2-я Мировая' после перевернутой лодки
– Товарищ Сталин! Разрешите! – спросил Громыко. – А Вы не находите, что это очень созвучно тому, что я говорил некоторое время назад. Только у Андрея Дмитриевича это более прямолинейно и, по-военному, более жёстко. Присоединение к союзу Англии и САСШ нам выгоднее, чем всё остальное! А предпосылки к союзу есть! Пока бьют одну Англию, и она лихорадочно ищет союзников!
– Но, – заметил Сталин, – выходить из-под договоров о ненападении ещё рано! Можно пообещать выход из-под них в недалёком будущем! Но, не более того!
Глава 5. Гарриман в Москве
Мы с Головановым, Громыко и Молотовым встречали Гарримана на Центральном аэродроме. Он прибыл на бомбардировщике Б-17. Худой, высокий, он хорошо смотрелся в обогреваемом лётном комбинезоне. Короткую лётную куртку он тут же снял. Кроме нас, его встречали представители посольства САСШ в Москве во главе с самим послом Лоренсом Стайнхардтом. Было видно, что США придает этому визиту особую значимость. Неожиданно из самолёта вышел и мой давний знакомец по «Куин Мэри» Джим Уиллис. Тоже в комбинезоне, но в шлемофоне. Он помахал мне рукой, а я отдал честь. После обмена приветствиями и окончания официальной части, Джим подошёл ко мне:
– Эндрю! Я смотрю, что ты сменил фрак на мундир и уже генерал! Скоро к тебе будет совсем не подойти! И ты снова лётчик, как и я! – мы обнялись, похлопав друг друга по спине.
– Как видишь, не только лётчик, но и дипломат, только дипломатия теперь военная!
Все расселись по машинам, американцы поехали в посольство, а мы в Кремль. Ко мне сразу подошёл Берия:
– Андрей! Ты с кем там обнимался на аэродроме?
– Джим Уиллис, морской лётчик и, видимо, разведчик. Мой попутчик на пароходе, в 1938 году. Я о нём писал в отчётах.
– Да-да! Я припоминаю! И то, что ты беседовал с ним по ситуации вокруг Японии! Интересно, он записан как второй пилот! Будет ли он на приёме? Знаковая фигура… Надо сообщить Сталину! – и он вышел из зала. «Хорошо поставленная служба! Узнаю КГБ!» – раздался голос Сергея.
Прибыли американцы. Уиллис присутствовал, уже во фраке, несмотря на то, что в делегации было несколько генералов и офицеров. Минут через десять-пятнадцать в зал вошли Сталин и Молотов. Началась официальная часть приёма, на которой Гарриман объявил, что является специальным представителем Президента Рузвельта, и что он привёз личное послание Президента Рузвельта господину Сталину. Сталин и Гарриман с переводчиками покинули зал, а мы продолжали сидеть за столом, потихоньку беседуя с соседями, и обменивались мнениями о происходящем. Только Молотов и Стайнхард из всей делегации о чём-то переговаривались. Прошло около двух часов, прежде, чем Сталин и Гарриман появились в зале. Было предложено перейти в соседний зал, где состоялся банкет. Звучали многочисленные тосты, общий стол как бы разделял всех. Берия сел недалеко от меня со своим переводчиком, а Джим занял место напротив меня, и мы довольно много говорили об общих знакомых. Джим сказал, что он остаётся в Москве 2-м секретарём посольства. А я посмеялся, что мы с ним поменялись местами, что теперь он – дипломат, а я – лётчик. Сталин довольно крепенько напоил Гарримана и Стайнхарда, и у них немного развязались языки, а я заметил, что Джим незаметно сунул в рот что-то. Я многозначительно посмотрел на Лаврентия Павловича. Мне передали записку Сталина. После приёма прибыл в его кабинет. Молотов, Шахурин, Берия, Александров, Келдыш и Каганович тоже прошли в кабинет.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.