"Фантастика 2024-158". Компиляция. Книги 1-31 (СИ)
— Какие-то проблемы, Нестор Андреевич, — вкрадчиво уточнил парень, чувствуя, что этот прилизанный лоснящийся колобок вызывает в нем самую настоящую ярость.
Первобытную. Животную.
Охрана все поняла мгновенно, стоило только бойцам деда Тараса услышать рычащие нотки в голосе их нового главы, как они непроизвольно отступили на шаг.
— Так ить машины же к нашему гаражу приписаны! — зачастил тот. — Как же я отчитаюсь за них-то, прости первопредок!
В груди Буровина взорвалась небольшая бомба. Ярость буквально туманила разум, и сдерживать ее было ой как нелегко! Кажется, самому Потапычу ооочень сей господин не нравился. А уж упоминания в подобном контексте и тому подавно!
Владимир его мнение разделял более чем полностью.
— Ты перед кем отчитываться собрался, а? — все еще очень ровно поинтересовался парень. — Чье разрешение испрашивать⁈ Моего слова тебе мало⁈
Он даже сумел сократить длину своего вопроса примерно вдвое от первоначальной формулировки, выкинув из нее весь мат.
Буровин сдерживался с большим трудом. Конечно, Гудков ему и самому не нравился, но эти волны ярости… Кажется, первопредок решил сказать свое веское слово!
— Понимаете…
— Нет, не понимаю, — вполне искренне ответил парень.
Теперь в его голосе угрозы мог не заметить лишь человек откровенно тупой… либо крайне обеспокоенный, как бы не сорвалась его какая-то мутная схема по личному обогащению.
— Так я объясню! — натурально обрадовался «колобок».
Кажется, он всерьез в моменте поверил, что кому-то есть до этого дело.
— Ну, попробуй, — предложил ему молодой человек.
Тут пробрало даже безбашенную Анечку. Настолько, что она, опасаясь как бы в холе представительства Буровиных не пролилась кровь, попробовала вразумить «подопечного»:
— Владимир Сергеевич…
Однако Владу оказалось достаточно лишь перевести взгляд на черновласку. Она тут же и осеклась, разглядев в его глазах что-то очень-очень нехорошее и опасное.
— Итак, я слушаю, — негромко предложил продолжить он.
— Видите ли, господа Фундуковы…
Рассказ лился подобно полноводной реке. Изобилие деталей, лирических отступлений и иных литературных троп туманило разум. Однако главное парень для себя все-таки вычленил:
— Ты что ж, с*ка, — холодно произнес он. — Машины рода кому-то… пообещал?
Кто-то за его спиной охнул, вполне понимая, ЧТО может ожидать слугу за такой проступок. Да даже если прямо сейчас Буровин действительно прибьет «колобка», то большой вопрос, будет ли вообще суд после. Да-да, положение официального слуги и последователя рода — это не только плюшки, но еще и очень серьезная ответственность.
— А как! — взвился Гудков. — Как я должен все это содержать⁈
Казалось, на конце фразы визг его скользнул куда-то в область ультразвука.
— А это мы посмотрим «как», — «спокойно» выдал Владимир. — Проверим каждую трату! И не приведи Медведь, если окажется, что ты хоть копейку утаил!
— Да кто ты такой здесь⁈ — взвизгнул толстяк подпрыгивая.
Ткнуть пальцем в грудь молодого человека он не забыл.
— Да я Афанасию Петровичу все… — бессвязно кричал он, размахивая руками перед лицом нового главы. — А уж Роман Григорьевич… Он У-У-У-У!..
Хлоп!
Парень не сдержался. Или первопредок внутри него. Ударом «лапы» он отправил представителя в ближайшую стену, по которой тот благополучно и стек на пол.
— Владимир Сергеевич, — дед спокойно протянул парню платок.
— Благодарю… Тарас Васильевич, — отреагировал тот, вытирая лицо.
Брызгать слюной Гудков изволил в самом прямом смысле слова.
— Влад… — негромко прошептала Анечка, но старик только цыкнул и задвинул ее за спину.
В нее тут же по цепочке вцепились руки водителя Олега. Тот, не дав своей «жертве» сориентироваться, вывел ее на улицу.
— Тарас… Васильевич, — с трудом взял себя в руки парень. — Я очень зол.
Дед радостно изобразил вид лихой и придурковатый. Его люди поступили так же.
Буровин обвел всех тяжелым взглядом, в котором сейчас было так мало от человека и столь много от Хозяина. Кое-кто от такого зрелища явственно вздрогнул.
— Медведь вернулся… — еле слышно сглотнул кто-то из охранников.
Однако Владимир услышал и погрозил тому пальцем. Без всякой злобы. Просто показывая, что реплика до его слуха таки донеслась. Худощавый молодой человек, так и не представленный молодому главе рода, вытянулся еще больше. Хотя, казалось бы, куда уж там еще-то.
— Это что такое? — негромко спросил парень.
Ему не ответили. Слово-то у всех на языке вертелось. Вот только материться «в строю» никто не решился. А подбирать аналоги… Не так-то это просто! Род Песцовых и обидеться может!
— Этот на тебе, — негромко сообщил парень, указывая на стонущее тело. — Проверить машины и подготовить их к старту. Срок — сутки.
Дед Тарас понимающе кивнул.
— Убедись, что этому… человеку, — последнее слово было произнесено Буровиным с большим сомнением. — Не придет в голову нарушить приказ главы рода и позвонить Афанасию Петровичу… или еще кому-нибудь.
Еще один кивок подтвердил, что защитник все понял.
— А, лучше, знаешь что… Запри-ка ты его под домашний арест до нашего выезда.
Однако тут старик лишь головой покачал.
— Никак нельзя, — уверенно заявил он. — Завтра с утра просители пойдут, могут слухи пойти нехорошие… А репутация — она девка такая. Сами знаете!
Владимир задумался. Но лишь на миг.
— Делай как знаешь, — решил он. — Мероприятия на тебе. Никакой возможности связаться с остальным родом у него быть не должно. Это приказ. Мы с вами так же переходим на нелегальное положение. Так что твоих бойцов это тоже касается.
Тарас Васильевич примелькавшимся уже движением огладил бороду, да и заявил:
— Понял, сделаем.
Молодой человек только кивнул и прошел в дом. Хозяин, заявив свои права, вновь «залег в берлогу» где-то в глубине души парня. Начался легкий откат. Накатила слабость. А потому парень не услышал, как старый защитник прошептал со смешком:
— Ох, Володька!
* * *Вечер они встретили на одной из квартир, принадлежащих роду.
Места всем в тесной двушке не хватило, но с учетом двух парных постов — вроде как разместились. Олег даже организовал питание из ближайшего ресторана. А с чаем они разобрались и сами. Так что все были сыты и довольны.
Кроме Анечки.
Не понравилось, видите ли, прекраснодушной девочке обращение с Гудковым. Про то, что она и сама рукоприкладством не брезговала для вразумлении «еще того» Буровина, она в этот миг позабыла.
Владимир, кстати, очень надеялся, что защитнице ума промолчать хватит.
Не сложилось.
— Зачем⁈ — резко выдохнула она в какой-то момент. — Так нельзя!
Буровин пожал плечами. Ему было все равно. Честно говоря, он ожидал, что с Гудковым случатся куда более неприятные вещи после полноценного аудита. Если не сбежит, конечно. Хотя куда бы? Да и шарик земной имеет свойство становится очень даже тесным и маленьким, если за тебя взялись всерьез.
А искать его будут обязательно. Нельзя, чтобы у кого-то возникла хотя бы и тень мыслишки, что подобное можно провернуть с родом Великого Медведя.
— Знаешь, Аня, — серьезно ответил Буровин. — У ханьцев была когда-то славная традиция. Если чиновник проворовался, то из него делали чучело и сажали в кабинете, чтобы его сменщик всегда помнил, что его ждет за двурушничество.
Девушка сглотнула. Кажется, фантазией она обладала богатой. Не самая лучшая черта при ее профессии.
— Представь себе, не помогало, — развел руками парень. — Видимо, это в природе человека. Некоторые без этого не могут.
Дед Тарас одобрительно кивнул и сделал еще один шумный глоток из чашки.
— Тогда… зачем? — зло выдохнула черновласка.
— Воровать будут всегда, — констатировал молодой человек. — Но пусть хотя бы боятся!
— Так надо найти того, кто не ворует! — вскипела та вновь.
— Зачем, — искренне удивился, Влад, одним махом ополовинивая свою чашку. — Да я первым уволю управленца, который к своей выгоде ничего не придумает! Нет, случаи бывают, конечно! Однако чаще всего прекраснодушные люди со «светлыми лицами» либо начинают воровать еще пуще, стоит им прибиться к кормушки, либо страдают полной деятельной импотенцией.