Твое… величество! (СИ)
Улыбка Томаса стала еще шире.
Красота!
На десяток золотых он и корову прикупит, и дом у старика Грохха, и к Янке посватается! Теперь-то им на обзаведение хватит, еще и пара монет в запасе останется!
* * *Мужа Мария решила обрадовать вечером, после ужина. Пусть бедолага хоть поест спокойно!
Не успела.
До нее постарались.
В малый зал вошли двое. И леса ее величество уже знала, это королевский бастард. А под руку с ним кто?
Хотя чего спрашивать? И так ясно, что его мамаша! Стоит, высокая, статная, этакая валькирия, только постаревшая. Вон, бюст какой, таким слона на скаку останавливать.
Иоанн невольно нахмурился.
Диана, кстати, тоже. Сравнила свои достоинства и выпуклости новоприбывшецй дамы, и приуныла. Мария тихо позлорадствовала. Это тебе не Марию травить, у королевы-то объем даже до единички не дотянулся, а тут полноценная шестерочка. Да еще с таким распределением… видно, что все свое, Иоанн аж глазами залип. Не сразу и рявкнуть смог!
Мария расплылась в улыбке.
— Милая Ирена! — и почти слетела с трона, встала, сделала несколько шагов вперед, махнула рукой. — Стулья для бывшей фаворитки и бастарда его величества!
Со стороны Иоанна раздалось какое-то хрюканье. Мария повернулась к нему.
— Как это замечательно, мой дорогой супруг! Мы теперь все будем вместе, одной счастливой дружной семьей!
Да что ж за карма у нее такая! Повернуться не успеешь, за спиной кто-то давится!
Лакие тем временем послушно приволокли стулья, и Мария порывисто схватила Ирену за руку.
— Ах, милая Ирена! Простите, что я уговорила мужа отослать вас от двора! Я была так неправа, я обязательно заглажу свою вину! Иоанн, мы загладим, правильно?
Иоанн чуточку заторможено кивнул. Мария расплылась в улыбке.
— Ну вот, все так замечательно! Садитесь же, Ирена!
Может, если бы это проделывалось не на весь мир, Иоанн и рявкнул бы, и Марию заткнул. А что ты сделаешь, когда на тебя и свои придворные смотрят, и послы, и даже Вернер пожаловал, чтоб его…
Оставалось только улыбаться и кивать, махать и снова улыбаться.
Мария расправила юбки цвета лаванды, и уселась на трон. То ли из вредности, то ли получилось так, но Фиц-Эрланда усадили возле отца, и сходство его было видно каждому, а Ирену посадили рядом с Марией, только чуть пониже. И Мария на ее фоне казалась совсем девочкой. Яркое платье, стройная фигура, шикарные локоны, в которых ни одной седой ниточки, да и все остальное: блестящие глаза, свежая кожа, улыбка… да-да, у Марии за последнее время шесть зубов выросло. Вместо выпавших до озмеячивания, или как правильно назвать оборот в гюрзу? Огюрзячивание?
Неважно!
И рядом Ирена, которая выглядит на все свои годы, да еще и с прибытком. А еще на фоне Марии она сливается в блеклое пятно. Светлое палевое платье по последней моде, светлые волосы, жемчуг и бриллианты — и Мария. Сиреневое платье, несколько цветов в черных волосах, единственное украшение — корона.
Сравнение было решительно не в пользу Ирены. Но почему-то недовольна была и Диана?
Выпятила грудь, вдернула подбородок… Ирена почуяла соперницу, и напряглась. Марию она со счетов уже списала, а вот эта…
Для начала Диану смерили надменным взглядом, и фыркнули.
Мария наклонилась чуть ниже, и сценическим шепотом, на весь зал…
— Совершенно себя молодежь вести не умеет, мы в ее возрасте такими не были, нам и в голову не пришло бы кидаться на мужчин, вешаться им на шею, выставлять себя напоказ…
И что за эпидемия такая? Кто кашляет, кто давится…
Иоанн посмотрел на Марию, как Ленин на буржуазию.
— Зайди вечером ко мне в кабинет.
Ну, если так вежливо просят…
Глава 18
* * *— Эрр Гилад, у нас проблемы.
Мужчина только рукой махнул.
— Обращайся как обычно! Что не так, Рик?
— Да все не так. Вот эти типы… ты знаешь, что такое — чернозубые?
— Знаю. Элитные воины у шагренцев.
— Думаешь, мы им нужны?
— Вряд ли. На нашу глушь им и обычных пиратов хватит.
— Вот. Потому я приказал голову засыпать солью, и отослать в столицу. Рассказ Томаса записал, отослал градоправителям… всем соседям, короче.
— Правильно сделал.
— Я не знаю, куда они движутся. Но точно знаю, что нам такое в Картене не надо!
— И это правильно.
— Не к добру эта сволочь у нас объявилась. Точно — не к добру!
И градоправитель кивнул головой. Вот уж точно… неспроста. А об остальном пусть думают, кто поумнее него!
— Награду охотнику выдай, заслужил.
— Уже. Думаю, и сами внакладе не останемся. Я отписал, как положено, патрулировали берег и лес, наблюдатель в «секрете» заметил, проследил, чудом унес ноги…
— Вот и отлично. А я еще денег попрошу под это дело на организацию патрулей. Может, и правда чего дадут, а то крутись, как хочешь!
Мужчины переглянулись, и кивнули. Сработались они хорошо, эрр Гилад был из типичных воров, но умных. То есть таких, которые одним днем не жили. Он сначала овцу откормит, а потом уж будет стричь как следует. И на мясо продавать. Но — сытую, здоровую, довольную… и сам жил, и другим жить давал, и город при нем сыт-доволен, и крестьяне, и поля распаханы, и леса с дичью…
А исс Руэль предпочитал в сложный процесс добычи денег не вдаваться, зато все, что касается охраны — стражи — патрулей, у него было идеально отлажено. Так и сработались.
И сейчас друг друга отлично поняли.
Еще бы с этими шагренцами решить… сволочи! Вот что вам на своем острове не сидится? Чего вы к людям-то лезете? Одно слово — гады!
* * *— И что это значит? — Иоанн был явно недоволен.
Мария подняла брови.
— Нет, дорогой супруг. Это я спрошу — что это значит? Ты это видел?
Свиток с предложениями полетел на стол. Иоанн развернул, глянул…
— Да, Димас мне показывал.
— То есть пиратское гнездо вы оба мне предложили в надежде, что меня там убьют? — ласково уточнила Мария. — Я уж про Анну молчу. Мне как прикажете для нее мужа искать? Среди иссов? Там такое изысканное общество? Особенно Дерек Черный?
Иоанн даже и не смутился.
— Димас не подумал.
— И ты не подумал, и он не подумал. А я умру. И Анна тоже… ладно, на меня тебе плевать, но это все же твоя дочь!
Плевать Иоанну было на дочь, это же не сын! Но если есть повод…
— Что ты сегодня устроила с Иреной?
Мария печально вздохнула.
— Я виновата перед ней. И боги покарали меня.
— Чего?
Такого ответа Иоанн не ожидал. Мария возвела наглые глаза к небу, чтобы никто не заметил, и с должным чувством поведала:
— Мы обе любили одного и того же мужчину! Но я была неоправданно эгоистична и жестока, я лишила сына Ирены отца. Может, потому и мой мальчик умер… прости…
Развернулась — и вон из комнаты. Прежде, чем Иоанн заметил, как ее корчит — от смеха.
Да, жестоко. Но не она начала первая, а стесняться она не станет. Ирена эта не просто так явилась, она явно пришла добивать. Шакалить на останках…
Вот и получи!
И Ирена, и Диана… грызитесь в свое удовольствие. А Марию еще великие дела ждут. Она потом придумает, какие и где.
* * *— КТО⁈
Дерек Черный вскочил с кресса, на котором сидел, потягивая вино и тиская девицу.
Бутылка полетела в одну сторону, девица в другую, кресло в третью, а сам Дерек грозно навис над рыбаком.
— Не бейте, эрр!!!
— КАПИТАН!
— Не бейте, эрр капитан!!! Не виноватый я!
Дерек выдохнул.
— Да ты успокойся, не будет тебя никто бить. Ты сядь, расскажи все подробно, давай я тебе вина налью…
Шлюха тут же поднесла новую бутылку, из которой Дерек и плеснул в кубок. И протянул рыбаку.
— Вот так, пей. Я не на тебя рассердился, я «барракуд» не люблю…
Крепкое вино свое дело сделало быстро, рыбак выдохнул, глаза его заблестели.