"Фантастика 2025-10". Книги 1-31 (СИ)
И тут же раздались первые автоматные очереди – Вайсман, уперев приклад в плечо, встав на одно колено у кромки крыши, поливал непрошеных гостей свинцом. Снизу ответили, засвистели пули над головами.
Конопатая тоже поймала чужака в перекрестие прицела, положила палец на спусковой крючок, стала давить на него… Но отпустила. Закрыла глаза, поникнув головой. Несколько раз с усилием выдохнула.
Она злилась, что ей нужно заставлять себя делать это. Был бы враг рядом, в шаге от нее, угрожал бы он ей и ее друзьям – убила бы, не успев задуматься. Но когда между ними почти сотня шагов и тот, что внизу, в перекрестии прицела – ведь он даже не видит ее! Целится совсем в другую сторону! Дашке сложно было убедить себя, что это самозащита.
– Тьфу, дура, – процедила со злостью. Схватила зубами сжатый кулак, прикусив его до боли. А потом – не глядя, наугад – полоснула в темноту долгим “тра-та-та-та-та”, опустошившим почти весь магазин. Попала или нет – не важно. Главное было заставить себя нажать на спусковой крючок и вот уже дело пошло. Те свистящие сгустки свинца, что прилетали снизу и сбивали рядом с ней снежные брустверы, лишь помогали. “Ах вы так?! Ну ловите же и от меня!”
В какой-то момент она оглянулась: старик перебегал от одной стороны крыши к другой, посылая вниз короткие, прицельные очереди. Рядом валялось несколько использованных рожков. У Крила так не получалось, он тратил гораздо больше патронов и вряд ли хоть половина из них достигала цели.
– Да сколько вас там, чертей?! – возмущался старик, с тревогой поглядывая на уменьшающийся боезапас.
Вдруг все стихло, последние выстрелы, которые сделали обороняющиеся на крыше, нашли свои цели и на людей навалилась звенящая тишина. Кажется, только ветер подвывал в ночи. Или это был чей-то голос?
– Отходят, – с удовлетворением заметил Захар. – Нам нужны еще патроны! Я спущусь вниз, принесу коробки. А вы следите за периметром.
Он скрылся в будке, торчавшей в самом центре крыши и казавшейся изнутри темной каморкой.
– За чем следить? – спросил Кирюха Конопатую, но она не ответила. То ли сама не знала, то ли слишком увлечена была разглядыванием местности у подножия неприступного здания. Очень хотелось верить, что неприступного.
– Просто смотри, чтобы они не двинулись к нам снова, – сказала, наконец, Дашка. Она шла вдоль одной из сторон крыши, поворачивала и шла вдоль другой, внимательно всматриваясь в то, что происходит внизу.
– Видишь, сколько тел на снегу? – поинтересовался Крил.
– Некоторые в стороне, свет их не достает. Думаю, около двенадцати или даже пятнадцати.
– А сколько всего было чужаков?
– Пожалуй, с полсотни, если не больше.
– Вернутся, как думаешь?
Девушка недолго раздумывала, потом ответила:
– Сами они и отходить бы не стали, лезли бы напролом, пока все не сдохнут. Или пока нас не задавят. Но кто-то дал им команду отойти. А если есть среди них кто-то умный, значит просто так он от своего не отступится. Сидит где-то там, – она кивнула на темноту, в которой скрывалось застывшее, занесенное снегом озеро, а еще дальше лес, – соображает, сколько нас, долго ли отстреливаться сможем, какие у нас слабые места.
– А какие? Слабые места?
– У него спроси.
Из будки появился запыхавшийся Вайсман. Он приволок несколько коробок с патронами и тут же стал заряжать их в опустевшие рожки.
– Что, тихо пока?
– Тихо, – ответила Конопатая. – Хоть бы парочку часов так же тихо… Если тот, кто у них за главного, будет долго соображать, то они сами передохнут.
Старик удивился:
– Чего это вдруг?
Дашка покосилась на Крила, но тот молчал и даже будто не слушал их разговор, выглядывая за парапет. Решил – пусть сама рассказывает то, что посчитает нужным.
– Фальшивые они, – ответила девчонка.
– Хм. Не похожи на мутантов. Темно, конечно, да и близко мы их не подпустили, но я ж видел – люди!
– Не все люди то, чем они кажутся. Думаешь, чего лезут? Не получается сотворить надежное воплощение, дохнут. А в листочке расписано, что да как. Вот и отправляет их хозяин пачками по наши души, потому как знает, что у нас эта информация.
– Что за хозяин? – Захар даже перестал заряжать патроны, внимательно смотрел на Конопатую.
– Откуда мне знать…
Он вновь принялся засовывать в магазин желтые цилиндрики, но медленно, уставившись в истоптанный снег под ногами. И без того многочисленные морщины на его лице стали еще глубже, он напряженно размышлял.
– Странные дела… Не слышал я о таком.
“Откуда ж тебе слышать?” – подумала Дашка. – “Сидишь тут безвылазно, одними слухами кормишься”.
Ветер стих. Тучи, посылавшие на землю снежные заряды, разбежались, открывая звездное, ночное небо. Это были самые холодные часы, когда полночь давно минула, а рассвет еще и не думал заниматься. В такое время хотелось спуститься в комнату, где теплый воздух, кровать и толстое одеяло. Забраться под него с головой, повернуться спиной к Кирюхе, прижаться, чтобы чувствовать – рядом человек. Настоящий. Надежный.
Конопатая тряхнула головой. Нельзя давать слабину! Только не сейчас.
– Слышь, дед… Какие в нашей обороне слабые места? – все-таки решил поинтересоваться Крил.
Вайсман усмехнулся.
– Немудрено догадаться – какие. Мало нас! Вроде и оружие есть, и боезапас. Пусть не на сто лет, но с годик мы могли бы отстреливаться. Хоть с утра до вечера. Вот только если навалятся они со всех сторон, да дружною гурьбою, да еще с лестницами… Втроем не отбиться.
– Идут, – спокойно сказала Конопатая.
Крил вскинул германову винтовку, посмотрел через оптику.
– И как ты их разглядела?
– Почувствовала.
Грохнул выстрел.
– О, надо же – попал! – парень радостно перезарядил оружие и снова стал целиться.
– Пока с одной стороны идут, – сказал Захар. – Странно.
Грохнуло еще раз.
– Черт, мимо!
Те, кто надвигался на них тесной толпой, даже не реагировали на выстрелы. Они продолжали упрямо шагать, все ближе и ближе.
– Хватит баловства, – старик забрал у Крила винтовку, воткнул ее прикладом в сугроб. – Бери автомат! А то поздно будет...
Затрещали короткие, прицельные очереди. Не такие точные, как из снайперского оружия, но с одним несомненным преимуществом: если не находила цель одна пуля, так находила вторая или третья. Пусть даже десятая – толку от автоматов было больше.
– Много их, – ворчал Вайсман. – Не успеем всех положить, пока они к станции идут. Ну ничего, лестницами дураки не обзавелись, наверх не залезут. Добьем прямо под стенами.
Конопатая вдруг опустила свой автомат.
– Надо уходить вниз.
И тут же громко, переходя на крик:
– Вниз! Быстрее!
Потянула за руку Крила, оглядываясь на Захара.
– Да бегом же ты, старый идиот!
Дед еще секунду сомневался, недоумевая – что случилось? Но поверил девчонке – очень уж испуганное у нее было лицо! – решил, что все вопросы можно задать потом.
Захлопнули дверь будки, блокируя ее старым, но надежным замком. И еще до того, как закрыли за собой стальной люк, ведущий на лестницу, услышали сильный удар. На двери появилась вмятина. Старик посмотрел на нее с удивлением – он еще не успел испугаться и осознать, что произошло. Конопатой снова пришлось приводить его в чувство, подталкивая, заставляя спускаться по лестнице.
Когда они оказались в зале, Вайсман в недоумении развел руками:
– Какого черта?! Почему? Не могли они забраться на крышу! Да еще так быстро.
Он смотрел то на Дашку, то на Кирюху.
– Ох, ребятушки, что-то вы мне не договариваете.
Наверху снова послышался удар, хоть и казавшийся отсюда глухим и совсем не страшным. Кто-то ходил по крыше и за окном мелькнула тень, следом за которой последовала еще одна, и еще...
– Они же не могут так просто ползать по стене, – все еще сомневался старик.
– Эти могут, – возразила Конопатая.
Подошла к Захару, протянула руку, касаясь его сморщенной ладони.