Бывших учителей не бывает, или Перевоспитаю всех! (СИ)

– Неужели, передумала? – женщина по-своему истолковала моё молчание. И я отчаянно замотала головой из стороны в сторону. Разве же от такого отказываются? Да ни за что! Впрочем, радость моя была мимолётной. Я вспомнила о том, что не так уж и просто мне вернуться, ведь… 
– Я благодарна вам за предложение, – произнесла медленно, – только не могу принять такой подарок. Я пообещала Аннэт, что верну её тело. 
  
Сожалела ли я о своём обещание? Разве что самую малость, но так будет честно. Я не могу обмануть бедняжку, ей и так не сладко пришлось в этой жизни. Должна же и она прожить свою счастливую жизнь. 
Женщина задумалась. Всё смотрела на меня широко распахнутыми глазами, явно не веря, что я только что отказалась от столь щедрого подарка. После же усмехнулась и произнесла: 
– Хорошо-о-о, – взмахнула рукой, отчего пространство подёрнулось какой-то рябью, – будь по-твоему. 
И не успела я и рта открыть, как вновь полетела куда-то вниз. Нет, ну это бесчеловечно, швырять меня вот так, без подготовки. А если я, в самом деле, заработаю какой-нибудь сердечный приступ? 
Впрочем, на этот раз я падала не долго. И очутилась уже у знакомой мне речки. Там, где мы встречались с Аннэт. Девушка, к слову, была там, вот только на этот раз она не выглядела как тень самой себя, напротив, она, завидев меня, счастливо улыбнулась и бросилась в мою сторону. 
Я же украдкой осмотрела себя – моё настоящее тело было при мне. Что же, так правильно, хоть и печально расставаться с теми, кого я успела полюбить всей душой. 
Аннэт подбежала ко мне близко-близко. Глаза её горели ль счастья, на щеках красовался прелестный румянец. Даже растрёпанные волосы ничуть не портили её образ, до того хорошенькой она была. 
– Вы сдержали слово, – выдохнула она, прижимая руки к груди. 
Я улыбнулась ей в ответ: 
– Иначе и не могло быть. 
Аннэт поступила совсем уж неожиданно – сделала шаг ко мне и крепко обняла. Моя растерянность длилась не больше пары секунд, после я обняла её в ответ. 
Я сделала то, что должна была. И горжусь собой, пусть даже это вовсе нескромно. 
– Пообещай мне, – заглянула в глаза девушке, когда она отстранилась, – что больше не будешь решать трудности таким способом. 
Я выразительно приподняла брови, намекая на то, что она собственноручно лишила себя жизни, чего делать никак нельзя было. 
Аннэт погрустнела, но уверенно кивнула головой: 
– Не буду. Я хочу жить. 
Прекрасно. Ещё раз улыбнулась и произнесла: 
– Теперь я могу спокойно уйти. 
Девушка спешно схватила меня за руки и спешно произнесла: 
– Не уходите. Вы тоже заслужили счастья. 
С этими словами девушка начала произносить какие-то странные, совсем непонятные мне слова. Рукам сначала стало тепло, потом вовсе горячо, и я бы была и рада их отдёрнуть, но не могла. Они меня вовсе не слушались. 
Я смогла разобрать только последние слова: 
– Я по доброй воле, отдою своё тело. И желаю вам с Хэмлином счастья. 
Удивлению моему не было предела. Потому что напротив меня стояла… я. Но не дряхлая старуха, а та молодая девочка, которой я была лет в двадцать. Как такое возможно? 
– Богиня подарила нам новую жизнь. И мне, и вам. 
С этими словами девушка улыбнулась и отпустила мои руки. В голове появился гул, и не успела я ничего произнести, как меня накрыло темнотой. Уютной и мягкой, как пушистый плед. 
Правда, темнота расступилась слишком быстро. Сквозь неё был слышен тихий детский голосок, который звал меня: 
– Мамочка, очнись! Очнись, пожалуйста! 
  
Глава 45-1
 
Чьи-то маленькие ручки аккуратно касались моей щеки. Было так хорошо, как ещё никогда не было. Возвращаться в реальность, благодаря этим прикосновениям было не так уж и страшно. Должно же всё плохое закончиться? 
Открыла глаза и увидела склонённое надо мной лицо Аделии. По лицо малышки было бледным и взгляд испуганным. Но стоило только ей увидеть, что я смотрю на неё, как девочка расцвела в счастливой улыбке и прошептала: 
– Мамочка… 
Ради одного только этого слова стоило вернуться. Стоило вновь оказаться в этом не сильно дружелюбном мире, а ещё ради Алекса, Тая и Реи. Ради Лили и малышки Зои. Ради Вистеры, которую я непременно поставлю на ноги. Ради мистера Саташи, который оказался совсем не таким гадким, каким я себе его представляла. И ради… Хэмлина. Пусть он и был неисправимым упрямцем. 
Я приподнялась немного и крепко прижала к себе малышку. Слёзы, против желания, выступили на глазах. Хотелось одновременно и смеяться, и плакать. 
– Ты заговорила? – спросила хриплым голосом, на что Аделия, всё ещё прижимаясь ко мне, утвердительно кивнула. 
Только после этого я открыла глаза и осмотрелась. Мы находились в комнате Хэмлина, и помимо Аделии здесь никого не было. Беспокойство было покинувшее меня, вернулась с утроенной силой. 
– А где все? – спросила вроде бы беспечно, а у самой сердце ухнуло в пятки. 
Последнее, что я помнила до странного падения, было то, как я сорвала с шеи Эдира злосчастный кулон. Потом гул, темнота и… Обмен телами. 
Аделия нехотя отстранилась и опустила голову, избегая моего взгляда. Вот теперь гадкое предчувствие буквально взвыло сиреной. Но пугать малышку не хотелось, поэтому я осторожно обхватила её личико ладонями и заставила-таки её посмотреть на меня: 
– С ними же всё хорошо? – спросила с уверенностью, которой вовсе не испытывала. 
Девочка подумала пору секунд и с трудом вымолвила: 
– Да. 
Фух, значит, не всё так плохо, как я решила. 
– Замечательно, – бросила торопливо и большим пальцем нежно провела по щеке малышки. – А где же они? 
Аделия задумалась ещё на мгновение и осторожно произнесла: 
– Они там. Там стражники. Их мно-о-ого, – она смешно округлила глаза, и я улыбнулась шире. 
– Злодея победили? – спросила, усаживаясь удобнее и перетягивая малышку к себе на руки. Малышка улыбнулась и кивнула. Сопротивляться она и не подумала, напротив, прижалась ко мне всем телом, будто боялась, что я внезапно исчезну. Честно признаться, не так давно и я этого боялась, но теперь этот страх можно оставить в прошлом. Можно же? 
На мой вопрос, конечно же, никто не ответил, поэтому я лишь вздохнула с неописуемой радостью, что вспыхнула в душе. 
Так мы и сидели, прижавшись друг к другу. Я собиралась с мыслями, думала, как поступить лучше. Вести с собой Аделию туда, где много стражников, вовсе не хотелось. Оставлять её здесь одну – тоже. А других вариантов что-то не находилось. 
Было бы замечательно, загляни к нам хоть кто-нибудь, но время шло, а мы так и были одни. Я не выдержала. 
– Может быть, пойдём на разведку? – спросила почему-то шёпотом. А Аделия, отстранившись и хитро прищурившись, прошептала в ответ: 
– Пойдём! 
Наш человек, что сказать. 
Впрочем, вниз мы спустились не сразу. Сначала пришлось зайти в мою комнату и сменит уже сорочку, в которой я так до сих пор и щеголяла. Намеренно выбрала самое строгое платье, имеющееся в моём гардеробе. Чтобы подчеркнуть собственную значимость, так сказать. 
Аделия же с энтузиазмом подбирала мне ленту для волос и, собственно, очень умело мои волосы заплела. При этом я смотрела на неё с улыбкой. 
– Что? – не выдержала она и буркнула тихо. 
– Почему ты молчала? – ответила вопросом на вопрос. 
Аделия ничуть не смутилась. Напротив, беззаботно пожала плечами и призналась: 
– Не знаю. Так было… – она запнулась, но всё же договорила, – так было не страшно. 
Не страшно… Я вздрогнула от того, как она это сказала. С какой-то покорностью. Боже мой, что же пришлось пережить этой малышке? 
Спрашивать её больше ни о чём не стала. Если захочет – расскажет сама, а если уж нет, то так тому и быть. Главное, что её настоящее было счастливым, а прошлое… прошлое забудется. Обязательно. 
Мы вышли из комнаты и подошли к ступеням, что вели на первый этаж. Там было почти тихо, разве что слышались едва различимые голоса. Мы аккуратно спустились по лестнице и подошли к гостиной, где были почти все те же лица, за исключением пятерых мужчин в чёрных плащах и таких же чёрных масках, что скрывали их лица. Эдир и маменька Аннэт сидели рядом. Руки их спокойно лежали на коленях, но в якобы расслабленной позе было что-то противоестественное. Странное.