В ожидании зимы. Черный ельник (СИ)

Мы молчали, и они уселись обратно в машину. Борис Петрович выглянул из окошка и сказал:
— Они к девяти приедут. Чтобы уже было наготовлено. Все, до встречи.
Автомобиль растворился в снежной мгле, а мы ошалело переглянулись.
— Мне кажется, что я сплю, — я посмотрела на деньги, которые Марьяша так и сжимала в руке. — Это какой-то нескончаемый кошмар! Идиотизм!
— Ладно, пойдем домой. В тепле все обсудим, — сказала Зинка и пошла вперед. — Или опять кого-то встретим! Заставят еще обстирывать!
  
15
 
Рано утром, с плохим настроением и зевая, через каждые пять минут, мы потопали к дому кузнеца. Как рассказала нам Марьяша, он тоже стоял неподалеку от леса, окруженный крепким забором из почерневших бревен. Кузнец давно умер, родственников у него не было, поэтому дом перешел в собственность администрации. Его несколько раз пытались продать, но желающих ехать в Ворожеевку не нашлось.
— А как мы внутрь попадем? — хриплым со сна голосом поинтересовалась Зинка. — Дверь будем ломать?
— Не знаю, — пожала плечами Марьяна. — Подумаешь, проблема! Не попадем, будет повод откосить от неприятных забот! Скажем, что ключ нам не дали, в дом войти не смогли, извиняйте.
Но нам не повезло. Когда мы уже завернули на нужную улицу, возле нас остановился уазик, из которого выскочил участковый.
— Слава Богу, а вот и вы! Мы ведь вчера вам ключ забыли оставить! Поехал к вам домой, а там никого! — он порылся в кармане и протянул Зинке связку ключей. — Держите.
Мы недовольно скривились, что не ускользнуло от него.
— Лица попроще сделайте, дамы! Марьяна Николаевна, ну что такое? Будто на плаху идете! Тем более люди будут уважаемые, воспитанные… Неужели не хотите денег заработать?
— И без них прекрасно обходились, — проворчала я, но он раздраженно отмахнулся от нас.
— Чтобы все было пучком, красавицы! Не ударьте в грязь лицом! — Павел Игоревич забрался в автомобиль и помахал нам ручкой. — Бывайте!
Уазик «запыхтел», обдал нас грязным снегом и скрылся за углом.
— Не повезло, — изрекла Зинка, пряча ключи в карман. — Ну что, где тут дом кузнеца?
— В конец улицы, потом направо, — ответила Марьяша, пряча лицо под шарф от порывов ледяного ветра. — Пять минут и мы там. Но сначала зайдем в магазин.
Продавщица с молчаливым любопытством поглядывала на нас все время, пока мы выбирали продукты. Но ее терпения хватило ненадолго.
— Павел Игоревич сказал, что в доме кузнеца какие-то богатые охотники жить будут… Вы им, что ли прислуживать будете?
— Не прислуживать, а готовить еду! — огрызнулась Зинка. — Мы тебе что, служанки?
— Ладно, ладно… — Таня понимающе усмехнулась. — Готовить еду… Можно подумать, мужикам одна еда нужна на отдыхе… Они-то сюда, явно расслабляться едут.
Мы переглянулись. Как раз об этом мы и не подумали. Ну, уж нет! Пусть только попробует кто-то из них протянуть свои клешни!
Дом окружали огромные ели, и его крыша была усыпана рыжей хвоей. На черепицу даже снег не попал, потому что ее прикрывали пушистые лапы. Темные окна выглядели немного пугающе, но я запретила себе думать о дурном. Но тревожные мысли все равно нет-нет, да и мелькали в моей голове. Кто его знает, что у этих богатых на уме?
Открыв дверь, мы вошли внутрь и огляделись. Бревенчатые стены, выбеленная печь, большой стол, накрытый скатертью. Все чисто и опрятно, не считая тонкого слоя пыли.
— Ну что, за работу? — Марьяша принялась разбирать сумку. — Нужно растопить печь, вымыть пол и поставить тесто.
Вскоре в печи весело горел огонь, по дому распространялся аромат готовящейся пищи, половики были выбиты, а полы вымыты.
Когда за окнами раздался звук подъезжающих машин, я почувствовала себя не очень уютно. В душе снова появилась тревога. Мы подошли к окну и стали наблюдать, как из джипов выгружаются веселые мужики в спортивных костюмах и коротких дубленках.
— М-да… что-то мне подсказывает, что будет весело… — протянула я, глядя как один из «отдыхающих» прикладывается к бутылке коньяка, а потом передает ее другому.
— Они, похоже, уже позавтракали, — проворчала Марьяна. — Главное, чтобы к обеду на ногах держались, охотники…
На крыльце послышался топот, веселое гыканье, а потом скрипнула дверь и в комнату вошли трое мужчин. От них шел приятный аромат дорогого парфюма и морозной свежести.
— А я смотрю, нас уже ждут… — один из них криво усмехнулся. — Привет, девочки.
На вид ему было лет сорок. Темные короткие волосы, узкое лицо с тонкими губами и колючие светлые глаза непонятного цвета. Что-то опасное и неприятное таилось в его внешности.
— Доброе утро, — поздоровалась я, а Зина и Марьяна лишь кивнули. — Добро пожаловать.
— Меня Виталий зовут, куколки, — мужчина с бутылкой коньяка шагнул к нам. Он окинул нас оценивающим взглядом. — Местный колорит?
Этот был полностью лысым, с татуировкой на шее и кольцом на мизинце.
— Я — Марьяна, это Зина, а это Оля, — представила нас подруга. — Как обращаться к вашим друзьям?
— Аркадий, — брюнет с тонкими губами не переставал криво улыбаться.
— Евгений, — рыжеватый шатен с легкой щетиной и ястребиным носом. — Чего готовим, сладкие?
О-о-о… вот это уже мне совершенно не нравилось.
— Есть запеканка, омлет, бутерброды. Чай, кофе, — ответила Марьяша сквозь зубы. — Накрывать на стол?
— Накрывай, накрывай… — Евгений обошел ее, задержавшись сзади. — Мы с удовольствием позавтракаем.
Мужчины принялись носить вещи, среди которых были и ружья в чехлах. Они постоянно поглядывали на нас и тихо переговаривались, что напрягало неимоверно.
Мы быстро накрыли на стол и Марьяша шепнула:
— Не нравятся они мне. От таких проблемы всегда бывают!
— Готовим обед и идем к вашему участковому, пускай других дур ищут! — сказала Зинка, снимая передник. — Вон, Танька из магазина не прочь будет!
Охотники уселись за стол, и Аркадий поманил нас пальцем.
— Садитесь. Позавтракайте с нами.
— Спасибо, мы не голодны, — вежливо ответила я. — Приятного аппетита.
— Я говорю, садитесь, — холодно произнес он, чеканя слова, а потом обратился к Евгению: — Плесни-ка девочкам коньяка.
Мы уселись подальше от них, понимая, что отказывать им опасно. Это было видно по жутким, отмороженным взглядам.
— Ну, давайте за знакомство, — брюнет поднял свой бокал. — Надеюсь, оно перерастет в теплые отношения.
Господи… это еще что значит?!
Мы взяли свои бокалы и послушно выпили. Нет, нужно уходить отсюда. Без всякого там обеда. По лицам подруг я догадалась, что никто из них не собирался задерживаться в этой компании.
Немного посидев за столом, наша троица засобиралась.
— Э-э-э… Ну, вы завтракайте, а мы пойдем, — улыбаясь сказала Марьяша. — Придем позже, приготовим обед.
— Да что тут до обеда осталось? — Аркадий взглянул на часы, а потом вперил в нас свой рыбий взгляд. — Вы начинайте, начинайте… Чего бегать туда- сюда?
Мои ноги противно задрожали. Вот это влипли! Уважаемые, вежливые люди!
  
16
 
Мужчины не стали нам мешать. Позавтракав, они вышли во двор и продолжали пить коньяк, стоя под навесом. Было видно, что они что-то обсуждают и это что-то явно имело некую важность, потому что их лица все время оставались серьезными. Склонив, друг к другу головы, «уважаемые люди» нервно поглядывали на дорогу, периодически стучали кулаками по столу, и это вызывало во мне еще больше подозрений. Ну не похожи они были на отдыхающих!
— И что будем делать? — Марьяна чистила картофель для борща, а мы с Зиной занимались курицей. — Я их боюсь больше, чем Морока с его родственниками и друзьями!
— Это точно не паранормальные личности, — задумчиво произнесла Зинка. — Вот как раз они и есть настоящие урки! А с такими шутки плохи!
— Они уже что-то задумали по поводу нас, — прошептала я. — Этот с рыбьими глазами так жутко смотрит… Мне даже показалось, будто он раздевает взглядом!