Академия Хозяйственных ведьм, или Осенний отбор для генерала
— К-каких п-пушистиков? — нервно спросила я, понимая, что шуршание мне не показалось.
— Ой, такие ми-и-илые. Они тебя впечатлят!
Я прислушалась снова. Звук такой странный… будто топот тысячи маленьких ножек… Или лапок….
Свет впереди коридора дрогнул. Я сделала неловкий шаг назад.
— Бу! — услышала над ухом и едва не закричала.
Вернее, закричала все же, когда увидела, ЧТО ко мне бежит.
— АРМИЯ ТАРАНТУЛОВ! — взвизгнула и помчалась по коридору обратно к спасительной дверце, которая оказалась… замурованной!
Как же быть?! Делать-то чего?!
Пауки приближались, а я норовила схлопотать разрыв сердца.
Как же быть?! Делать-то чего?! Пауки приближались, я норовила схлопотать разрыв сердца.
Заяц безбожно ржал, улюлюкал и похрюкивал. Я подумывала о собственных похоронах и декоре могилки. Интересно, если эти пушистые твари меня сожрут, заяц отправит урну с моими бренными останками Виолетте Глебовне?
Тряхнула головой. Да нет. Ни за что! Кажется, у меня там магия была… Бытовая… Точно! И я знаю целое одно заклинание. Зато эффективное!
Зажмурилась, когда от пауков до меня оставалось всего-то пару метров, и что есть силы заорала:
— Аллатрио центригум! Не надо котлет, пусть просто они все того… Уберутся куда-нибудь! Как угодно!
«Аллатрио центригум» — не боевое заклинание. Но универсальное, направленное на поддержание быта, семейного очага и порядка. Пауки в прекрасную модель мира бытовой магии никак не вписывались. Вернее, неаккуратно ползающие пауки… Не сложенные стопочкой, не постиранные и не поглаженные…
Заяц захлебнулся собственным матом. Я тоже стояла, стараясь унять дергающийся глаз, и с немым апофигеем наблюдала за тем, что происходило вокруг.
Часть пауков упаковало в аккуратные мешочки и подвесило их на стены на здоровые крюки. Часть расплющило, выгладило и сложило в ровные стопочки и кучки. Еще одна партия оказалась законсервирована в банки. Взяла одну дрожащими руками и прочитала: «Маринад со стр. № 14, слабый посол».
— Дура! — заверещал заяц. — Кроль Вареньевич никогда тебе этого не простит!
— А так бы в банку оказалась закатана я, да?! Заботливыми ручками твоей патронессы, да? Посмертно! — огрызнулась я и, стараясь больше не задерживаться в этом ужасном месте, побежала по коридору вперед.
Мой забег оказался коротким. Я свернула налево, потом направо, и вдруг в одном из проходов мелькнула тень. Мне показалось, или я заметила часть генеральского сюртука?
— Нет… — прошептала я. — Туда я не пойду.
Развернулась и пошла в обратную сторону, теперь уже стараясь не шуметь. Очень не хотелось, выпутавшись из передряги с пауками, попасть в лапы генерала Ники.
Однако и впереди я снова заметила человеческий силуэт. Который сразу же направился ко мне.
— Вот ведь! — я развернулась и снова побежала.
Заяц, кстати, занял наблюдательную позицию, больше не вмешиваясь и не мешая мне. Наверное, консервированные пауки его впечатлили, а может, он просто выговорился на весь день.
— Ива, можешь не бегать от меня, все равно поймаю, — услышала я голос за спиной.
Обернулась. Ника! Он даже не торопился, зараза! Шел медленно, с видом победителя… Что там нужно ловцу, чтобы поймать жертву? Коснуться ее? Ну уж нет!
Словно отзываясь на мои мысли, рядом в стене вдруг замерцала стена, и часть кладки стала прозрачной. Недолго думая, я шагнула внутрь, и кладка за моей спиной вернула прежний вид. Что ж! Это я удачно успела.
Или не очень… Потому что комната, в которой я оказалась, не внушала никакого доверия от слова «совсем». Ни окон, ни дверей, еще и потолок будто оседал прямо на меня. По чуть-чуть так полз, по миллиметру…
— Мамочки! — пискнула я.
— Все, Женя. Мы попали… — как-то слишком уныло сообщил заяц. — Кроль обиделся. И я, кстати, по твоей вине у него теперь в черном списке!
Отсутствие привычной язвительности зайца напрягло, заставило нервничать. Запаниковать…
— Участницы ведь не могут погибнуть, да? — спросила я, поглядывая на медленно, но верно приближавшийся ко мне потолок.
— Теоретически — нет, — сказал заяц. — Но, знаешь, всякое бывает… Как несчастный случай на стройке.
МАМА! Спасите меня!
Я кинулась к стене, замолотила по ней руками.
— Эй! Кто-нибудь! Помогите!
Естественно, меня никто не услышал. С такими-то толстыми стенами!
— Аллатрио центригум! — выдохнула я и насладилась результатом…
В квадратной камере стало действительно чисто! Полы аж засверкали! И даже одна баночка с пауками перенеслась. Для уюта.
— Блин! Чего делать…
Я стала ходить вдоль стен, пытаясь нашарить какой-нибудь потайной камень или рычаг, что откроет мне проход обратно, но ничего не срабатывало. Всхлипнула.
— И вот так я погибну?
— Я отправлю Виолетте Глебовне открытку с твоей предсмертной фотографией, — трогательно сообщил заяц, и я вообще завыла белугой.
И когда мое отчаяние уже дошло до крайней стадии, а я почти смирилась со своей ужасной судьбой и отсутствием хеппи-энда собственной жизни, вдруг услышала голос Ники:
— Ива! Ива ты жива? Ты меня слышишь? — он был явно усилен магией, но я обрадовалась ему, как родному.
— Жива! Жива, только, похоже, ненадолго….
Услышала еле слышное ругательство.
— Сейчас я перемещусь к тебе…
— Что?! — я в ужасе отпрянула от стены, здраво предполагая, что мой невидимый собеседник находится за ней. — Нет. Ко мне не надо! Ты же меня так поймаешь!
— Настолько жаждешь выбраться из храма и получить приз от богини? — раздалось насмешливое. — Что хочешь загадать? Власть? Деньги?
— Билет в Нарнию! — огрызнулась я, понимая, что Ника все равно ничего не понимает…
Ну и пусть!
— Я пришлю своего чиичи. Он перенесет тебя.
Отлично. Мне пошли на уступки… И даже грозятся спасти. Вот только как бы цена за спасение не оказалась слишком высокой. А я этой… неплатежеспособной клиенткой!
Чиичи, радостно впечатавшийся в меня, появился спустя несколько минут. К этому времени потолок уже просел настолько, что заставлял меня неловко склонять голову, подобно молодой березе на ветру. Заяц растворился в пространстве, махнув лапкой на прощание, но, видимо, все же остался незримо, потому что иначе вряд ли бы он до этого так паниковал по поводу потолка.
— Ива! Закрой глаза и подумай обо мне. И не выпускай из рук дракона! — скомандовал генерал Ника.
Я послушно прикрыла глаза и прижала дракончика к себе, почесывая его между крыльев.