Мое карательное право (СИ)

Потянувшись, госпожа Сафо ловко включила камеру. Красный глазок загорелся, следя за нами.
— Итак, первый вопрос, — она окинула меня пытливым взглядом, — ваша бабушка платит Полине Стравинской за связь с вами?
И с чего я решил, что будет по-другому? Люди так быстро не меняются.
— Следующий вопрос, — отозвался я.
— Вы спите с Ее Высочеством?
— Следующий вопрос.
— То есть, — прищурилась Саломея, — ваша связь с ней исключительно платоническая?
— А у вас другие темы будут или эта единственная? — полюбопытствовал я.
— Князь, — она качнула головой, — если так пойдет и дальше, у нас не получится интервью. Но если хотите, вы тоже можете задавать вопросы мне…
Откинувшись на мягкую спинку кресла, я неспешно прошелся по ней глазами. Ни цвет ее волос, ни манера себя вести уже не раздражали — наоборот, интриговали. Что скрывается под этой оберткой из едкого сарказма, я не знал, но не отказался бы выяснить.
— Саломея Сафо — настоящее имя?
— А вы как думаете? — язвительно отозвалась она.
— А какое настоящее?
— Следующий вопрос.
— Вы одаренная?
— Следующий вопрос.
— Вы хотите моей откровенности, — с иронией заметил я, — но при этом не даете мне свою.
— Если так угодно, я могу дать вам кое-что поинтереснее…
Потянувшись, блогерша выключила камеру.
— Давайте поиграем в игру, князь… — загадочно протянула она. — Вы отвечаете на мой вопрос, а я снимаю с себя одну вещь…
— А вы, часом, позвали меня на интервью не для того, чтобы соблазнить? — уточнил я, скользнув глазами по выступающей из-под ее подола кромке кружевных чулок.
— Если я вас соблазню, — хозяйка квартиры медленно встала с кресла, — это будет бонусом, а не целью…
Ее пальцы подхватили бегунок на молнии юбки и плавно повели его вниз. Бежевая ткань, соскользнув по стройным бедрам, открыла черное кружево между ног. Переступив через упавшую юбку, Саломея невозмутимо вернулась в кресло.
— Все, господин, — вдруг заявила Вэл в моей голове, — я ухожу в подпространство.
— Не переживайте, хозяин, — тут же влезла Крис, — я всегда рядом…
Честно говоря, я бы предпочел, чтобы и ты сейчас куда-нибудь ушла.
— Я еще не согласился, — я встретил насмешливый взгляд блогерши, — а вы уже разделись.
— Приняла ваше долгое молчание за согласие, — парировала она. — Но если хотите, могу одеться.
— Оставайтесь так.
— Вам так больше нравится?
— Да, — кивнул я. — А теперь снимайте вещь, я ответил на ваш вопрос.
— Но это же не вопрос интервью, — мгновенно возразила она.
— В таком случае осторожнее задавайте вопросы.
Хмыкнув, госпожа Сафо потянулась к пуговицам блузки и, расстегнув ее, сбросила на ручку кресла, открывая моим глазам черный кружевной лифчик-корсет, который, в принципе, было видно и так сквозь полупрозрачную ткань. Кроме белья, на блогерше остались только чулки — похоже, вопросов у нее будет немного.
— Интересный способ раздеваться, — заметил я. — Обычно начинают с чего-то мелкого.
— Я привыкла сразу выкладывать козыри на стол, — она сложила нога на ногу.
— Если включите камеру, зрителей у этого интервью будет в разы больше.
— Пожалуй, оформлю его по старинке, — моя собеседница вновь смахнула упавшую на глаз челку. — Текстом. Ну что ж, продолжим… Какое отношение вы имеет к таинственной Черной маске?
— Никакого.
— А почему тогда Черная маска защищает ваши интересы?
— Не знаю. Может, просто человек хороший. Не забывайте раздеваться, — напомнил я.
С прищуром глядя на меня, она стянула с левой ноги чулок и отбросила в сторону.
— Так к вам правда вернулась магия?
— Я могу убить вас не сходя с этого кресла, — ответил я. — Это сойдет за ответ?
Несколько мгновений меня внимательно рассматривали глаза, густо подведенные чернотой, отчего их взгляд казался еще пронзительнее.
— Вполне, — ответила Саломея, снимая чулок с другой ноги.
— Моей магии достаточно, — добавил я, наблюдая за ней, — чтобы усмирить любого. Достаточно для предводителя дворянства. И ее более чем достаточно, чтобы поставить на место Зарецкого.
 
— Вы как будто превращаете интервью в вашу предвыборную речь…
Как будто у меня было много других причин сюда приезжать. Никто же не обещал мне бесплатный стриптиз.
— А что вы думаете, — продолжила блогерша, — про бретера, которого он выставил вместо себя?
— Думаю, что Зарецкий скоро откажется от этой идеи. Пора ему перестать трусить и хоть за что-то взять ответственность. Я жду, что он ответит на мой вопрос.
— Какой именно?
— О причастности к покушениям на меня.
— Вы думаете, — ее взгляд стал еще пытливее, — он к ним причастен?
— Уверен.
— Но вы же понимаете, что это серьезное обвинение?
— А вы ничего не забыли? — с улыбкой уточнил я.
Усмехнувшись, она завела руки за спину и, расстегнув лифчик, обнажила аккуратную грудь. А прямо под ней слева — чуть ниже сердца — вдруг обнаружился круглый шрам, похожий на разрывной след от пули, который до этого прятало густое кружево ее корсета.
— Откуда это?
— Я же говорила, что была военным корреспондентом.
— Не могу представить военного корреспондента с именем Саломея Сафо.
Вместо ответа она лишь пожала голыми плечами.
— Почему именно Саломея? — спросил я, продолжая гулять по ней глазами.
— Потому что я умею играть мужчинами так, что они положат к моим ногам все что угодно. Даже чужую голову, — усмехнулась она. — А теперь последний вопрос, — ее пальцы нырнули под резинку трусиков и медленно потянули ее вниз, — вы не хотите посмотреть мою спальню?..
Отказываться от приглашения я не стал.
— Тебе понравилось? — выдохнув, Саломея медленно скатилась с меня и упала на подушку рядом.
— Да, — ответил я, накручивая на палец ярко-красный локон, — очень.
Ее страстные рваные стоны, казалось, до сих пор носились по спальне. Кровать только сейчас перестала скрипеть, еле пережив недавнюю нагрузку. Уж насколько была напористой в своем канале, в постели она оказалась еще напористее и настойчивее. У меня до сих пор горели губы от ее обжигающих жадных поцелуев.
— А ты не поскупился, — она извернулась, рассматривая свои бедра.
Кожа была аж красной от моих ладоней. В процессе блогерша просила шлепать себя, и я с удовольствием шлепал за каждый пост в ее “Имперских тайнах”, который мне не нравился. А таких было много.
— Сразу понял, что у тебя давно никого не было.
— Уже три года, — задумчиво отозвалась она. — С тех пор как меня бросил жених.
— Из-за твоего канала?
— Канала тогда не было. Из-за того, что я потеряла магию на войне…
— Сочувствую, — после паузы сказал я.
Кровать снова скрипнула, когда Саломея вдруг резко села и, затолкав подушку под спину, натянула на голое тело одеяло.
— Надеюсь, вы понимаете, князь, что это была разовая акция? — деловито заговорила она и потянулась к тумбочке за ноутбуком.
— Что, даже кофе в постель не предложишь? — усмехнулся я.
— В этой постели вы получили уже достаточно, — невозмутимо отозвалась она, ставя ноутбук на колени, — а мне надо писать интервью. Мы же отказались от видео.
— Даже жаль, — с иронией прокомментировал я. — С удовольствием бы пересмотрел, как ты раздеваешься.
— Может быть, — хмыкнула блогерша, — однажды я предложу еще одно интервью. Мне тоже понравилось…
Экран ярко загорелся, словно вырывая спальню из уютного полумрака. Пальчики, которые недавно гуляли по мне, бодро застучали по клавиатуре.
— Если вы сделаете пожертвование в храм небесных хранителей, господин, — вдруг объявилась Вэл в моей голове, — я готова закрыть на это глаза.
Похоже, кто-то открыл для себя чудо индульгенции.
— Ну и кто теперь продажное исчадие? — тут же подала голос Крис.
— Молчи, исчадие! — сурово отрезала ангел.
— Кофе есть только растворимый, — Саломея внезапно оторвалась от ноутбука, — если хочешь…