"Фантастика 2023-138". Компиляция. Книги 1-26 (СИ)

Вот так не спеша мы, разговаривая, обошли барак и дошли до нужного сарая, который был за углом. Алексей отпер ключом навесной замок (м-да, я даже сейчас такой ногтем открою, надо будет сменить) и открыл одну створку ворот. Ворота были неширокие: горбатый «Запорожец» въедет, «Победа» уже нет, насчёт «Москвича» сомневаюсь – может, и заедет, но бока обдерёт. А вот для мотоцикла самое то.
Алексей закрыл створку и включил свет, тумблер находился у входа. Цивилизация, блин. Сарай был пустой: всё, что там находилось, вынесли, ненужное отправили на свалку. На стенах вбиты гвозди: явно что-то висело. Держалка для керосиновой лампы, но самой лампы нет. Дощатые стены, подгнившие снизу. Этому бараку лет тридцать, а скорее всего, и больше. Возможно, в прошлом это был купеческий лабаз. Внизу виднелись крысиные норы, там была свежая земля.
Покосившись на норы, я взглянул на Алексея, но он разглядывал потолок. Вообще, кроме стен и электричества (одна лампочка и одна розетка), у стены, как раз напротив ворот, стоял самодельный стеллаж шириной в полметра, сколоченный из двух досок, который был на ладонь выше моей макушки.
Ничего, неизвестно ещё, что там Алексей купил, какие у него в доме мыши и крысы. На самом деле, избавиться от крыс будет несложно. Тут для них еды нет, во всяком случае пока. Если и будет, то держать её придётся в железных бидонах.
А вообще, стоит рассыпать по полу древесную золу, и особенно возле нор, можно и внутрь – верный народный метод, сам так делал. В золе присутствует щёлочь, которая разъедает мягкие лапки крыс, в результате чего они будут чувствовать себя здесь, скажем так, некомфортно, и станут избегать моего сарая. Есть ещё крысоловки и коты-крысоловы, но с золой проще. Ну, и норы нужно будет закопать. Потом, когда отважу.
– А мне нравится, – закончив осматриваться, кивнул я.
Алексей, видимо, ожидавший другой реакции, удивлённо глянул на меня, кивнул и достал из кармана аккуратно свёрнутую пачку денег.
– Вот, осталось с покупки. Тут сто одиннадцать рублей.
– Сарай рублей триста, небось?
– За двести пятьдесят сторговались.
– Ну, это нормально ещё. Ладно, деньги оставь и купи для меня то, что я не смогу. Сам видишь, кто продаст мальцу? Запомнишь или запишешь?
– Запомню.
– Ага. Значит так, два жестяных бидона, литров на пятьдесят. Потом ведро, табуретку. Ещё бы велосипед, но чую, не хватит.
– Хватит. Добавлю если что.
– Тогда «Орлёнок» или «Школьник» в хорошем состоянии, с ремонтными инструментами, в том числе и чтобы камеру паять. Этого хватит. Как сделаешь, отдашь ключ.
– Хорошо. Ну что, идём мою покупку смотреть? Дом мечты.
– Ну, идём.
Выключив свет и закрыв сарай, мы направились к ближайшей остановке. С двумя пересадками добрались до места. От ближайшей остановки шли минут пятнадцать. Надо было на автобусе ехать, тогда получилось бы без пересадок, но попутный трамвай подошёл раньше, чем автобус, вот мы к нему и рванули. Это Алексей так сказал.
Дом мне понравился. Обычная изба на три окна, выходивших на палисад и улицу. Сбоку пристройкой прилипли сени. Дом был обшит рейкой, покрашенной в синий цвет, а немного облупившиеся наличники окон были белыми. Крыша крыта свежим шифером. Неплохой сарай, выходивший одной стороной на улицу, и действительно новая банька. Есть водопровод и сливная яма на участке.
Был и небольшой огород, сотки четыре. Хм, картошка посажена, грядки с овощами. Но Алексей сказал, что урожай снимут и заберут прежние хозяева, дом продавали без него. Десяток яблоневых и грушевых деревьев, вишня видна, смородина.
Внутри дом был разделён на две части. В доме была кухня-столовая с печкой: дом отапливался дровами, газ пока не провели, обещают только. Была также передняя, тоже с печкой, которая служила стеной для комнат. И две комнаты в передней, отгороженные дощатыми перегородками. Дом был с мебелью, заходи и живи.
Со двора ворота вели в сарай, где стоял мотоцикл. Вид у него был неплохой, свежий. У Алексея было водительское удостоверение с нужной категорией, и он покатал меня по улочкам. Мне-то было всё равно, но ему хотелось поделиться со мной радостью, так почему не сделать приятное? Я даже восторженный вид принял.
  
Напоследок Алексей сказал: «Мой дом – твой дом. Благодаря тебе его купил. Так что как в армию уйду, будешь три года тут хозяйничать. Или четыре, если на флот отправят».
После этого Алексей всё закрыл, и мы направились обратно. Дождались своего автобуса и действительно вышли на остановке недалеко от детдома.
Вот так началась для меня новая жизнь. Постепенно я осваивался. Вообще, выскочек никто не любит, а детдомовские тем более. Они видели хорошее отношение ко мне директора и учителей. Хорошо, что травля не началась, мне удалось гасить конфликты в зародыше.
Олимпиады пока проводились только на уровне района, о всесоюзных и речи не шло. Да и маловат я был пока для них, вот дорасту до пятого класса, там видно будет. Что касается учёбы, я был чуть лучше других учеников своего класса, которые были на два года старше меня, но именно что чуть.
Однако языки я схватывал на лету. За учебный год я полностью освоил французский и английский. К тому же продолжал встречаться с учившим меня испанцем, который не так далеко и жил, да и с учителем французского общался на испанском, чтобы практика разговорная была. Писать на этих языках я тоже научился. Оба учителя были мной довольны.
Алексей купил мне всё то, что я ему заказал. Но вот когда он осенью шестьдесят второго ушёл в армию и попал на Северный флот, в дом я попасть не смог: там уже жила его беременная жена. Она тоже с завода, из бухгалтерии, домашняя девочка. Нашей дружбы она не понимала и не хотела видеть в своём доме левых пареньков. Я особо и не обиделся: помог хорошему человеку, который и сам до призыва весь год здорово мне помогал, так что я не в претензии.
Год пролетел незаметно. Экзамены я сдал на одни пятёрки и перешёл в четвёртый класс. Никаких двойных экзаменов с перепрыгиванием через учебный год, олимпиад и чего-то подобного у меня не было. Мне кажется, меня прятали от тех, кто по школам выискивал уникумов, чтобы перетянуть их к себе. Они как раз и посещали олимпиады, присматривались.
Я проучился год, и теперь учителя могут с уверенностью сказать, что меня взрастила и воспитала именно их школа, а не какая-то левая со специальным уклоном. Вообще, мной должны были заинтересоваться лингвисты, раз я проявляю талант в этом направлении. Спецшколы были самые разные: хореографические, спортивные, математические.
Ладно, на меня пока не вышли, а сам я школу покидать не желал: она рядом, в двух шагах от детдома, да и уровень знаний учителей достаточно высок. Жаль тратить время на школу. Кстати, в учебниках за двадцать лет многое изменилось, я с интересом изучал и сравнивал. На этом меня поймал математик и объявил, что я ещё и в математике неплох.
Начался следующий учебный год. В детдоме проводилось довольно много разных мероприятий. Зимой я охотно участвовал в лыжных забегах, да и вообще катался по трассе для души. И не я один был такой фанат в нашем детдоме, хватало.
В спортивных состязаниях класса я не участвовал: они на два года старше меня и тупо сильнее и выносливее. Я в этом смысле всегда в хвосте плетусь, лучше умом брать. Хотя тренировки и зарядку я не прекращал, заметил уже, что выносливости больше и устаю не так быстро.
Летом я купался в озере у пионерского лагеря, куда попал во вторую смену. А вообще, весь год нырял, пытаясь провести инициацию. Даже зимой находил пустые квартиры, хозяева которых были на работе, вскрывал замки, наполнял ванну и пробовал. Глухо.
Я вскрыл несколько тайников, они были свежие, с деньгами, введёнными недавно. И пусть сумма была небольшая, тысячи две, но для детдомовца – шикарная. Нашёл также несколько схронов с оружием. Не то чтобы я планировал кого-то подстрелить, но иметь подобное оружие в запасе хотелось. Поэтому в сарае были хорошо спрятаны два ТТ, вальтер, два нагана и один карабин Мосина. Имелся и запас патронов, на долгий бой не хватит, а на короткую перестрелку – вполне.