Книга Короткого Солнца

— Потому что так звали его брата, который умер в младенчестве.
— Опять ошибка. У меня три с половиной. Многие здесь считают тебя стрего, и он хотел усилить эту мысль. Он хочет, чтобы они думали, будто нас поддерживает могущественный колдун; тогда они будут сражаться с Солдо и не сдадутся без боя. Они боятся. Я думаю, что даже папа, немного.
— У него и у них есть все основания бояться, — сказал я. — Я видел войну.
— Мы сказали учителям, — добавила Фава, — что ты — самый могущественный стрего во всем витке, но очень хороший, и очень хороший друг Инклито. Не так ли, Мора? А потом я сказала, что Инклито подал тайный сигнал, который привел тебя сюда в час нужды. Мора это не подтвердила, но они подумали, что только потому, что я не должна была ничего говорить о тайном сигнале. Если бы я знала ответ, я бы спросила тебя прямо сейчас, как именно ты планируешь уничтожить Солдо без единого выстрела.
Орев на моей голове подпрыгнул:
— Хорош муж!
Фава ухмыльнулась:
— Лучше бы так и было.
— У меня нет ни малейшего намерения уничтожить Солдо, — сказал я ей. — Я уверен, что там живет много невинных людей. Многие — может быть, большинство из них — к тому же бедняки, обескровленные Дуко и инхуми. Разве мы не можем согласиться, что у них достаточно горя и без войны, сеющей смерть и разрушения?
— Лучше бы ты задал игровой вопрос, а то его задаст Мора.
— Плох вещь! — Орев с неприязнью посмотрел на Фаву.
Я сказал ей, что не возражаю против того, чтобы Мора задавала игровые вопросы, и добавил:
— Знаешь, я только что понял, почему инхуми так часто нападают на самых бедных людей.
— Потому что они тупые! — рявкнула Мора.
— Нет, и на самом деле они не могут себе этого позволить. Я вырос среди очень бедных людей, Мора. Моя собственная семья была бедной, хотя и не в сравнении со многими другими. Денег было достаточно, чтобы отправить меня, моих братьев и сестер в палестру — но и только.
— Мы называем ее академией, — нежно сказала Фава.
Я кивнул:
— Мора, ее отец и бабушка тоже, мне кажется. Ты хотела, чтобы я задал еще один вопрос для игры? Тогда скажи мне, почему бабушка Моры назвала своего первенца Инканто?
— Нечестно! Ты должен знать ответ.
— Я знаю. А ты?
Орев слетел на мой посох, чтобы попрыгать вверх-вниз:
— Шелк побед!
— Это твое настоящее имя? — спросила Мора.
— Нет. — Я попытался объяснить. — Имя «Шелк» никогда не было моим настоящим именем. Но когда я только обзавелся Оревом, я часто расспрашивал его о человеке по имени Шелк, и он это подхватил.
Я ждал, пока одна из них заговорит, но не дождался.
— Мой вопрос был адресован не только Фаве, — сказал я. — Ты можешь ответить, если сможешь, Мора.
Ее речь всегда была медленной, но на этот раз казалась еще медленней, чем когда-либо:
— Сначала я хочу подумать об инхуми и бедных людях. Мы не бедные.
— Это не неизменное правило, но я много путешествовал, и в каждом месте, где я бывал, больше всего нападают на бедняков.
Это все, что было сказано важного. Вскоре после этого нас впустила угрюмая горничная.
А теперь я должен написать о кое-чем другом.

 
Глава седьмая 
 ВТОРЫЕ ИСТОРИИ
За ужином мы снова играли в истории. На этот раз первой рассказывала бабушка Моры.

Вторая история Салики:
Застряла в дымоходе

Это правдивая история, и она на самом деле произошла в Грандеситте, когда я была маленькой девочкой. Тогда среди нас жила ужасная стрега. Она была старой и уродливой, но знала так много магии, что все ее боялись. Когда я уже достаточно подросла, чтобы ходить, она влюбилась. Несчастного молодого человека звали Дентро [68], и он был тихим, красивым парнем, который испугался бы до смерти, если бы кто-то ему сказал, что с ним хочет поговорить стрега. Но стрега могла менять свою внешность всякий раз, когда хотела, и всякий раз, когда Дентро оказывался рядом с ней, что случалось все чаще и чаще с течением недель, она становилась красивой молодой женщиной с восхитительной улыбкой и роскошной фигурой. Бесполезно было говорить Дентро, что очаровательная молодая женщина, которую он видел, была злой ведьмой. Люди в нашем районе, которые любили его и жалели, были в полном отчаянии.
После долгих колебаний и споров между собой они решили запереть его, думая, что если он не увидит ее, то перестанет любить, и надеясь, что она уйдет на его поиски. Несколько человек его возраста пришли к нему в дом, притворившись, что пришли с дружеским визитом, одолели его, связали и отнесли в приготовленную для него комнату. Она была достаточно удобной, но травы и заклинания были развешаны на каждой стене, чтобы стрега не нашла его, пока он был в этой комнате.
Она и не нашла, но очень быстро поняла, что они сделали. Вскоре удача отвернулась от всей округи. Если мужчина падал, он ломал себе обе руки. Ни одна женщина не могла сделать рагу и не сжечь его. Если один ребенок бросал камень в другого, то выбивал ему глаз. Дома загорались без всякой причины, и огонь, залитый четырьмя цистернами, вспыхивал опять словно по волшебству. Дела пошли так плохо, что им пришлось выпустить Дентро и позволить стреге выйти за него замуж. Как вы можете себе представить, после этого она стала нравиться им еще меньше.
Так вот, однажды вечером мимо ее дома проезжал мужчина, живший в соседнем от нас доме. Он торопился, но не мог не заметить Дентро, черного, как любой трубочист, который стоял на крыше и совал метлу в дымоход. Видите ли, она сама заставила его чистить дымоход вместо того, чтобы нанять настоящего трубочиста.
Такая скупость рассердила нашего соседа, и он, как всегда делают рассерженные люди, пришпорил коня и помчался по дороге, пока не добрался до кладбища. И тут стрега выскочила из-за надгробия на дорогу, встала у него на пути и остановила его лошадь так резко, что он чуть не упал.
— К чему такая спешка, бездельник? — закричала она.
Это еще больше разозлило нашего соседа.
— Я иду за врачом, — сказал он ей. — Твой Дентро упал в трубу и не может выбраться. Если хочешь знать мое мнение, он мертв.
Она побледнела, как заварная глазурь, и захромала прочь с его пути, а когда он встретил своих друзей в таверне, они весело посмеялись над шуткой, которую он сыграл с ней.
Наверху, в Витке, как скажет вам Инканто, дикие бури были делом рук дьяволов, которые смешивали и подавали их нам точно так же, как это делает здесь Зеленая. Стреги могут заставить дьяволов выполнять их приказы, и эта стрега дождалась, пока нашего соседа не вызвали из города по делам, а затем приказала дьяволам устроить бурю, которая сравняла с землей половину домов в Грандеситте. На самом деле буря принесла столько вреда, что он услышал об этом в чужом городе, где был, и поспешил домой, чтобы посмотреть, стоит ли еще его собственный дом.