Лицо на замену
– Ваше Величество… – Не могу найти внятную причину, чтобы отказаться от дорогой вещицы, к тому же уже мне ненужной. Но как объясниться с Ромулом, придумать сейчас я не могла.
– Ничего не говорите. – Перебил меня император. – Просто носите не снимая.
Также стремительно, как и пришёл, он убирает щит и выходит из моих покоев. Хелен быстро осматривает комнату, и, кивнув мне, прикрывает дверь. Плед падает на пол, а я изнеможенно присаживаюсь на край кресла и достаю собрата подношения императора. Один амулет в левой руке, второй – в правой. Перевожу взгляд с одной пластинки на другую. Взвешиваю вплоть до звеньев цепочки идентичные, словно близнецы, амулеты.
Это уже даже смешно. И что мне делать с двумя амулетами от отравления?
Глава 8Долго вдаваться в размышления времени у меня не было. Нужно было забрать вещи из тайника, пока их не обнаружили другие шпионы-разведчики.
Спрятав один из амулетов в маленькой дамской сумочке, отправилась на поиски потерянного ботинка и вещей. Босиком, естественно, я не решилась путешествовать по туннелю, но, к сожалению, сменной обуви для тренировок у меня не было. Пришлось обувать выходные туфли, сделав ещё одну пометку о том, что нужно не забыть завтра принять леди Октану. Небольшие каблуки бодро стучали по каменным плиткам, выбивая звонкую трель. Как бы я не старалась передвигаться тише, они выдавали моё присутствие тем, кто мог сейчас находиться в коридоре. Кажется, я даже кого-то спугнула, прежде чем нашла свой слетевший ботинок, у которого лопнул шнурок.
С ботинком в руке, я и брела далее в поиске ниши, куда забросила остальные вещи. Потребовалось почти десять минут, чтобы отыскать нужное ответвление и найти в стене брешь, из которой задувал ветер.
Сумка и остальные вещи лежали так же, как я их и бросила, то есть в одной куче. При падении несколько флаконов с зельями разбились, и сейчас на полу сияла желтовато-зеленым цветом, фосфоресцируя, лужа. Не нужно было даже свечу зажигать, чтобы видеть всю комнатку. Да, то, что мне показалось всего лишь небольшим углублением в стене, оказалось на самом деле комнатой метра два на три. Возможно, когда-то здесь было тайное помещение для встреч, комната для совета, или камера для узника, но сейчас это было пустым каменным тупиком, у порога которого лежали в луже светящейся гадости мои вещи. К удивлению, пыли было не так много, как я помнила, видимо так показалось в темноте. На полу было несколько следов, но не моих. Здесь были отпечатки нескольких мужских ботинок и женских туфель. Может кто-то тайно встречался, хотя в покоях это сделать, на мой взгляд, безопасней, чем здесь.
Вместо размышлений о возможной парочке, стала осторожно доставать зелья из сумки, чтобы определить, что именно разбилось, и безопасно ли прикасаться ко дну сумки, пропитанной светящейся жидкостью.
Лежащие сверху нож и пояс сразу отложила в сторону, чтобы не мешали. С каждым флаконом, что я доставала, мне становилось всё грустнее. Чем дальше, тем больше была вероятность, что разбился флакон с ядом одной из самых опасных змей, который я достала благодаря связям с запада. Если так на самом деле, тогда сумку придётся сжигать прямо здесь.
Пальцы нащупали осколки одного из флаконов, и я со страхом стала его доставать, так как яд был к тому же летуч. В руке оказался осколок розового флакона от настойки для ночного виденья. А следом рука нащупала очередной целый флакон, и с облегчением на свет я достала тот самый яд. Дальше можно было не переживать. В сумке должен был быть всего один эликсир, который я не достала. Видимо смешавшись с настойкой, он и дал такой эффект. Вытряхнув на пол содержимое, я в этом убедилась. Осколки полупрозрачного синего стекла рассыпались по полу, фосфоресцируя. Убирать следы своего здесь пребывания я не стала. Была вероятность порезаться, а оставлять кровь опасней, чем какие-то осколки. В сумку были возвращены все флакончики и другие вещи. Лишь только в пустую пробирку, немного собрала жидкости с пола на всякий случай. Встала с присядки, отмечая, что платью пришёл окончательный конец, и, сделав шаг вперед, поскользнулась, на злосчастной жидкости. Руки взметнулись вверх, стараясь за что-нибудь зацепиться, но, кроме стен здесь ничего не было.
Чего мне стоило в падении развернуться, чтобы не упасть на спину – сложно сказать. Несмотря на тренировки, где-то что-то хрустнуло. Отчетливый звук разнесся по пустой комнате, отдаваясь эхом и в туннель. Левую ногу пронзила боль, и я со страхом попыталась её поднять. В голове появились панические мысли, что если я её сломала?
Носком туфли я упёрлась во что-то твёрдое, и дальше ногу поднять не смогла. Попыталась подтянуть к себе, но она застряла. Опершись руками об пол, я развернулась и села. Нога к моей радости оказалась не сломанной, а всего лишь застрявшей в стене. Видимо при падении попала каблуком в хрупкий камень, выбив его. Туфля не позволяла вытащить ногу, и, подползя к дыре, я осторожно сняла её. Пошевелила пальцами, вроде всё в порядке. Оставаться ещё без одной пары обуви не хотелось, поэтому, нагнувшись, засунула руку в дыру, надеясь, что никаких грызунов, пауков или змей здесь нет. Нащупав носок туфли, я потянула его на себя, но туфля не поддавалась. Несколько ритмичных движений и она, наконец, в моей руке.
– Не поняла. – Смотрю на кулон, цепочка которого крепко намоталась на каблук. Небольшая, размером с фалангу пальца тонкая круглая пластинка из белого оникса покачивалась на цепочке, гипнотизируя. Тонкие прожилки, которые было сложно увидеть в таком свете, но отчетливо ощущались кончиками пальцем, исчерчивали её с обеих сторон. Цепочка была самая простая, золотая, из тонких звеньев, да и сам кулон был простоват.
Туфля оказалась на своем законом месте, и мне настало время убираться оттуда. Бросать или прятать украшение назад я не стала, засунув его в карман сумки. Быстро перебирая ножками, я практически бежала в сторону своей комнаты. Пока Хелен не пришла снова, нужно что-то сделать с платьем. Грязь ещё можно как-нибудь объяснить, но как леди может объяснить большое светящееся пятно на заду, я не знала.
В покои входила тихо, благо выход был в гардеробе, и я смогла переодеться в костюм, прежде чем выйти. Проверив, и убедившись, что в покоях никого нет, вздохнула, и, прихватив платье, превратившееся в страшный сон…да кого угодно, закрылась в ванной.
Только ближе к полуночи я смогла отстирать проклятое светящееся пятно. Правда, само платье после этого было безвозвратно испорчено. Надевать его после стирки было уже нельзя, если я, конечно, не собиралась посмешить гостей Императора. Что-то отвалилось, что-то облезло, шнур корсета лопнул, а кружева съежились. Чем бы ни было получившееся соединение, с тканью и водой оно вступило в химическую реакцию. Хорошо ещё, что дыр не было. От пятна избавилась, но меньше вопросов платье бы не вызывало. Но даже так, пока что, куда-то деть его я не могла. Одежды с собой у меня было немного, а потому пропажа одного из них, будет подозрительным. Марианн сразу же заметит, что платьев стало меньше. Пришлось сушить получившуюся голубую тряпку, ибо по-другому назвать было невозможно, распрямлять, как можно лучше и вешать самой последней, накинув на платье дорожный плащ, открывающий только не пострадавший чудом воротник.