Усмиритель душ (СИ)

 По краю картины вился ряд странных символов: это были не иероглифы — и Юньлань понятия не имел, что это вообще за язык. Однако значение этих слов он понял в тот же миг, хотя никогда раньше их не видел.
 «В тени лесов я впервые увидел Куньлуня, 
  И отблеск его милосердия навсегда растревожил моё сердце. 
  
  Вэй»  
 ***
 Десять минут спустя молодой человек из грузоперевозок постучался в дверь, и ему открыл тот самый нетерпеливый заказчик. Однако вместо того, чтобы впустить бригаду внутрь, он вдруг сообщил, что переезд отменяется, и без единого возражения оплатил им несделанную работу, извинившись за поднятый зазря шум.
Примечание к части [1] Север, юг, запад, восток, верх и низ — шесть направлений, вместе образно представляющих всю вселенную.
 [2] Система, состоящая из 64 символов — гексаграмм, каждая из которых выражает ту или иную жизненную ситуацию во времени с точки зрения её постепенного развития. - https://en.wikipedia.org/wiki/I_Ching
Примечание к части В прошедшие выходные наш перевод был официально завершен и теперь будет выходить немного быстрее ❤️ спасибо, что читаете! Глава 66.
 Встретившись с деканом, Шэнь Вэй немедленно понял, что кто-то нарочно отвлекает его внимание. Его глаза потемнели, и стоило декану отвернуться, как Шэнь Вэй положил ему на плечо тяжёлую руку и холодно спросил:
 — Кто велел вам мне позвонить?
 В этом простом вопросе ощущалась такая гнетущая угроза, что декан застыл на месте, не в силах шевельнуться. Расфокусированным взглядом он уставился в стену, словно сосуд, внезапно лишившийся души.
 Шэнь Вэй сильнее сжал пальцы, развернул декана к себе и прорычал:
 — Я задал вам вопрос!
 Никто не в силах солгать прямо в лицо Палачу Душ, тому, кто своими руками судит добро и зло. Однако декан только растерянно моргал, не в силах вымолвить и слова. У Шэнь Вэя дрогнуло сердце: кто-то хорошенько порезвился, подчищая память этого человека.
 Шэнь Вэй разжал хватку и, не оборачиваясь, вышел из кабинета. А декан, вернувшись в сознание, удивлённо уставился ему вслед. Свой телефон Шэнь Вэй не проверил: сам он пользовался этим устройством, только чтобы отвечать на звонки. И прекрасно знал, что никто из его потенциальных врагов не опустится до использования человеческих электронных приборов.
 Разумеется, ему даже в голову не могло прийти, что кто-то может устроить подобное, разработать такой хитрый план только ради того, чтобы перевезти его вещи в новый дом и украсть несколько пар трусов.
 Ворвавшись домой, Шэнь Вэй обнаружил гостиную абсолютно пустой и с тяжёлым сердцем застыл на месте. Жажда убийства поднялась у него внутри разъярённым драконом, что проспал много тысячелетий и проснулся из-за того, что кто-то неосторожно прикоснулся к его чешуе. Внешне Шэнь Вэй казался спокойным, но с тех самых пор, как его небрежность повлекла за собой ранение Чжао Юньланя, он постоянно был напряжён до предела, словно туго натянутая струна.
 Найденная в гостиной пустота едва не заставила его сорваться, но донёсшийся с балкона голос мгновенно успокоил рвущуюся наружу ярость. Шэнь Вэй поспешно взял себя в руки и вспышкой чёрного дыма переместился на балкон.
 Чжао Юньлань стоял там, лениво облокотившись на подоконник, курил и орал в телефон:
 — Нет, не из камня… Какой ещё белый мрамор, вы там совсем охуели? У меня же не дворец, старик У, избавь меня от этих глупостей… Нет, это ты меня послушай: если всё сделаешь, как надо, получишь премию. Ровно как я и обещал, хорошо? Но если что-то пойдёт не так, то смотри у меня, я тебе…
 Шэнь Вэй выдохнул с облегчением, опираясь на балконную дверь. Только теперь он осознал, что успел покрыться холодным потом.
 Услышав его вздох, Юньлань обернулся и улыбнулся ему, а затем продолжил свой разговор:
 — Ладно, не будем спорить о мелочах. Все материалы должны быть экологичными, понял меня? Какой ещё «Копенгаген»*? Я собираюсь там жить и не хочу дышать химикатами, которые и через сто лет не выветрятся… Слушай, моя жена пожаловала, не могу больше говорить. Пока!
 Повесив трубку, Юньлань затушил сигарету и, развернувшись, небрежно опёрся на подоконник.
 — Малыш, — протянул он нежно, — иди же сюда и обними своего мужа!
 Дразнить Шэнь Вэя давно вошло у него в привычку, но в этот раз тот не стал медлить и правда крепко обнял его, а затем с поразительной лёгкостью поднял на руки и закрыл окно за его спиной.
 — Глупый, — проворчал Шэнь Вэй, чувствуя, какие ледяные у Юньланя руки. — Холодно же.
 Юньлань, как есть беспечный мальчишка, обнял его за шею, лениво потянулся и уложил подбородок ему на плечо, жмурясь, как пригревшийся на солнышке сытый кот.
 — Что-то не так? — осторожно спросил Шэнь Вэй.
 — Ничего такого, — помедлив, отозвался Юньлань и открыл глаза, глядя на Шэнь Вэя вблизи. — Просто удивлён, каким способом ты решил выразить своё влечение ко мне. Приятно удивлён. Хотя я бы предпочёл физическую близость.
 Воспользовавшись чужим удивлением, Юньлань быстро чмокнул Шэнь Вэя в губы и выскользнул из его объятий.
 — Пойду умоюсь, заберу Да Цина, и поедем к моим.
 И больше ни словом не обмолвился о том, что видел.
 ***
 И Юньлань, и Да Цин собирались заявиться в гости с пустыми руками, но Шэнь Вэй решительно отмёл эту идею и затащил их обоих в магазин искать подарки.
 Чем ближе они подъезжали, тем нервознее становился Шэнь Вэй: не будь он человеком, верным своему слову — непременно сбежал бы при первой же возможности.
 Дверь была не закрыта, и Чжао Юньлань даже не постучался — просто вошёл, словно знал, что его уже ждут. Внутри было просторно и пусто: вдалеке из кухни слышался звон посуды. На полу у двери гостей заблаговременно поджидали две пары новеньких тапочек.