"Фантастика 2025-25". Компиляция. Книги 1-24 (СИ)
Очень остро полыхнуло ощущением того, что я лишняя. Головой понимала, что надо вливаться, отстаивать свое право находиться здесь, а не прятаться, потому что так будет только хуже. Но где-то внутри, маленькая девочка, отчаянно нуждающаяся в поддержке, мечтала убежать.
Глядя на довольных, сытых, самоуверенных адептов из богатых семей, до дрожи хотелось, чтобы за моей спиной тоже кто-то был. Кто-то, кто сможет защитить, поддержать, кому будет не все равно.
Увы, у меня за спиной была только мачеха со сводными сестрами, и все, чего от них можно ждать — это придирки и оскорбления.
— Сама справлюсь, — напомнила себе и пошагала к раздаче, чувствуя, как колют чужие взгляды.
Кажется, все голоса померкли, утонули в собственном гуле, выпуская вперед любопытный шепот:
— Она и правда из Муравейника?
— Там же одни пустышки
— Дура!
— Выскочка.
— Да ладно вам, симпатичная девка… я б ей…
— Потом не отмоешься.
Каждое слово обжигало каленым железом.
Возле выдачи образовался затор, и каждый раз, когда подходила моя очередь, я каким-то образом оказывалась в конце. Меня отпихивали, бессовестно проскакивали под самым носом, смеялись. Когда из рук выбили поднос, и он с грохотом упал на пол, в столовой повисла тишина. И даже те, кто изначально не обращал внимания, развернулись в нашу сторону.
— Что вы тут устроили? — гневно спросила та самая повариха, которую я видела утром.
— Да вон…перваки нынче такие слабые, что в руках поднос удержать не могут, — хохотнула незнакомая девица с красными волосами, — бедолажка.
Взгляды на меня.
Если сейчас отступлю, то потом не слезут.
— Удержишь тут, как же, — я подняла поднос с пола, сдула с него невидимую грязь, — когда толпа оголодавших за пирожки борется. Вы в Академию только чтобы пожрать поступили что ли? Стыдоба.
Девка с красными патлами вспыхнула и стала под цвет своей шевелюры:
— Да я тебя… — едва различимо зашипела она, опасаясь хамить в присутствии преподавателей.
— Что? — я склонилась к ней, прислонив руку к уху, — погромче. Не слышу, что там мурлыкаешь.
Взгляд в упор. Ни за что не отведу. Весмор ничем не лучше Муравейника, только детки богаче, да пафосней. А на самом деле та же стая, перед которой нельзя пасовать, иначе будут грызть до самого конца.
— Ты…
— Четче пожалуйста! Выплюнь каку и скажи еще раз. Не люблю, когда мямлят.
Мне потом аукнется это выступление. Но это будет потом. Сейчас, когда смотрели все, собравшиеся в столовой, мне никак нельзя было показывать смятение или неуверенность.
Пользуясь тем, что народ замер, я прошла к раздаче:
— Мне, пожалуйста, омлет, — ласково улыбнулась поварихе, — чай и пирог с яблоком. Они у вас просто божественны.
Она хмыкнула, спрятав ответную улыбку, положила мне омлета в два раза больше, самый румяный пирог, и ватрушку.
Все так же в тишине, я забрала поднос и ушла на столик, спрятавшийся в углу. Спина прямая, походка уверенная, главное не подавиться, когда буду есть. Внутри, конечно, бурлило и клокотало, но деваться некуда. Дашь слабину — и все, можно собирать вещи и возвращаться на ту сторону реки, а я не хочу обратно. Мне еще салон открывать и рунами торговать.
Поэтому я спокойно села за стол, подвинула поудобнее стул и принялась ужинать, всем своим видом показывая, что мне очень вкусно, и очень все равно на чужие недовольные взгляды.
— Ева! Привет! — откуда ни возьмись подплыла Стелла с подносом. Все такая же блаженная, как и раньше, с мечтательной улыбкой на губах. Выставила свои тарелки и села напротив меня, — Как заселилась?
— На третьем этаже. С Кайлой, — бодро произнесла я, будто это самое лучше, что могло произойти. — А ты?
— На первом. С кем — не помню, — беспечно отмахнулась моя бывшая соседка, — как у тебя дела с наставниками?
— У меня с ними нет никаких дел.
— Больше не общаетесь? Они же такие хорошенькие были.
Хорошенькие… Ага… Что один, что второй.
— Их наставничество закончилось. Теперь каждый сам по себе.
— Жаль. Я вот Чейза уже второй день ищу, а его нет нигде. Хотела поболтать с ним, погулять, — она мечтательно прикрыла глаза, а я подумала о том, что бедняга Чейз скорее всего где-то прячется от своей бывшей, немного странной подопечной.
Остаток ужина мы провели в несуразных разговорах. Стелла была не из тех, с кем можно долго беседовать. Мысли у нее постоянно уплывали то в одну сторону, то в другую, а порой она и вовсе отключалась, проваливаясь в какую-то дрему. Взгляд становился стеклянным, губы растягивались в блаженной улыбке.
— Нищенка и сумасшедшая? В этом году у Весмора отличный улов, — ухмыльнулась уже знакомая гадюка-брюнетка. За ней по пятам шагали верные подруженции.
Я промолчала, а Стелла уставилась на эту компанию широко распахнутыми глазами, пару раз медленно моргнула.
— Что уставилась, блаженная?
Бывшая соседка вместо ответа полезла в сумку и достала оттуда очередное бумажное сердечко.
— Осторожнее, Диана, вдруг там наговор на понос, — рассмеялись подружки.
Сама брюнетка прихватила листик и брезгливо поинтересовалась?
— И что это за фигня?
— Подарок… — Стелла глупо моргнула.
Мне даже стыдно стало, захотелось схватить ее за плечи и хорошенько встряхнуть. Нельзя же быть такой…
— Пфф…самый убогий мусор, который я только видела.
Диана смяла сердечко в комок и подбросила на ладони. Первый раз, второй, а на третий он вспыхнул белым и пеплом осыпался на пол.
— Придержи свои подарки для нищебродов из Муравейника.
С этими словами они пошли дальше, а Стелла, проводив их растерянным взглядом, сказала:
— Тебе не кажется, что они какие-то странные?
Я молча подвинула к себе чай и взяла пирожок.
* * *Быть объектом для сплетен и насмешек дольше, чем того требовала ситуация, я не собиралась, поэтому едва покончив с чаем, собрала грязную посуду на поднос, отнесла его к специальному окошечку и, старательно не замечая чужих взглядов и смешков, покинула зал.
Все, представление окончено, ищите себе другого клоуна.
Стелла где-то потерялась. Вроде вставала из-за стола вместе со мной, но потом зацепилась языком с какой-то девочкой со своего факультета и забыла о моем существовании. Чудна деваха-то, ой чудна.
Размышляя о своей бывшей соседке, я вышла на улицу. Погода стояла хорошая, еще по-летнему теплая, но с осенним придыханием — нет-нет, да и мазнет по голым коленкам прохладным воздухом. Небо уже опустилось и сумрачно хмурилось, предвещая близкие холода, да и золотая россыпь по ветвям деревьев намекала, что лето на исходе.
Моя первая осень за пределами Муравейника…
Какой она будет? Теплой, как уютный вечер у огня, или острой и щедрой на конфликты? Хотелось бы уюта, но судя по нынешним отношениям с адептами, ждал меня второй вариант.
С тихим вздохом я спустилась по широким ступеням и побрела к женскому общежитию. Завтра начнутся занятия, надо настроиться, собраться, выспаться.
Специально, чтобы ненароком не столкнуться с некоторыми персонажами, я выбрала не прямую короткую дорогу, а в обход, по небольшой аллее, огибающей один из учебных корпусов.
Но стоило сделать десяток шагов и нырнуть под сень желтеющих кленов, как меня подхватило поперек талии и понесло вперед.
— Пойдем-ка поговорим!
Ноги тут же стали ватными, налились тяжестью, будто на каждой повисло по пудовой гире, а сердце, наоборот, понеслось вскачь, пытаясь пробить ребра.
— Пусти! — прошипела я, в тщетной попытке разжать чужие руки. В висках так сильно гремело, что я едва различала свой собственный голос — жалкий и дребезжащий, — Коул!
Ноль реакции, как тащил, так и продолжил тащить, уводя все дальше от столовой и от случайных любопытных взглядов.
— Хеммери, что ты себе позволяешь?! — Взяв себя в руки, я всеми силами уперлась, — Немедленно отпусти меня!
Еще десяток метров и эта ходячая проблема соизволила остановиться.