"Фантастика 2025-25". Компиляция. Книги 1-24 (СИ)

Цитиане уверенно вели нас по запутанным цепочкам пещер и извилистых коридоров, иные из которых, как мне казалось, имели искусственное происхождение. Мы преодолевали сифоны с холодной кристально чистой водой, горячие озера. Местами проходы так сужались, что приходилось пробираться на четвереньках и даже ползком.
Мне здесь не нравилось. На сознание давили тысячи тонн камня над головой, могильная тишина и тяжелые энергии, истекающие из глубин планеты.
  
Изредка шорохи в проходах намекали, что мы не единственные существа в лабиринте. Я попытался прощупать их — сделать это оказалось довольно трудно в таком месте — и смог понять, что тут водятся животные, похожие на крыс.
Иногда из опостылевших пещер мы выбирались наружу и шли по поверхности, рискуя быть засеченными контрольными устройствами рагнитов. Правда, цитиане утверждали, что знают расположение "пирамид", а Антон уверял, что тоже научился без труда определять их присутствие, но все равно чувство было не из приятных...
* * *
Мы шли сквозь просторный зал, и лучи световых карандашей разрезали черное полотно тьмы. Мы уже почти преодолели пещеру и стояли перед выходом из нее, когда цитиане загалдели:
— Стойте!..
— Опасность!..
— Поблизости смерть, которая унесла троих наших друзей...
— Я ничего не улавливаю, — пожал плечами Герт. Наши ребята тоже ничего не ощущали,
— Туда нельзя идти... — настаивали цитиане.
— Там нас ждет новое воплощение...
— Мы не имеем на него права, не выполнив все задачи в этой жизни...
Цитиане явно обладали даром сверхчувствительности, иным, чем у нас, каким-то другим по своей сути Я тоже ощущал присутствие чего-то непонятного Щупальца снова тянулись ко мне. Удавка на моей шее затянулась еще чуть-чуть. Я уже начинал привыкать к этой удавке, но понимал: когда-нибудь она затянется настолько, что мне придет конец. Цитиане правы — "осьминог" поджидает нас в том проходе.
— Они говорят дело, — сказал я. — Там опасность.
Герт бросил на меня недоверчивый взгляд, но ничего не возразил, хорошо зная, что, если один супер говорит "проход закрыт", остальные подчиняются беспрекословно.
— Ты можешь хоть как-то идентифицировать ее? — спросил Герт.
— Не могу. Ничего подобного я никогда не встречал. Это та же чертовщина, что врезала по мне, когда мы только появились на Акаре. У меня все время возникают ассоциации с щупальцами осьминога. И с удавкой на шее. С каждым днем опасность все ближе. Однажды "осьминог" дотянется до нас. И тогда нам придется туго. Особенно мне.
Герт нахмурился. Должно быть, вспомнил, что разговаривает с покойником. Человеком, которому напророчили быструю мученическую смерть. Герт знал, о чем я думаю, и виновато произнес:
— Не всегда прогностические прорывы в будущее дают стопроцентно точные показания. Материальное воплощение линии судьбы может быть и другим.
— Ты помнишь, чтобы хотя бы один Ликин прогноз не сбылся?
— Никогда не интересовался этим...
— А я интересовался. Все сбывается Еще две смерти и третья — моя... А нам еще брать форт.
— Поэтому довольно пустых разглагольствований. Пошли снова в обход.
Мы свернули. Вскоре лабиринт ходов пошел еще запутаннее. Спустя немного времени цитиане загалдели:
— Мы здесь никогда не были!..
— Незнакомые места!..
— Нам нужно осмотреться...
Теперь двигались мы гораздо медленнее У каждого разветвления цитиане подолгу простаивали, делали пассы, пытаясь учесть такие факторы, как потоки воздуха, истечения энергий, перепады температур. Они ориентировались в этих кромешных кротовых норах, как щуки в реке.
Плутали мы довольно долго, но никак не могли завершить крюк и снова выйти на магистральную дорогу. Я ощущал, что расстояние до поверхности земли уменьшается, дышать становится легче. Наконец мы очутились в просторном зале с сочащейся сверху водой. Цитиане привычно заголосили:
— Нужно выбираться наверх!..
— Мы почти добрались до поверхности.
— Но мы устали...
— При усталости силы расходуются неэффективно...
— Элементарные вычисления показывают, что если мы сейчас затратим время на отдых, то в целом выиграем время...
— Ясно, — прервал я их, зная, что сейчас дело дойдет до графиков и интегралов.
Цитиане хорошие ребята, но общение с ними порой становится утомительным. Они правы — им надо дать отдохнуть. Уверен, что и вычисления их все верны — мы действительно выиграем время. Что касается меня, то я усталости почти не ощущал и находился в относительно приличной форме. После схватки с цитианами и удара парализатором я был на пределе, но две минуты подзарядки в Круге — и я стою как новенький. Хотя общая энергия Круга в результате таких подзарядок уменьшается, зато укрепляется слабое звено. А общеизвестно, что прочность цепи равна прочности слабейшего из звеньев.
Цитиане расселись крутом, достали горючие материалы, которые всегда таскали с собой, зажгли костер и затянули очередную песню, от которой, казалось, вот-вот заболят зубы.
Я прошелся по залу, из которого в разные стороны уходило множество проходов. Я ступил в один из них, пощупал стену и крикнул:
— Одзуки, пойди сюда! Японец подошел ко мне.
— Смотри, эта стена, по-моему, искусственная. Одзуки посветил фонариком, ощупал камень.
— Точно!
Мы прошли несколько метров, и в луче фонарика возникло изображение человека в какой-то непонятной одежде. Оно напоминало наскальные рисунки, которые мы видели с Уолтером. Рисунок был выполнен мастерски, поражал динамичностью, точностью штрихов. Рядом был изображен пейзаж;. Видно, что художник имел представление о перспективе, что ставило его на несколько голов выше художников древности. На Земле понятие перспективы освоили только в эпоху Возрождения.
— Знаешь, — сказал я, — у меня в половине туннелей было ощущение, что они искусственные,
— Каменно-кремниевая цивилизация?
— Вряд ли. Чтобы накопать столько ходов, нужна мощная техника. Мы ничего не знаем об истории этой планеты. Рагниты исследований не проводят, для них Акара — всего лишь крайняя точка плацдарма захвата. Может, все-таки планета обитаема? Инопланетяне, высадившиеся где-нибудь на вершинах Тибета, тоже решили бы, что на Земле нет разумной жизни.
— Мысль не относится к числу лучших из тех, которые посещали твою голову. Если тут и есть разумные существа, они прячутся где-нибудь в лесах и понятия не имеют о том, что такое цивилизация. Для цивилизованных или полуцивилизованных планет у рагнитов отработана четкая методика. Для начала они провели бы несколько карательных акций, а потом придумали бы, как лучше использовать туземцев. Чаеву однажды удалось побывать в Темных Мирах, чьих жителей покорило Братство Там творится какой-то мутный кошмар. И местному населению они находят применение, которое просто не укладывается в голове.
Маклин подошел к нам, уставился на рисунок и покачал головой.
— Ну ничего себе!
Он сделал несколько пассов руками над рисунком и замер. Присмотревшись, можно было различить, что его аура приобрела сиренево-красный оттенок, Он работал с информацией, отпечатавшейся в рисунке, в краске, в камне.
— Рисунку не менее семи тысяч лет, — заключил он.
— Интересно, куда они делись? — спросил я.
— Может, выродились. Может, развились и ушли в иные пространства, — пожал плечами Одзуки. — А может, погибли.
— Стали жертвой того кошмара, который идет по нашим следам?
— Или и рисунок, и система ходов принадлежат пришельцам со звезд, заметил Одзуки.
— Интересно, долго цитиане собираются рассиживаться? — спросил я.
— Нельзя требовать от них переносить наши нагрузки. Они действительно свалятся с ног, если их понукать, — заметил Маклин.
Цитиане, наконец, закончили петь и начали о чем-то переговариваться. Я подсел к ним и спросил:
— Можно вопрос?
— Можно...