Сердце стальной ведьмы
Увы, обычному магу подобное никто сделать не позволит.
Визиту Гердера я искренне обрадовался. И хоть понимал, что он мне не родня и не кузен, но всё равно чувствовал странную связь между нами. И не мог воспринимать его только, как короля. Нет, для меня он в первую очередь был братом. Хотя, думаю, это чувство являлось взаимным. Ведь иначе совсем неясно, почему, едва появившись в имении, он первым делом направился именно ко мне.
Сначала долго рассматривал кабинет, который я переделал под лабораторию, изучал записи, вертел в руках заготовки будущих артефактов и спрашивал о том, нравится ли мне здесь? А потом плавно подвёл разговор в другое русло.
– Нелегко, наверное, жить бок о бок с двумя ведьмами? – будто бы равнодушно проговорил король.
– Если честно, ваше величество, с Тейрой мы всё это время почти не виделись. Оба были слишком заняты. А Миранда если и угрожала, то лишь чтобы заставить меня нормально питаться, – я улыбнулся, вспомнив глаза грозной черноволосой ведьмочки. – Она очень добрая и внимательная, но злить её я бы не рискнул.
– Она тебе интересна? – в голосе монарха проскользнуло странное напряжение. – Может, между вами что-то есть?
– Нет, – ответил уверенно и серьёзно, чтобы у Гердера даже мысли не возникло об обратном. – Я всегда знал, что с ведьмами связываться нельзя. Единственный раз в жизни нарушил этот свой принцип, и оказался в другом мире. Потому, ваше величество, между нами исключительно приятельские отношения.
– И с Тейрой? – спросил он, будто бы даже с облегчением.
– Тут мне нечего вам ответить, – развёл руками. – Мы с ней в последний раз и говорили-то нормально ещё до приезда в этот особняк. Леди Соун всецело увлечена порталами.
– Ты можешь звать меня по имени, – вдруг сказал король. – Наедине Эйвер никогда не использовал официальных обращений.
– Не стоит, – покачал я головой. – Иначе могу забыться и позволить себе говорить с вами, как говорил бы со своим братом. А Крот привык к простому общению. Потому я лучше не буду переходить эту черту.
– Как знаешь, – пожал плечами Гердер. Глянул на серьгу на моём ухе и усмехнулся. – Ты и в своём мере это украшение носил?
– Нет, – бросил иронично. – Пришлось надеть уже здесь, чтобы соответствовать образу лорда Ходденса. По словам Лиара, сейчас нас можно отличить только по татуировке, которая есть у меня на голени, и которую ваш кузен никогда бы себе не сделал.
– Это уж точно, – хмыкнул король.
Он молча прошёл по кабинету, снова глянул на записи…
– Эйвер, – сказал вдруг, – у меня будет к тебе просьба. Хотя, помня, что ты просил найти информацию об «оке богини», эту просьбу можно зачесть, как условие сделки.
– И что же я могу для вас сделать? – спросил, насторожившись.
– Ничего особенно сложного. Но ты единственный, кто может здесь помочь. Дело вот в чём…
Гердер пару секунд задумчиво смотрел в сторону, словно собираясь с мыслями. Вопрос явно был для него важен, но вряд ли имел отношение к государственным делам. Скорее, к чему-то более личному.
– Миранда, – наконец проговорил правитель королевства. – Дело в ней. Понимаешь, мы не могли встречаться раньше. Никак, но… я знаю её. Это сложно объяснить, но мне знаком её голос, её взгляд, её мимика. Даже её запах. Будто когда-то она была моей. Уверен, её поцелуй мне тоже покажется знакомым. Но когда пытаюсь вспомнить, в памяти словно дыра образуется. И я бы отмахнулся от этих странностей, но меня иррационально тянет к этой ведьме. Я даже поинтересовался у неё, не встречались ли мы ранее? Единственное место, где у меня что-то могло быть с ведьмой – один бордель, куда меня пару раз заносило. И я прямо спросил, сталкивались ли мы там, и она ответила отрицательно. При этом точно сказала правду.
– Но чем здесь могу помочь я? – рассказ короля произвёл на меня впечатление.
– Мне она не доверяет, к себе не подпускает, на благосклонность будто не обращает внимание. Но для меня важно узнать, как и когда мы с ней пересекались в прошлом. А ты сам по себе человек, который своим благородством располагает людей к себе. Думаю, ты сумеешь найти способ выведать у Миранды информацию. Прости, но Тейре я с этим не обращусь. Ей гордость не позволит пойти на такую сделку.
– А мне, значит, позволит? – бросил с усмешкой.
– В тебе куда больше здравого смысла. И ты мужчина, тебе проще меня понять.
Ну и задачку он передо мной поставил. Даже не представляю, как подойду к Мире и спрошу, было ли у неё в прошлом что-нибудь с королём.
– Вы уверены, что переспали с ней?
– У меня есть только обрывки воспоминаний, – ответил его величество. – Смутные, словно полустёртые. И эмоции. Вот их я помню прекрасно, но всплыли они в памяти только после встречи с Мирандой. – Он посмотрел мне в глаза и выглядел очень серьёзным. – Да, Эйвер. Я спал с ней. В этом не сомневаюсь. Но больше ничего вспомнить не могу. Потому мне нужна твоя помощь.
– Это непростое поручение, ваше величество, – сказал, что думал. – Я пока даже не знаю, как вывести её на такой разговор. Но попробую. Скажите, могу ли я посвятить Тейру в суть вашего условия? Может, она всё же договорится со своей гордостью?
Король хмыкнул, но кивнул.
– Дерзайте. Кстати, нужные книги я нашёл. Так что свою часть этой сделки готов выполнить хоть завтра.
Другой мотивации мне и не требовалось. Ладно, что-нибудь придумаю.
***
Сначала в академию переместились два охранника короля, потом Гердер с Мирандой, которую король даже за талию приобнял. Мы с Тей должны были прыгать последними.
– В нашем мире при перемещении парой, требуется максимальный контакт кожа к коже, – проговорила Тейра, повернувшись ко мне. – Потому пространственные прыжки почти всегда совершают по одиночке. Ты уверен, что хватит только прикосновения рук?
– Можешь обнять меня за шею, – ответил, не отводя взгляда.
Мне нравились её зелёные глаза. А когда она в чём-то сомневалась или волновалась, они будто начинали чуть светиться.
– Мне так будет спокойнее, – сказала ровным тоном, но я видел, что эта леди не так спокойна, как желает казаться.
Одну её ладонь я крепко сжимал в своей руке, вторую она опустила мне на шею ближе к затылку. Язык так и чесался предложить для верности закрепить перемещение поцелуем, но пришлось промолчать. Нет, с Тейрой такие шутки не пройдут. Она вообще не особенно любила шутить, а уж её смех и вовсе являлся настоящей редкостью. С тоской вспомнилось какой открытой была её улыбка, когда она выпила немного вина на смотровой площадке академии. Тогда эта девушка казалась совсем другой ‒ более живой, эмоциональной, настоящей.
– Закрой глаза, – попросил её.
А когда она повиновалась, быстро перенёс нас к главным воротам академии.