якобы не сумел добыть сокровища. Ты будешь отрицать это?
– Господин Фируз, – жалобно промямлил я и стал выворачивать карманы с золотыми бляшками. – Это всё, что я смог забрать…
– Я думаю, этот маленький негодник должен получить сто ударов плетью, – сказал Рикус. – Это научит его уважать королевский закон.
– А сколько плетей научат уважать закон тебя? – спросил господин Фируз.
Рикус сделал вид, будто увлечённо рассматривает свой сапог.
– Теперь вы оба поработаете на корону, – вдруг заявил Фируз. – Эти древние эльфийские воители, как они себя называют, хорошо известны королю Калиона. Они представляют собой небольшую, но способную к решительным действиям группу эльфов, которые вознамерились перебить всех имперцев и захватить власть в стране.
– Дайте мне сотню людей, и я принесу головы всей этой своры, – заявил Рикус.
– Ты не справился бы, даже имея тысячу солдат. По той простой причине, что никогда их не найдёшь. Рейнджеры леса тщательно маскируются. Днём это обычные эльфы – крестьяне или работники в усадьбах. А по ночам они совершают тёмные обряды и убивают людей – имперцев и эльфов, которые не выступают против королевской власти.
– Они убивали имперцев? – удивился Рикус.
– Как минимум десять человек, а может, и больше.
– Я никогда ни о чём подобном не слышал.
– Король намеренно скрывает эту информацию, чтобы не возбудить среди людей панику и не распространить славу культа…
– Тогда давайте будем поджаривать пятки этому чёрном магу, пока он не назовёт имена своих сообщников, – предложил Рикус.
– Он ничего тебе не расскажет. К тому же его ещё надо найти. Правды ты от него не добьёшься, но если поймаешь негодяя за его чёрными делами, мы сможем его повесить.
– Я всё понял, господин. Но ведь будучи имперским аристократом, я не знаю языка этих людей и не разбираюсь в их обычаях. На поиски мага лучше послать этого молодого человека. Ну а когда он найдёт оборотня, то пришлёт мне весточку… – Рикус осёкся, увидев, что господин Фируз покачал головой:
– Сдаётся мне, лучше, если ты будешь поблизости, когда паренёк обнаружит убежище рейнджеров. Только таким образом ты сможешь защитить его.
Рикус улыбнулся мне, но его глаза оставались сердитыми. В тот момент я понял, что ему прекрасно известно, что я тот самый парнишка, ради которого он отрубил голову человеку.
В тот же вечер, собравшись вокруг костра, на котором готовился ужин, мы получили от господина Фируза дальнейшие инструкции:
– Вам надлежит отправиться в тот эльфийский городок, где ты, Амадеус, наблюдал за жертвоприношениями. Там выясните, где обитает этот оборотень. Кроме того, сгодятся любые слухи. Мы хотим знать о рейнджерах леса всё, нам важна каждая крупица информации, которую вы сможете раздобыть. При этом вы никоим образом не должны в разговорах упоминать о древних воителях. Если вы обмолвитесь о них в присутствии не тех людей, вам перережут глотку. Вместо того чтобы лезть к людям с вызывающими подозрение расспросами, просто слушайте. Ты ещё мальчишка, – сказал мне господин Фируз, – и эльфы будут говорить при тебе свободно, чего не стали бы делать в присутствии взрослого человека, даже своего соплеменника. Держи ухо востро, рот на замке, а ноги наготове, чтобы в любой момент быстренько бежать подальше.
Пока он говорил, Рикус тренькал на гитаре и попивал вино из кожаной баклаги.