Бакалавр

— Я нуждаюсь в вашей консультации, мэм.
Лана собиралась начать разговор иначе. Совсем иначе. Но в консультации она действительно нуждалась, а значит, нанимателя следовало встряхнуть. И это ей удалось.
Суховатые руки с безукоризненным маникюром взлетели к лицу и с силой его потёрли. Больше всего досталось глазам: искусная подводка размазалась, смешавшись с тенями, скрытые до сего момента тоном мелкие морщинки резко проступили на веках, придавая пожилой даме сходство с черепахой…
Сонная одурь ушла с лица, черты которого на глазах возвращались к норме. Казалось, Генриетта Фокс скатала и отбросила уродливую в своей холёности маску. Элегантной безупречности в облике женщины поубавилось, зато резко, словно тумблер повернули, прибавилось деловитой собранности, а именно это и требовалось сейчас лейтенанту Дитц.
— Знала же, что не надо было слушать этого докторишку! «Вам совершенно необходим транквилизатор!» — язвительно передразнила кого-то миз Фокс. — Я к вашим услугам. Какого рода консультация вам требуется?
— Мэм, у вас есть хобби?
— Хобби? — такого вопроса бабушка Дезире явно не ожидала. Взгляд её наполнился подозрением, что над ней издеваются, и Лана поспешила внести ясность:
— Хобби, о котором знала Дезире. Мне нужно убедиться, что я не ошиблась.
— Не ошиблись — в чём?
— Хобби, мадам!
Лана была непреклонна. И то ли эта непреклонность, то ли впервые использованное ею вслух обращение «мадам», которое, как она знала из досье, Генриетта терпеть не могла… что-то, в общем, подействовало. На тонких губах миз Фокс зазмеилась улыбка ироничного, почти злого уважения.
— Азалии, миз Дитц. Я выращиваю азалии и вывожу новые сорта. И даже побеждаю в конкурсах. Хотя вот это как раз совсем не важно, я просто делаю то, что мне всегда нравилось… наконец-то.
— Ну что ж… — протянула, прищурившись, Лана. — В таком случае, это послание действительно для вас.
Она покосилась на стену — большой необходимости в этом не было, но ей вдруг стало неуютно при мысли о возможной ошибке — и с чувством продекламировала:
 
 
 
Старой даме, растящей азалии,
 
С опозданьем подарок отправили,
 
Потому что девицу,
 
Что так любит учиться,
 
Убедили работать в Италии. [7]
 
 
Генриетта Фокс молчала почти минуту. И с каждой секундой её лицо становилось всё более жёстким.
Невидимый скульптор, умелый и безжалостный, твёрдой рукой отсекал лишнее. Учтивость? Убрать. Мягкость, наличие которой стало очевидно после её исчезновения? К чёрту. Старость?
Старость сопротивлялась дольше всего, но и она была вынуждена сначала попятиться, сдавая позиции, а потом и вовсе сбежать под грохот канонады, главным калибром в которой была железная воля. Фланговую поддержку осуществляли ум и чистый, как ледяная вода из горного ручья, гнев. В камере ощутимо похолодало, и Лана едва удержалась, чтобы не передёрнуть плечами.
— Вы узнаете, миз Дитц, какие методы убеждения были применены к Дезире. Узнаете — и сообщите мне.
Даже голос изменился, стал звонким, гибким и острым. Точь-в-точь клинок настоящего земного булата, к которому, в знак особого расположения, позволил однажды Лане прикоснуться Али-Баба.
Кипящая от ярости ослепительно молодая женщина на дисплее, заключенная в оболочку престарелой рептилии, не спрашивала. Она ставила свою временную служащую в известность о том, какого результата от неё ждут. Ждут — и вовсе не надеются получить, что за глупости? Надежды — для слабых духом. Получат. Непременно. В обязательном порядке.
— Вы уверены, миз Фокс, что хотите это знать? — осторожно уточнила Лана.
И ничуть не удивилась, услышав в ответ:
— Уверена, что не хочу. Но я должна. Всегда полезно знать, какую сумму следует прописать в графе «Итого» выставленного счета. Не так ли, миз Дитц?
— Вы совершенно правы. Что ж, до конечного результата далеко, но промежуточные слагаемые я готова вам предоставить.
Рассказ занял всего несколько минут. Когда он закончился, Генриетта Фокс покивала — то ли слегка напряженной мрине, то ли своим мыслям, и жестом попросила дать ей время на размышление. Лана склонила голову и приготовилась ждать, сколько потребуется. Ей действительно было любопытно, как именно оценит её действия эта незаурядная особа. И она дождалась.
— Что ж. К делу. Вы упомянули о консультации. И вас, разумеется, интересует, какой смысл, помимо собственно безобидного стишка в подарок бабушке, Дезире могла вложить в этот лимерик?
— Да, мэм.
— Я могу ошибаться. Но некоторое время назад моя внучка получила весьма заманчивое предложение о работе на исследовательской станции «Пиза Тауэр». И жаловалась мне на назойливость предлагавших, не понимающих или не принимающих отказа. Городишко Пиза с его знаменитой башней расположен в Италии… но имела девочка в виду страну на Земле или упомянутую станцию…
— Разберёмся, мэм, — негромко, уверенно проговорила Лана. Немного помолчала и повторила: — Разберёмся.
— Не сомневаюсь. Да, вот ещё что. Миз Дитц, в своем докладе вы удивительно ловко… — Генриетта, формулируя, неопределенно пошевелила в воздухе тонкими длинными пальцами, — обошли вопрос, связанный с привлечением сторонних сил. Тем не менее, их привлечение для меня очевидно. Могу я узнать, к кому вы обратились?
Лана посмотрела поверх дисплея на Солджера, указала глазами на вытягивающего шею Моралеса и слегка приподняла бровь. Солдатов дёрнул уголком рта и кивнул, разрешая. Она пожала плечами и снова перевела взгляд на свою собеседницу.
— В поисках вашей внучки принимают участие бойцы Галактического Легиона, а также сотрудники Службы исследований и информации Российской Империи.
Лицо мадам Генриетты, секунду назад совершенно невозмутимое, сменило выражение сначала на ошеломленное, а сразу же вслед за тем — на насмешливо-уважительное.
— Вот как… ну, допустим, Легион — это было довольно предсказуемо. Но русские?!
— Вы дали мне право обращаться… — начала было Лана, но пожилая дама перебила её нетерпеливым взмахом руки:
— Когда Алекс предложил нанять вас, я отнеслась к этой идее без большого восторга. И что же? Не прошло и суток, как вы уже нашли пусть не саму Дезире, но, по крайней мере, место, где её держали. И в поисках вам помогает не кто-нибудь, а русская контрразведка!
Теперь уважение, вовсе не наигранное, почувствовала Лана. Какая организация именует себя Службой исследований и информации, знал, прямо скажем, не каждый первый. Собственно говоря, и не каждый сотый тоже.
— Ну-ну… видимо, мой зять не такой остолоп, каким я привыкла его считать. Жду дальнейших известий, миз Дитц.