Железное сердце. Книга 2. Тайна замка Морунген
— Мои помощники будут охранять меня, чтобы вы не наделали глупостей, — строго сказал Кланц.
Помощники?! Кто еще явился на подмогу Кланцу кроме Арахнофера?
Между ног механического монстра спокойно проскользнул невысокий человек, подошел к Кланцу, оглядел зал и обратился к Августу робким, немного надтреснутым голосом:
— Добрый вечер, господин полковник. Поверьте, мне жаль, что мы вновь встретились при таких обстоятельствах… Надеюсь, вы не сильно пострадали.
Я ахнула и прижала руку ко рту, не в силах поверить своим глазам. Зандер! И он вовсе не призрак!
— Черт бы тебя побрал, сержант, — ответил полковник сквозь стиснутые зубы. — Я был обязан тебе жизнью, но, пожалуй, не буду отдавать этот долг. При первой возможности всажу пулю в твою уже дырявую башку. Ты заслуживаешь расстрела как предатель и мародер.
Зандер тяжко вздохнул и провел ладонью по шраму на лысой голове.
— Мои поступки многие неправильно истолковывают, — заметил он. — Но я на вас не в обиде и благодарен за все, что вы для меня сделали.
— Что тут истолковывать! — крикнула я. — Деньги — вот и весь толк! Кланц вам заплатил, чтобы вы вывели полковника из строя своими ядами, верно? И стреляли в него! И теперь вы вернулись, чтобы довершить работу?
— Добрый вечер, госпожа Майя, — ответил мне Зандер. — Не устаю поражаться вашей храбрости и сообразительности.
— Думала, наткнулась ваш труп в подземелье. Жаль, ошиблась, и это были не вы!
— Видел я того бедолагу, — признался Зандер. — И правда, есть некоторое сходство. Тоже лыс и со шрамом на голове. Черный рудокоп. Залез, куда не нужно, и издох. На его месте вполне мог быть я, но мне повезло. Удалось выбраться через подземный ход наружу.
— Довольно любезничать! — велел Кланц. — Зандер, возьми свисток и проследи, чтобы слуги и господа вели себя прилично. Ну а мы пока спокойно потолкуем с Августом и госпожой Майей.
Зандер достал из кармана свисток, поднес к губам и проиграл негромкую затейливую мелодию.
Арахнофер тяжело развернулся, двинулся вперед, а когда остановился, его туша отделила угол зала, где вжались в стены гости и слуги.
Глава 23 Сердце замка— Мерзкая, ужасная ситуация, — с горечью сказал Кланц. Его восковой лоб покрылся испариной, а пистолет, что сжимала тонкая рука, обрамленная алым обшлагом камзола, мелко подрагивал. Черное дуло уставилось на меня.
— Август, не я начал это… безобразие. Мальчик мой, ты ведешь себя неразумно. Я приехал сюда договориться. А ты начал предъявлять нелепые обвинения, решил меня арестовать и передать дознавателям.
Он покачал головой и тяжко вздохнул.
— Глупости! У меня высокие покровители, никакой суд мне не страшен. Они заключили со мной сделку. Они стары. Им нужны новые сердца. Но без моей супруги, моей дорогой Маргарет, я не возьмусь изготовить это идеальное… приспособление. Однако у нас с тобой есть испытанный механизм. Есть и люди с нужным даром — госпожа Майя, и тот юноша… как его… Франц Фукс, протеже Крамера! Они помогут. Я изучу, как работало твое сердце, учту ошибки, создам более совершенное устройство! Мои покровители уже согласились найти доноров, чтобы напитать механизмы жизненной силой. Время на исходе. Август, ты получишь живое сердце обратно и искупишь ошибки. Да, я предполагал, что ты можешь выкинуть что-то неожиданное. Хорошо, что я наведался сегодня в подвал и подлатал старого Арахнофера. Не думал, что придется вызвать его в этот зал… жаль, жаль, что так вышло!
Кланц замолчал и вытер лоб обшлагом рукава.
Чудовищный паук стоял неподвижно, но шестеренки в его утробе скрипели и визжали непрерывно. Гулко тикали часы, тяжко вздыхал Зандер, у двери тонко поскуливал Кербер — ему тоже досталось от железной ноги чудовища.
— Август, решай. Давай расторгнем тот договор и заключим новый. У тебя нет выхода. Иначе мне придется забрать с собой госпожу Майю. Вот твое сердце; прошу, взгляни на него.
— Да, — сказал Август. — Мое сердце.
Он выпрямился и тяжело прошел к стеклянному футляру, где бился и трепетал распятый на проводах живой орган. Август встал у футляра и несколько секунд молча смотрел на него. А потом положил ладонь на крышку.
— Сделки не будет.
С этими словами он с размаху швырнул футляр на пол. Осколки полетели во все стороны, электрическая батарея вспыхнула синим пламенем, лужа кислоты растеклась по полу, и в этой луже в последний раз сократилось и опало человеческое сердце.
— Что ты наделал, глупец! — взвизгнул Кланц и бросился к осколкам.
— Что наделал? Много чего. Но я исправляю свои ошибки, — сказал Август и налетел на Кланца. Он толкнул его всем телом и перехватил руку с пистолетом, но слишком поздно; грянул выстрел, гулкий звук ударился о стены. Кто-то взвизгнул, кто-то выругался.
— Мой мальчик! — потрясенно произнес Кланц.
Август дрогнул и согнулся. Из-под прижатой к груди ладони хлынула кровь, а когда Август медленно отнял руку, на пол посыпались медные детали и осколки кристалла.
И в тот же миг мою грудь пронзила невыносимая боль; я глухо вскрикнула, но тут же поднялась и кинулась к Августу.
— Наконец, я увидел свое механическое сердце, — криво усмехнулся он, но глаза его уже стекленели. Он навалился на стол и медленно сполз на пол.
Я упала на колени рядом с ним и поняла: пуля Кланца пробила латунную дверцу в груди Августа. Кристалл взорвался, выворотив механизм и высвободив скрытую в нем силу, и оставив в груди зияющую дыру. Но крови было не так уж много; теперь на землю падали лишь окрашенные алым пружины и шестеренки.
Я молча сжимала ладонями лицо Августа, за моей спиной кричали и бесновались люди; мне не было дела до того, что там происходило. Глухое отчаяние и боль отрезали меня от всего остального
Реальный мир потух; я погрузилась в свое второе зрение, и лихорадочно искала способ помочь Августу.
Но чем я могла помочь человеку с дырой в груди и осколками сердца под ногами?
Однако энергетические линии его тела еще не погасли, они окрасились алым и пульсировали, но их свет тускнел с каждой секундой; еще немного и они окончательно растают. Другой человек был бы давно мертв, но Август не был обычным человеком. За двадцать лет эфирная копия его организма претерпела изменения, и даже без сердца он продолжал цепляться за остатки жизни — но был обречен на поражение.
Я направила собственные эфирные потоки в его тело и видела, как они медленно переплетаются с его энергетическим двойником. Я не давала ему погаснуть окончательно.
— Август, подожди, — умоляла я. — Не уходи. Я знаю, что делать. Я спасу тебя… еще немного! Сейчас… надо только понять, с чего начать…
Губы Августа едва заметно пошевелились; он дышал, но дыхание его было неглубоким и частым.