Бакалавр
— Вспомнили? Нет? Что ж, мой «цезарио» тоже был неплох. Я помогу. Вы спросили, отдала бы я некий приказ снова.
— А вы ответили — не колеблясь, — медленно, тяжело кивнул Крамер. — Да уж. Знаешь, Том, если бы я сам выбирал, к кому обратиться… но каким образом вы оказались на Атлантиде?
— Учусь, — коротко ответила Лана.
— Да уж, — повторил Крамер. — Хорошо, к делу. Моя дочь, как и вы, учится здесь. Она исчезла чуть больше суток назад. Может быть — двое суток, не раньше. Я хочу, чтобы вы нашли её.
Лана сделала почти неуловимый, но безошибочно понятый жест, и на развернутом Крамером дисплее возникла хорошенькая брюнетка немного за двадцать. Теперь, при наличии материала для сравнения, сходство было очевидным.
— А я-то, было дело, подумала, где могла видеть её раньше. Понятно. Её я не видела. Видела вас. Дезире Фокс, не так ли?
— Верно. Фокс — фамилия её бабушки, матери моей покойной жены. Вы знакомы?
— Не близко, — качнула головой Лана. — Разные факультеты, разные программы обучения. Но она подрабатывает официанткой в «Пышке и плюшке», а там по четвергам подают совершенно изумительные крендели. Исчезла? Да ещё и чуть больше суток назад? Вы связываетесь каждый день?
— Не с ней, — слегка поморщился Крамер. — За Дезире приглядывают по моему поручению. Негласно, конечно. Она весьма самостоятельна и свободолюбива, и не потерпела бы надзора, если бы знала о нем. Мне докладывают раз в неделю, последний доклад был три дня тому. В случае чрезвычайных ситуаций… их не было. До сего дня.
— И всё же — менее двух суток?
— Позавчера был день рождения моей тёщи. В этот день они обмениваются лимериками. Так повелось с тех пор, как Дезире узнала, что такое лимерик, и смогла его впервые сложить. Это её подарок бабушке.
— Бабушка не получила его?
— Нет. Я не могу связаться ни с самой Дезире, ни с теми, кто за ней присматривает. Я был на Руби, и Том предложил свою помощь. Мисс…
— Тевиан.
— Мисс Тевиан, я не хотел бы действовать официальным путем.
— Не в текущей обстановке, — кивнула Лана. — Уязвимость политика вашего уровня плоха всегда, сейчас же попросту недопустима. Кстати, я даже не знала, что у вас есть дочь.
— Почти никто не знает. Я рано занялся политикой — и рано овдовел. Стреляли в меня, но только ранили. А жена… жена умерла у меня на руках, — глухо проговорил Крамер. — Я вступил в Легион, сменил имя. Сейчас, возможно, я назвал бы тот поступок трусостью. Тогда же мне казалось, что только мое исчезновение может защитить дочь. Дезире воспитывалась в доме бабушки. После службы в Легионе я снова стал политиком и, пусть даже чисто теоретически, моя девочка опять оказалась под ударом. Афишировать её существование не стоило. Так было безопаснее в первую очередь для неё. Или я так думал.
Лана поднялась, прошлась по комнате, снова вернулась в кресло.
— Хорошо. То есть, что это я говорю… плохо, конечно. Итак, Дезире исчезла. На вызов не отвечает ни она сама, ни приставленная к ней охрана. Что, с вашей точки зрения, произошло?
— Её похитили.
— С вами связывались? Требовали выкуп, выдвигали условия?
— Нет.
— Но есть ведь и менее радикальные варианты. Любовник? Вроде бы на вечеринках рядом с ней крутился какой-то парень… хотя да, молчание охраны этим не объясняется. Несчастный случай вы исключаете?
Том Хельгенбергер подался вперед:
— Даже если это несчастный случай, Дезире нет ни в клиниках, ни в моргах кампуса и вообще планеты. Это было первое, что проверили мои люди.
— Там нет Дезире, — Лана постучала по зубам черенком вилки. — А её охраны?
— Ч-чёрт… — Том почти беспомощно покосился на своего друга, — об этом я…
— Ладно, это я проверю ещё до утра. Полковник, все данные об охране — мне, сейчас же. Где вы их взяли, по чьей рекомендации, кем они здесь притворялись, идентификаторы — всё. Тем не менее… даже если вы правы…
Лана помолчала.
— Почему именно похитили? Почему, к примеру, не убили?
Тишина, густая и вязкая как смола, повисла в комнате. Хельгенбергер постарался прикинуться невидимкой. Жаль, стол маловат, с его плечами под ним, пожалуй, не спрячешься. Александра Крамера он знал давно, и опасался, что взрыв неизбежен. А вот кому этим взрывом оторвёт голову… взрыва не последовало.
— Потому, — выдавил Крамер, — что я не люблю крайних мер. Но если Дезире убили, я устрою этой чертовой планете… Атлантиду.
Глава 2— Передай всем — следим плотно.
— На кой она тебе сдалась?
— Не знаю. Но там, где появляется эта рыжая, происходят интереснейшие вещи. А совпадений не бывает.
Некоторое время ушло на утряску формальностей. Лана предложила, чтобы её нанимателем в данном случае выступила достопочтенная Генриетта Фокс, бабушка Дезире. Однако связаться со своей тёщей Крамер не успел: Лане пришлось ответить на ещё один срочный вызов. И если Хельгенбергера она — в теории — могла проигнорировать или связаться в удобное для себя время, то здесь у неё не было пространства для маневра. Пришлось спешно сооружать вокруг головы шар поля отражения и почтительно внимать.
— Дитц!
— Сэр?
— Бросай всё.
Кажется, сегодня она это уже слышала.
— Сэр?
— На Атлантиде пропала студентка Нильсбора Дезире Фокс.
— Знаю, — Лана не видела смысла в многословии.
— Ого! — саркастически удивился полковник Натаниэль Горовиц, три года назад поднявшийся от шефа по кадрам разведки Галактического Легиона до командования этой самой разведкой. Ходили упорные слухи и о близком производстве в генералы. Слухам Лана верила. — Сильна! Значит, так. Я понимаю, что у тебя каникулы и ты на них уже работала. Но девушку надо найти. Любые финансы, любые ресурсы, люди, техника… в общем, понятно. Если с тобой свяжется сенатор Александр Крамер…
— Он сейчас рядом со мной.
— Да чтоб я провалился! Что ж, это, пожалуй, неплохо. Контракт заключила?
— Пока нет.
— Не заключай. Это дело Легиона.
— Сэр, мы посоветовались и решили, что контракт нужен, и заключить его следует шанхайскому консультанту с бабушкой мисс Фокс. Не стоит имени сенатора мелькать…
Изображение на внутренней поверхности шара помедлило и кивнуло, соглашаясь.
— Представься ему. По всей форме. Пусть знает, что он не один. Легион своих не бросает.
— Он действительно не один, сэр. С ним прилетел Томас Хельгенбергер-младший.
Несколько мгновений Дедуля Горовиц соображал, о ком идет речь. Сообразил. Слегка поморщился.