Хулиганка для майора
– Позже обязательно продолжим. Как только я заберу свои наручники!
И меня словно пыльным мешком по голове ударили. С головой затопил стыд от мягкого укора в его голосе. Это было намного хуже, чем когда ругался Серёня, хотя Захар не сказал ни слова упрека. Он просто посмотрел – и мои щеки стали пунцовыми и внутри все сжалось.
– Прости, – прошептала я, упираясь лбом в его грудь.
Давыдов молча меня обнял, запуская ладонь в волосы, и легко их потрепал.
– Не получается у меня на тебя злиться, – признался он.
– Что мы будем делать?
– Побудешь сегодня следователем.
– Правда? И на допрос возьмешь? – оживилась я.
Захар тихо выдохнул, перевел взгляд к окну и снова посмотрел на меня:
– Ты неисправима.
– Пожалуйста, – взмолилась жалобно.
– Ладно, – согласился он. Позвонил кому-то и велел привести бородатого к нему в кабинет.
Дверь Давыдов оставил открытой, а мне указал на свободный стул у стены.
– Матушка роща… Вы что здесь делаете? – услышали мы за спиной голос дядюшки. – Нет, молчите, я сам угадаю. Аннушку снова задержали? Что на этот раз? Граффити? Драка? Поджог?
– Скудная у тебя фантазия, Ромашов, – хохотнул Захар, – Аннушка преступника поймала. И, пожалуй, я поддержу ее идею переводиться на юридический. Пойдет к нам работать, будет оперов гонять.
– Свят, свят, свят, – сплюнул Сережа, хотел перекреститься, но передумал. – У меня контрпредложение – после универа сразу в декрет. А потом еще в один. Кого ты поймала, катастрофишна?!
– Бородатого! Который маму ограбил!
– Зашибись! Папа уже знает? – продолжал уточнять Серёня.
– Нет. И не надо его волновать!
– Ладно, волнуй теперь Зохана, – засмеялся дядюшка. – Вы домой?
– Нет. Аня хочет на допрос.
– Аааа, ну раз Аня хочет, тогда конечно, нужно проводить, – с издевкой произнес Сережа и подозрительно глянул на Захара. – А ты теперь исполняешь все, что Аня хочет, или есть ограничения? Я просто уточнил, – выставил он ладони перед собой, встретившись взглядом с Давыдовым.
– Я сам разберусь, – с нажимом ответил Захар. – Ты уже написал заявление на перевод?
– Да. Полкан был в ауте, – тут же переключился Серёня.
В этот момент двое парней ввели в кабинет бородатого. Его запястья все еще были скованы за спиной. На лице застыло трехтонное презрение ко всем присутствующим.
– Я без адвоката ничего не скажу, – тут же заявил он. – Мне положен один телефонный звонок.
– Захар, а давай мы представим, что я его еще не привезла, и еще часик в багажнике покатаем? – воодушевленно предложила я. – Или пусть говорит, куда чужие деньги дел! У мамы бариста не миллионы получает!
Бородатый перевел взгляд на меня, округлил глаза и сглотнул. Сережа возвел очи горе, а Захар хмыкнул, пряча смешок.
– Я готов рассмотреть вариант перевода в юристы. Гены, что поделать, – рассмеялся Серёня.
– Я на вас в прокуратуру заявление напишу, – подал голос бородатый.
– На кого конкретно? – осведомилась я.
– А тебя и твоих друзей я запомнил, – процедил он, гневно глядя на меня.
– И правильно сделал!
– Так: угрозы сотруднику полиции при исполнении, – пустился перечислять Захар, буравя бородатого нехорошим взглядом, – кража в особо крупном, мошенничество. Со сломанными ногами, конечно, полежишь в больничке, а потом по этапу сразу на Колыму.
– Угрожаете?
– Ставлю в известность, – махнул рукой Захар. – Садись, Виктор Трофимов, протокол составлять будем.
Виктор вздрогнул, покосился на меня, но на стул сел. Захар включил компьютер и начал задавать стандартные вопросы. Сережа посидел минут пять и ушел к себе.
Спустя час я буквально не знала, чем себя занять. Допрос оказался скучнейшим занятием. Я зевала, ерзала, ковыряла пальцем джинсы на коленке и даже полистала Уголовный кодекс, а они все еще беседовали. Пришла крамольная мысль спуститься вниз и снова поругаться с дежурным – хоть какое-то развлечение. В итоге я просто задремала, прислонившись головой к стене.
Проснулась, когда услышала движение в кабинете. Парни уводили бородатого, а Захар в упор смотрел на меня.
– На задержание поедешь? – уточнил он.
– А потом опять допрос? Нет уж, – замотала я головой. – Лучше вызови мне такси, я домой поеду.
– Поехали, сам отвезу, – ответил Давыдов, подозрительно отводя взгляд.
Я поднялась, потирая сонные глаза, мы закрыли кабинет и отправились на улицу.
Глава 40– Ром, ну давай поменяем специализацию? – пристала я к лучшему другу.
– Совенок, мне без разницы, – хмыкнул он, – все равно вряд ли у нас получится найти работу по профилю.
– У нас все получится. Но криминал – это скучно!
Мы сидели в кофейне матушки в полном составе: я, Марья и Роман. Друг только что передал смену своему коллеге и расслабленно попивал капучино.
– А не ты ли в том году убеждала меня, что криминал – это очень интересно? – приподнял он бровь.
Марья молча сопела рядом и вяло ковырялась в тарелке с пирожным. Ей очень не нравилось, что я встречаюсь с Захаром, и подруга не скрывала своего недовольства. Давеча ночью она увидела в окно, как Давыдов привез меня домой после допроса, и с самого утра фурией появилась на пороге нашей квартиры. Хорошо, что в тот момент как раз звонил Ромашка, чтобы пригласить нас вместе пообедать.
– Я ошибалась, – горячо заявила я, махнув ложкой в воздухе.
– А я говорил, – не преминул напомнить Роман.
– Но все меняется…
– Давыдов не меняется, – не выдержала Марья.
Я закатила глаза и тихонько фыркнула.
– Мань, зря ты так, – обратился к ней Рома, – я тоже против был, пока их вместе не увидел.
– Ой, фсе! – Марья смешно сморщила нос и махнула рукой.
– Его даже Анин дед принял, – продолжал убеждать ее Ромик.
– Да ладно? – тут же недовольство на лице подруги сменилось живым любопытством.
– Да, они даже созваниваются, – подтвердила я, решив не акцентировать внимание на том, что дед звонил исключительно чтобы узнать, как идет расследование.
Можно было еще добавить, что с тем же намерением Захару звонил и папенька, но я посчитала это неуместным.
Парни из отдела быстро арестовали двух подельников бородатого, и расследование шло полным ходом. Учитывая, что подключились папа и дед, троим аферистам светили очень приличные сроки. Деньги пострадавшим пока не вернули, но папа обещал – значит, обязательно вернут.