Невеста для принца Эльдорадо (СИ)

- И я переоденусь, - согласилась Лона. - Только не подсматривай, а то я стесняюсь.
Мне раньше казалось, что приличных людей о таком просить не надо, а неприличных - бесполезно. Но принцессе виднее, даже если она поддельная. Я повернулся к ней задницей, и стал снимать мокрую одежду и отжимать из неё воду. У себя за спиной я слышал лязг кольчуги и отрывистые фразы Лоны на незнакомом языке, наверно, грязные ругательства.
  
- Дарен! - вдруг вскрикнула она испуганным голосом.
Я тут же упал на одно колено, оборачиваясь и поднимая арбалет. Но я не видел, куда стрелять, Лона закрывала противника собой. Прыгнул в сторону из этой неудобной позиции, но и с нового места не видел, кто на неё напал. Я уже стоял на ногах и водил арбалетом во все стороны, готовясь сразу же снять предохранитель и выпустить стрелу, как только пойму, где враг. Ещё не совсем стемнело, я неплохо видел в сумерках, но никаких врагов так и не заметил.
- Извини, не хотела поднимать тревогу, - Лона так густо покраснела, что это было бы видно и безлунной ночью. - Не беспокойся, я не видела ничего неподобающего.
Учитывая, что из одежды на мне оставался только пояс с оружием и секретными карманами, стало очень интересно, что она подразумевает под неподобающим. Мой детородный орган? Так она смотрит на него прямо сейчас. Неужели ослепла и не может рассмотреть? Или как раз эту часть тела она сочла подобающей, и решила сквозь смущение сообщить эту радостную весть? Нет, наверно, она врёт, многие женщины время от времени врут. А если уверяют, что всегда говорят правду, врут особенно беспардонно.
- Ты есть не хотевшая поднимать тревогу, - напомнил я. - Ты есть хотевшая посмотреть на мой орган, так ли это?
- Нет! Я не могу снять кольчугу! Хотела попросить, чтобы ты мне помог.
- Я есть готовый помочь.
- Может, сначала оденешься? - робко предложила она.
- Ты есть могущая зажмуриться.
Оказалось, звено кольчуги зацепилось за рубашку. Пришлось отложить арбалет, запустить под кольчугу обе руки и там изрядно повозиться. Лона возмущённо кряхтела, а я решил, что при первом же случае надо будет зайти к оружейнику, пусть приведёт кольчугу в порядок.
Перед сном мы поели мяса и сухарей. Когда я их покупал, это почему-то называлось хлебом, но теперь не было никаких сомнений - сухари, и ничто иное. Этой бывшей буханкой запросто можно было проломить чей-нибудь череп не хуже, чем булавой. Впрочем, стоило мне выставить смертельное оружие из-под навеса, и оно мгновенно превратилось в размокший хлеб. Спать легли прямо на мокрую траву, под головы положили вещмешки, а укрылись своим единственным одеялом.
Возбуждённый сверх всякой меры, я забрался под одеяло к симпатичной девушке. Но меня так утомили долгая скачка и внезапный ливень, что я уснул раньше, чем ухо коснулось мешка, заменяющего подушку. Снились мне обнажённые женщины, они пытались меня соблазнить, и по одной, и группами, но у меня так болела задница, что им не удалось даже заинтересовать. Тут появился мой папа, и они с визгом разбежались. Папа спросил, почему я не взял в дорогу палатку. И даже если забыл, мог купить её в столице. Я сказал, что собирался ночевать на постоялых дворах, а не в лесу. А он ответил: всё дело в том, что его сын идиот, и удалился, горестно качая головой.
***
Проснулся я на рассвете. Сказать, что ничего не болело, было бы неправдой, но такую боль я вполне мог терпеть, даже не подавая виду. Лона сладенько посапывала во сне, а я занялся костром. Дождь давно закончился, но трава оставалась мокрой, с деревьев капало, а хворост насквозь пропитался водой. Но я нашёл упавшее трухлявое дерево, а когда много трухи, разжечь огонь несложно. В трухе обитала ещё одна змея в плохом настроении, она хотела меня цапнуть, но двигалась недостаточно быстро, и я без труда схватил её за шею и отсёк голову кинжалом.
От огнива труха задымилась, я раздул жар в огонёк, а пока она горела, подсохли и вспыхнули тоненькие веточки, за ними - чуть потолще, в общем, всё как обычно. Тем временем совсем рассвело, Лона тоже проснулась и умылась, стряхивая воду с листьев. Умница, ведь наши фляги почти пусты, и неизвестно, когда мы сможем их наполнить. А потом ни словом не возразила, когда я предложил ей пожарить на костре двух змеюк, разделала и пожарила, причём шампур вырезала из ветки сама. На принцессу совсем не похоже, зато очень удобно для совместных поездок.
Змеиное мясо - не самая вкусная еда, но некоторые горные варвары готовят его так, что пальчики оближешь. Да, мы с ними не только воюем, бывает, что и возле костров сидим. Это я вот к чему - Лона тоже очень неплохо пожарила, а ведь из специй у неё были только соль и горчица. Я похвалил её стряпню, но она в ответ только фыркнула и сказала, что готовить научилась в детстве. Пока мы ели, я вскипятил воду в кружке и заварил для Лоны чай. Хватило бы ума прикупить вторую кружку - заварил бы и себе, а так запивал завтрак водой из фляги.
- Высочество, ты есть поехавшая вдвоём со мной почему? - спросил я, пока чай остывал.
- Сначала ты ответь мне.
- Я есть слушающий вопрос.
- Дарен, мне сказали, что в Эльдорадо ты аристократ. Какой у тебя титул?
- Наши титулы есть не признающиеся в других королевствах.
- Почему?
- Их есть очень много. Чужие короли есть не принимающие такого.
- Неважно, признают их или нет. Какой титул у тебя?
- Я есть герцог. Это есть почти высший титул. Выше титулы есть только король, кронпринц и принц. Принц есть старший сын кронпринца.
- Значит, ты - один из высших аристократов Эльдорадо?
- Я есть один из семисот герцогов. Число есть приблизительное.
- У вас там что, семьсот герцогств?
- У нас есть ни одного герцогства совсем.
- Нужно говорить не "есть", а "нет ни одного".
- Нет ни одного герцогства совсем, - послушно повторил я.
- Дарен, свершилось чудо, достойное занесения в летописи! Ты произнёс фразу без "есть"!
- Я есть молодец, так ли это?
- Да, герцог, ты молодец. А теперь я, как и обещала, расскажу тебе, почему охотно уехала из дворца.
- Я есть очень внимательный слушатель.
- Человек, которому я полностью доверяю, сказал, чтобы я во всём слушалась Дарена, благородного аристократа из Эльдорадо и посланца тамошнего короля. Наши судьбы переплетены, и если я попробую их расплести, меня ждёт смерть. Но об этом можно рассказывать только тебе.
- Я не есть верящий в судьбу. Фатализм есть неправильное мировоззрение.
- Ты даже такие слова знаешь? Может, ненароком и университет закончил?
- Я не есть учившийся там. Сказавший тебе слушаться меня человек есть кто?
- Тётя Фанни, моя няня и гувернантка. Она приехала в Гроссфлюс вместе с мамой. Маму совсем не помню, а её знаю всю жизнь. Это она научила меня и готовить, и убирать, чтобы не зависеть от горничных и кухарок.
- Твоя няня есть сказавшая это когда?
- Четыре дня назад, перед отъездом. Она пообещала, что мы с ней встретимся в Эльдорадо.
Мы быстро свернули лагерь и тронулись в путь. Пока ехали, я пытался как-то осмыслить рассказ Лоны. Некая тётя Фанни с чего-то взяла, что моя судьба переплетена с судьбой принцессы, и наказала ей полностью и беспрекословно во всём полагаться на меня. То, что Фанни - из банды банкиров, как и покойная Ребекка, я понял сразу. Это заодно объясняло, откуда она вообще обо мне знает. Но как понимать переплетённые судьбы? Лона предназначена не мне, а принцу Карстену. В Эльдорадо наши дороги разойдутся.
К тому же под сплетением судеб обычно понимают секс. Я нормальный парень, девушками очень даже интересуюсь. Лона мне симпатична и лицом, и телом, и вообще. Где вы ещё найдёте принцесс, способных вкусно приготовить змею? Не считая, конечно, Эльдорадо, у нас по традиции королевская семья изредка готовит себе сама. Похоже, принцессу Мелону специально готовили к нашим обычаям, причём задолго до перевода денег в казну Эльдорадо. Да, не буду скрывать, я бы с ней с удовольствием занялся тем самым, но долг прежде всего. Разумеется, я не приведу в невесты принцу собственную любовницу, а со вспышками желания уж как-нибудь справлюсь, не впервой.