"Фантастика 2025-25". Компиляция. Книги 1-24 (СИ)

Оба прочитала, еще раз громко поругалась и выкинула, решив, что обойдется без ответного письма. Во-первых, я девушка гордая, во-вторых, понятия куда его отправлять. Так что перебьется.
Смелая такая, решительная…
Только ночью кошмары мучали, в которых я бежала по туннелю из свернутого листа бумаги, и он скручивался все сильнее и сильнее, превращаясь в узкий лаз. А потом перья и карандаши словно осиный рой кружились вокруг меня, норовя воткнуться то в руку, то в ногу, то в глаз. И где-то над головой, почему-то голосом Райдо гремело: Пиши, Найтли! Пиши.
  
В общем, веселая ночка выдалась, а утром, когда я села отрабатывать очередные руны, выяснилось, что карандаши не просто так снились — у меня все пишущие принадлежности закончились и последний огрызок норовил вот-вот совсем истереться.
Можно было поклянчить у той же Кайлы, или у Доминика отобрать, да любой с потока не отказал бы в такой малости, но мне внезапно захотелось прогуляться.
В отличие от остальных адептов я безвылазно сидела в Весморе. Родственников у меня не было, поэтому в выходные я к ним в гости не уезжала. Деньги я тратить не любила, поэтому в городе мне было делать нечего. Там ведь как, идешь вдоль торговой улицы, на прилавки и витрины вроде даже и не смотришь, а потом хоп и полные руки кульков со всяким барахлом. А поскольку я копила на свой салон, такие траты для меня были совершенно недопустимыми. Всем необходимым меня, как и любого адепта, обеспечила Академия, остальное — блажь.
Но сегодня, я внезапно поняла, что устала от серых стен, от дорожек, присыпанных первым снегом и синевы в глазах от учебной формы, поэтому отправилась в деканат за разрешением.
Мисс Тревис — секретарь учебной части — отнеслась к моему появлению настороженно:
— Куда это ты собралась?
— В лавку писаря. Для учебы надо кое-чего прикупить. А еще хочу конфет из Сладких Грез.
— Ты сопровождающего предупредила? — строго спросила она, выписывая пропуск, — Верано в курсе твоего желания пойти в город?
Черт, я забыла про Лекса! То дурацкое распоряжение, что в город я могу выходить только с ним, никто так и не потрудился отменить.
— Может, не надо? Со мной ведь наверняка кто-то из Стражей увяжется? Зачем мне Верано?
— Ничего не знаю, — она сурово посмотрела на меня поверх очков, — или с ним, или никак.
И демонстративно отложила уже подписанный пропуск в сторону.
Вот ведь напасть!
Я даже предположить не могла, где его может носить в выходной день. Может на полигоне дополнительно вкалывает, может в лаборатории торчит, а может и вовсе спит. Чем бы он ни занимался, уверена, новость о том, что я собралась в город, его не обрадует.
К счастью, бегать по Весмору в поисках бывшего наставника мне не пришлось. Он будто почувствовал, что нужен, и сам появился в деканате.
Меня удостоил небрежного кивка, а с мисс Тревисс вежливо поздоровался:
— Доброе утро!
— Здравствуй, Лекс, — улыбнулась она и кончиком изящного пера указала в мою сторону, — у нас тут девушка с просьбой…
— Мне сейчас некогда, — гад отреагировал прохладно, затем добавил, — мне нужно в город. Выпишите разрешение?
Секретарь просияла:
— Отлично! Как раз по этому поводу Ева и пришла. Ей тоже нужно в Хайс. А ты ее сопровождающий.
— Сопровождающий… — удивился было Лекс, но спустя миг обреченно поднял взгляд к потолку, — пффф, я уже забыл об этом. Может, как-нибудь без меня?
— Правила есть правила, — мисс Тревис развела руками.
Тогда Лекс обернулся ко мне:
— Я уверен, ты хочешь дома остаться.
— Не хочу.
— Хочешь, — с нажимом повторил он. Но когда это на меня действовало?
— Я уже пошла, догоняй.
И схватив со стола свой пропуск, устремилась к выходу.
— Найтли!
Я даже не обернулась. Вместо этого в припрыжку устремилась к лестнице, слетела на первый этаж и бегом выскочила на улицу.
Погода стояла пасмурная, но без дождя и снега. Даже ветер и тот затих, хотя еще вчера норовил сбить с ног любого, кто посмеет зазеваться. Для похода в город — лучше и не придумаешь.
Прекрасно понимая, как сейчас бесился Лекс, я побежала к воротам. С него ведь станется — поймает и силком в общагу отнесет, лишь бы под ногами у него не путалась. Поэтому мне нужно было как можно быстрее оказаться за пределами Весмора.
Сунув пропуск в руки сторожу, я выскочила через узкую калитку и припустила к городу по замерзшей аллее.
Последний раз я была тут во время отбора, когда кругом цвело и зеленело, теперь же все изменилось. Деревья стояли серые и голые, пышные кусты щетинились тонкими облезшими ветками, под снегом местами коварно прятались стылые лужи.
Мне нравилось. Я бодро шла вперед, напевая себе под нос старенькую песню и старательно делая вид, что не слышу позади себя жестких и крайне недовольных шагов.
— Так и будешь плестись позади? — не выдержала я, когда до города оставалось всего ничего.
Всю дорогу мы проделали в полнейшем молчании, и теперь меня одолевало желание поговорить. Собеседник такой себе, но другого все равно нет.
— Буду.
— А может…
— Не может.
— И все-таки…
— Нет.
Чудо, а не парень. Просто именины сердца. Как пообщаюсь с ним, так глаз дергается.
Еще немного прошли молча. Потом дорога бодро нырнула на первую городскую улицу и стало не так скучно.
Хайс по-прежнему восхищал меня своей роскошью, шириной и размерами. Ухоженные дома, живые изгороди зеленые несмотря на приближающуюся зиму, эр-мобили снующие по гладким улицам наравне с неспешными каретами. И люди… Совсем не такие как в Муравейнике. Их богатые одежды шуршали парчой и кринолином, меховые накидки небрежно развивались в такт размеренному шагу. На лицах не было тревоги о будущем.
Я тоже такой буду. Вот только учебу закончу, открою свой салон рун и заживу. Главное все сбережения на ручки с карандашами не спустить…
Правда в лавку писаря попасть оказалось не так-то просто, ибо Лекс решил, что его дела важнее и повел совсем в другую сторону. А поскольку он был больше и сильнее, мне пришлось подчиниться.
И вот поперлись мы по каким-то переулкам совсем не в ту часть города, где было чисто и красиво, а туда, где дома попроще жались друг к другу, и на витринах не было шелков с жемчугами.
— Что у тебя за страсть по подворотням всяким бродить? — ворчала я, буравя взглядом широкую спину, обтянутую учебной формой, — то по закуткам, то по Муравейнику бродишь. Кстати, а что ты делал в Муравейнике?
— Не твое дело, Найтли.
Гад.
Я не удержалась и показала ему язык.
— Я все вижу, — не оборачиваясь кивнул на окно, в котором мы отражались.
— А мне плевать.
Он затормозил так резко, что я ткнулась носом ему в спину. Обернулся, глядя сверху вниз. Глазищи темные, сердитые, брови нагло вскинуты, мол: кто-то что-то вякнул?
— Все. Молчу.
— Правильное решение, Найтли.
Гадский гад.
Как я вообще умудрилась подобрать его артефакт на отборе? Почему не взяла какое-нибудь колечко, бусики, что-нибудь еще? Зачем надо было хватать ту дурацкую щепку с пола?
Мы отправились дальше.
В отличие от меня Верано не кутался в теплую куртку, но выглядел так, будто ему совсем не холодно. Даже нос не покраснел. Я же только успевала на руки дышать, и мысли все больше занимал горячий шоколад из Сладких Грез.
— Я замерзла.
— Могу пойти быстрее, — сказал Лекс и прибавил скорость, и мне пришлось чуть ли не бежать за ним.
Один его шаг — три моих. Но да, теплее стало. И когда мы вошли в лавку, где торговали артефактами, я уже взмокла.
— Адепт Верано, — седенький мужчина за прилавком растекся в приветливой улыбке, — давно вас не было видно.
— Много учебы.
— Понимаю. Чем могу помочь на этот раз?
— Вот это нужно для факультета, — Лекс вытащил из-за пазухи два листа, — а вот это лично мне.
— А девушке?
— Книжек с картинками.
Я метнула в него грозный взгляд, обещая кровавую расправу, но Верано даже бровью не повел. Как можно быть таким противным?