Железное сердце. Книга 2. Тайна замка Морунген

— У меня есть то, что обрадует вас по-настоящему! Смотрите, что пишут о том пятом батальоне и вашем друге лейтенанте Морисе.
Он взял заметку и быстро просмотрел ее.
— Спасибо, Майя. Я уже знаю об этом. Списался с нужными людьми и сообщил, что дам деньги, если потребуется денежный выкуп. Но переговоры и обмен — дело долгое и муторное. Будем надеяться, все закончится хорошо. Лучше расскажите, чем вы занимались в столице? Как проводили время? Хорошо повеселились? Уверен, ваша тетушка только и делала, что знакомила вас с разными приличными молодыми людьми.
— Верно! — ответила я жизнерадостно. — Она мне вздохнуть не давала. Собрала целую коллекцию кандидатов в мужья — глаза разбегаются. Если пожелаю, могу выбрать коммерсанта, чиновника, сына промышленника, юнкера… есть кто-то еще, не помню. Владелец театра, кажется…
— И кто же привлек ваше внимание больше всего?
Я рассчитывала пробудить в нем ревность, но не преуспела. Он выглядел лишь искренне заинтересованным.
— Юнкер, — сказала я мстительно. — У него прекрасные черные усы. Когда он пьет чай, придерживает их пальцами, чтобы не замочить. Или делает ладошкой козырек над краем чашки.
— Юнкер — не самый лучший выбор, — заметил полковник. — Он должен получить разрешение командира на брак. Нижним чинам его редко дают. Но вы из хорошей семьи, ваш дядя — почтенный гражданин, может, и получит это согласие… Однако быть замужем за военным не самая лучшая доля. Гарнизоны, походы, пьянки в кордегардиях… нет, не советую.
— Вы в этом хорошо разбираетесь, и я вас послушаю. Долой юнкера.
Он, наконец, засмеялся, но тут же опять помрачнел и глянул на меня внимательно.
— Вы были у доктора Крамера? Я не успел к нему заехать.
— Была, и познакомилась с Францем Фуксом. Очень талантливый молодой человек. Медик и механик, на все руки мастер. Он окончил курс раньше и будет готов прибыть в ваше распоряжение к концу лета. Вы и ваше сердце будете в надежных руках.
— Надеюсь, его услуги не понадобятся. Пока со мной все хорошо.
Я набрала воздуху в грудь, чтобы сказать: «Нет, Август, не все хорошо. Вам грозит опасность», но что-то меня остановило. Было немного страшно упоминать о визите к Кланцу… ладно, заговорю об этом чуть позже.
— Знаете, как я сюда добралась? Вы не поверите!
— И как же? — нахмурился Август.
 
— Попробуйте угадать!
— Прилетели на воздушном шаре? Нет? Вас привез знакомый? Опять нет? Сдаюсь. Говорите уже.
— На паровозе!
— Быть того не может! Как же вас отпустила тетка? Знаю, в столице многие боятся этого нового изобретения.
— Я настояла на своем! Видите, научилась это делать. И знаете, мне ужасно понравилось!
Я принялась рассказывать. Август слушал меня с удовольствием, расспрашивал, уточнял, и его глаза, не скрываясь, ласкали мое лицо, и это еще сильнее подогревало мой пыл.
А потом он осторожно взял меня за руку и, наконец, сделал то, о чем я мечтала — поцеловал… но лишь кончики моих пальцев, а потом и легко коснулся губами моей ладони — но и этого было мне достаточно, чтобы вспыхнуть до корней волос.
Даже хорошо, что Август не позволил себе большего. Иначе я бы умерла на месте.
Он выпустил мою руку и признался:
— Майя, как же мне не хватало ваших рассказов и вашей живости! Ни по ком другом я так не скучал, как по своей часовщице эти несколько дней.
 
— Мне тоже вас не хватало, — быстро сказала я, вспыхнула еще сильнее и поскорее выпалила:
— А вы когда-нибудь видели паровоз?
— Не только видел, но и раньше вас успел испробовать этот удивительный вид транспорта. Я же владею акциями железнодорожной компании, забыли? Я не стал бы вкладываться в них, не зная, с чем придется иметь дело.
— Да, вы всегда все проверяете и подходите к делу основательно. Пожалуй, я теперь понимаю вас лучше. И ваш проект, и все эти нововведения уже не кажутся мне таким чудовищным. Вот только…
— … только вам не нравится, как я внедряю эти нововведения. За дни после моего возвращения в округ я достиг новых вершин ненависти местных. Вам потом доложат. Вскрылись махинации с призывами на сборы в ополчение, кое-кого пришлось оштрафовать, а кое-кого и отправить под суд, — закончил он сухо, сорвал новый одуванчик и резким жестом открутил ему стебель.
Я вздохнула.
— Остается надеяться, что в вас не будут стрелять и не будут травить. Будьте осторожны, ваша милость. Есть какие-то новости о Зандере? Его не поймали?
— Нет. Дошли сведения, что похожего человека видели в приморском городке. Возможно, он уже далеко, за морями.
— А если он прячется где-то здесь? В поместье? В тайных ходах под замком?
— И поэтому я держу Кербера в замке, чтобы он сразу почуял постороннего. Ему не понравилось переселение, но служит он исправно. Поначалу его сильно обижал ваш кот — не оценил его дружелюбия, бил по морде лапой. Теперь между ними вооруженный нейтралитет.
— С Кербером все в порядке? Я хорошо смазала его механические детали перед отъездом.
— Он в порядке.
— А как поживает ваша матушка? — спохватилась я.
— Тоже молодцом. Мне кажется, она расстроилась, когда я вернулся. Да еще без вас. Не поверите, но она к вам привязалась.
— Вот как? — удивилась я.
— Она огорчена тем, что скоро в замке будет полно народу. Через три недели приедут гости.
— О, тот прием! Вы по-прежнему собираетесь развлекать здесь князя и… гостей с их дочерями.
— О да, князь настроен решительно. Он как ваша тетушка: тоже собрал для меня коллекцию кандидаток в супруги. Не первой свежести, и не первого сорта — на большее сын конюха не может рассчитывать — но девушки достойные, неглупые, и даже, по его словам, красавицы. А главное, с полезными отцами.
У меня противно засосало в груди.
— Много гостей ожидается?
— Человек восемь-десять.
— Все ваши знакомые, надеюсь? Вы слышали о Горностае?
— Как не слышать! В столице много о нем болтают, — хмуро отозвался полковник. — Он увел у Мюнцера не только диадему, но и кое-какие важные военные документы. Их потом можно выгодно продать за границу. Серьезное дело…
— Он может заявиться в ваш замок. За тем ожерельем…
Я немного смутилась.
— Пусть заявится, — равнодушно заметил полковник. — Очень надеюсь на его появление. Вы не могли бы починить застежку на ожерелье? А то, знаете, перед грабителем стыдно. Вы упоминали, что у вас есть хорошие ювелирные инструменты.
— Ах да, я действительно ее сломала тогда, — пробормотала я. — Обязательно починю. Август, а что, если Горностай — это тот, кого вы хорошо знаете? Князь Рутард, например?