Бывших учителей не бывает, или Перевоспитаю всех! (СИ)
– Лили, тебе срочно нужно запатентовать этот чай! – не сдержалась и выдала дельный совет. Но девушка окинула меня озадаченным взглядом и уточнила:
– Затапе… Что сделать?
Я тихо рассмеялась и объяснила:
– Это когда ты законным способом регистрируешь своё изобретение или вот, составленный сбор, чтобы защитить его от недобросовестных людей, которые с радостью приберут к своим рукам твой труд.
– А-а-а, – протянула служанка несколько сконфуженно, и по глазам я прочитала, что она ничего не поняла из моих пояснений. Ладно, скажу проще:
– Лили, тебе нужно заняться изготовлением этого чая на продажу, может быть много денег и не принесёт, но любая копеечка лишней не будет.
Когда разговор зашёл про деньги, девушка оживилась:
– Ах, вы про это, – впрочем, оживление её было слишком мимолётным. – Нет, госпожа, я так не умею, вот матушка у меня, та да-а-а… Та умеет с травами управляться лучше любого аптекаря. Вот кому нужно продавать сборы, но в столице, чтобы получить на это разрешение, нужно уплатить тьму налогов, а у нас таких денег отродясь не было. Вот мама и делает отвары для нас, да тайком для соседок. И меня кое-чему научила.
Так, разрешение на торговлю, как и в любом мире, в любое время, прекрасная статья для пополнения государственной казны. Ясно, теперь у меня есть ещё один пункт, на что стоит взять у мистера Саташи денег. Но об этом я поговорю с матерью Лили, когда та приедет к нам.
– Понятно, – произнесла, пряча довольную улыбку за краем кружки с ароматной жидкостью.
Словом, после выпитого отвара день заиграл яркими красками. Я нашла управляющего, который выглядел слишком хмуро, никак не желая разделять моей жизнерадостности, и предоставила ему список. Состоял он из самых необходимых продуктов, в основном длительного хранения, как то сахар, мука, соль, крупы. Поставку овощей следовало наладить так, чтобы они всегда были свежими. Да и стоило узнать, может есть какие-то холодильные камеры, которые бы увеличили их свежесть.
Саташи слушал меня молча, иногда кивал, но каждый раз морщился, будто испытывал боль от этих нехитрых движений. В итоге, когда я замолчала, он тоже взял паузу, и только после устало произнёс:
– Госпожа, вы меня без ножа режете.
Честно признаться, мне стало его даже чуточку жаль, впрочем, жалость моя быстро испарилась.
– Ничего подобного, – отозвалась беззаботно. – Я всего лишь прошу вас о небольшой услуге. Неужели вам жалко таких мелочей для голодающих ребят?
– Мелочей? – на последней букве голос управляющего сорвался на натуральный фальцет, да и знакомые уже пятна расползлись по лицу.
– Мелочей, – повторила с нажимом, натянув на губы приторную улыбку. – Я же не прошу у вас снабдить каждого из них тростью, украшенной драгоценными камнями, а всего лишь хочу обеспечить им пропитание на первое время.
Мужчина прикрыл глаза и мученически прошептал:
– На первое время…
Цвет его лица сделался каким-то землистым. Э-э-э, нет, не хватало ещё, чтобы бедняга схлопотал сердечный приступ из-за жадности.
– Мистер Саташи, не пугайтесь так, я постараюсь сегодня встретиться с мистером Коллинсом и узнать, почему приют снабжают из рук вон плохо. Может быть, вам ещё и не придётся расставаться с позаимствованными у герцога средствами?
Судя по расстроенному взгляду, моим уверениям Ониэр не очень-то поверил. Тем не менее, он пообещал привезти всё из списка ближе к полудню.
Карета была готова, да и Ханс стоял тут же, держа в руках сумку, где лежала волшебная учётная книга. Я решила доверить её на хранение охраннику, что, в общем-то, самая логичная мысль, посетившая меня.
Первые минут десять, мы ехали молча, а потом парень не выдержал и с улыбкой признался:
– Не хотел бы я оказаться на вашем пути, госпожа Аннэт.
Мои брови удивлённо поползли вверх:
– Это ещё почему?
Парень широко улыбнулся и признался:
– Вы видите цель и не видите препятствий.
Честно, я пыталась сдержаться, но не смогла – рассмеялась громко, от души. И все сомнения, терзавшие меня, вдруг отступили на второй план. В самом деле, неужели я не справлюсь? Отъезд Саймона переживу, да и вообще, даже хорошо, что он уехал, меньше искушений будет. С явившейся настоящей Аннэт тоже разберусь, не лыком же я шита! Да и мистер Коллинс получит на орехи!
Всё будет хорошо! Уверена в этом!
Глава 13-3
Приют встретил нас куда радушнее, чем накануне. Ребята, завидев карету издалека, повыскакивали из дома и принялись махать нам руками. Особенно радовались младшие, старшие же старались вести себя соответственно возрасту, но получалось это у них не очень-то хорошо – в глазах почти каждого ребёнка горела надежда, попеременно борясь с недоверием. Я понимала их чувства. Явилась, понимаешь ли, благодетельница! А кто знает, надолго ли хватит моей доброты и не пропаду ли я с радаров, когда мне надоест играть в щедрую даму? Понимала я всё, но вот так сразу доказать им, что никуда пропадать не намерена, не смогла бы. Что бы я сейчас ни сказала, всё это будут только слова. Эти же ребята верят реальным делам. А потому я решила не тратить время на пустые разговоры, а сразу перешла к главному:
– Привет, вы уже позавтракали? – потрепала по голову светловолосую девчушку лет пяти, которая подошла ко мне с некоторой опаской, а потом всё же прижалась к ноге и спешно отстранилась. Она ждала, что я оттолкну её, или вовсе отругаю за проявленное самовольство, но я напротив, наклонилась чуть вперёд и протянула к ней руки.
Малышка думала недолго, тут же бросилась в мои объятья и крепко обняла, будто вовсе пытаясь слиться со мной, стать одним целым.
Те, кто оказались не такими смелыми, смотрели на притихшую девочку в моих руках с нескрываемой завистью. Да что там, не только малыши хотели оказаться на её месте – несколько мальчишек, примерно возраста Алекса, около десяти лет, явно жалели о том, что их я так легко не смогу подхватить на руки.
Девочка была худой и лёгкой, как пушинка. Мне она показалась вовсе невесомой. Что, в общем-то, не удивительно, с таким-то питанием.
– Позавтракали, – отозвался самый старший из них. Тон его голоса был далёк от дружелюбного, да и смотрел он на меня из-под насупленных бровей. Старшим детям куда труднее принимать, что не все взрослые мерзавцы и проходимцы. Они уверены в совершенно обратном и стараются не очаровываться, даже если этого очень хочется, потому что потом слишком больно возвращаться в холодную реальность из облачных замков. Сама через это проходила ни раз.
Вот только его хмурость тут же прервали. Тот самый мальчишка, около десяти лет от роду, растолкал малышню и с нескрываемой гордостью возвестил:
– Тётушка Вистера ещё и обед готовит. С мясом, – это он добавил с придыханием и его глаза заволокло мечтательным туманом. Малец тряхнул головой, а после добавил тише: – А девчонки ей помогают.
Что же, Вистера не подвела, взяла на себя самую важную работу.
– А ну разойдись! – из-за спин ребят раздался неприятный низкий голос и я увидела, как в нашу сторону идёт высокий мужчина средних лет, с длинными седыми волосами и реденькой бородкой, которая делала его лицо каким-то нелепым. А вот глаза его мне совсем не понравились – полные равнодушие и одновременно брезгливости. Будто ему было совершенно наплевать на этих детей, но если что, он их и выпороть готов. Просто так. Для профилактики. – Кто вы и что здесь делаете? – обратился он ко мне, растолкав детей и остановившись всего в шаге от меня. Он хотел и девочку забрать из моих рук, но этого я ему уже не позволила. Да и Ханс, всё это время державшийся в стороне, вышел чуть вперёд, обозначая своё присутствие.
Хотела ответить, да только всё тот же ровесник Алекса зачастил:
– Наставник, так это же она… Кто еду нам привёз, – по мнению мальчика, именно эти слова должны были заставить его уважать меня. Это как минимум. Но он ошибся – взрослые куда паршивее детей. И если ребята просто бояться обжечься, то эти ещё и выгоду пытаются из всего извлечь. Или показать власть, которой облечены. Так и этот. Прищурился и усмехнулся недобро: