Не выбирай меня!

— Боже мой! Какие мы, оказывается, ценные! — Съязвила я, но наагат услышал.
— Да! Вы — очень ценные! Поэтому даже мужчинам помогли устроиться. Не говоря о женщинах. Но даже среди ваших соотечественниц есть такие, в которых кровь Древних сильнее, набор генов — шире, возможности — больше. И вы — одна из них.
— А зачем тогда мне всадили многовалентный модификант?! Если и так — своего добра хватает?! — Сварливо буркнула я.
— Я не ученый. Могу только высказать моё предположение.
— Говорите. Всегда полезно выслушать мудрого … разумного.
— Я считаю, что таким варварским способом в вас пробуждали “спящие” способности. Насколько понимаю — это удалось. Даже “бунт” модификантов у вас не так бурно выражается, как у остальных.
— А теперь онападении…
— Я бы сказал — об операции по вашему перемещению… — Мягко и снисходительно, как ребёнка, поправил молчавший доселе Безопасник. — Мы получили информацию о том, что на ваше поместье готовится нападение. Но не хотели подставлять вас под удар. Поэтому организовали вызов к мужу-консорту. Мы немного опережали злоумышленников. Они не успели полностью подготовиться. И, когда вы были в челноке, сначала всё скрыли под N-полем. А потом, шаттлы разделились. В три разные стороны стартовали три шаттла с объёмными муляжами. Ваш шаттл пошел в сторону столицы… Первым атаковали того, кто взял курс на орбиту. Вторым — того, кто выдвинулся в сторону военной базы. Вас, на подлете к столице встретили ещё две эскадры. Вы затерялись среди них. И они уже сопровождали вас на орбиту. На крейсер.
— А… кто напал?!
— Наёмники-рептилоиды. Но! В двух сбитых “леталках” эксперты обнаружили по метаморфу и… — Тут Безопасник сделал театральную паузу.
— И…?! — В нетерпении, я вцепилась в его рукав.
— И … женщину!
У меня вытянулось лицо.
А мужчины, вновь, добродушно рассмеялись.
— Вижу — вы не совсем понимаете?!
— НЕТ! Я — СОВСЕМ не понимаю! — Вот очень обиделась я.
— Хорошо… сейчас поясню… Всё время забываю, что вы не жительница нашего Содружества! Видите ли … у нас женщины, в основном, это — матери, жены, сёстры…
— Наложницы… — Не сдержалась я.
— Да. именно так. Но есть часть женщин, выбравших не Путь Семью. Их много среди вдов-нагинь. Те тела, что были в “леталках” — не нагини, на карианки… даже не смески! Это сакоты! Нет никакого сомнения… И эти дряни там были не спроста! Именно они управляли наёмниками. Отсюда следует вывод — вы зачем-то то ли нужны, то ли очень не нужны сакотам.
— Угу… Я так понимаю — у меня будут проблемы?! судя по тому, что происходит — Большие проблемы.
— Да. Уже просто как личность — вы Цель сакот. Не принимая во внимание то, что вы — вдова командора Эйхарда и наследница его поместья. И на плече у вас шпион-телохранитель, выведенный в его лаборатории. А на голове — ещё один образец творческой мысли вашего покойного супруга.
Взгляд Безопасника потяжелел.
Меня пробрал озноб.
Фиса наполовину проявившись, угрожающе зашипела. На голове завозился “паучок”.
— Это не моя тайна. — Нашлась я, вспомнив удачную фразу героини когда-то популярного фильма “Д,Артаньян и три мушкетера”.
— Вот это как раз мы понимаем. — Взгляд потеплел. — А вот так сильно волноваться — не надо. Всё плохое уже позади. Вы — в безопасности.
— Ага… не волноваться… ну да, ну да! Сами сначала провоцируете! Пугаете. А потом — вот вам зрасьте — “Не надо”! — Раздражение всё же требовало выхода.
Очень хотелось укусить, поцарапать, ударить … хоть кого-нибудь… Нет, всё же — укусить! Чтобы рот наполнился горячей, густой, вкуссссссной кровью … Ммм… ррршшш…
— ОЙ!
Фиса ущипнула меня за шею, тревожно попискивая.
Наагаты, отступив на шаг, настороженно следили за каждым моим движением.
Осторожно прикоснулась ко рту…
“МАМА! Мамочка!”
Так вот почему такое ощущение … тесноты во рту! Клычищи-то какие вылезли!
— Пппроссс…тите…
Ну как же они мешают говорить.
“Не надо говорить! Надо рвать, кусать, пить кровфффьь…” — оводом жужжал в голове чужой голос. — “Это самцы! они не будут ссссопротивляться! ну же! Чего ждёшь!”
— Я … ннне бббуду … никкого … рвать и куссать! — Возмутилась вслух моя человеческая часть.
— Нэра, позвольте вам помочь? Нэра! Вы меня слышите? — Хорх стоял вплотную, взяв в плен моё лицо, сильными, тёплыми руками.
— Пппомогите… чччто сссо мной? … голосс … он хочет, чтобы я рвала… куссала.. — От обидной беспомощности наворачивались слёзы.
— Это один из модификантов. Не паникуйте. Я — рядом. Я — помогу вам с ним справиться. уже то, что вы не кинулись на нас и продолжаете себя контролировать говорит о том, что ваша сила воли намного сильнее “бунтаря”! — Алые глаза штурмовика сейчас для меня были якорем. За который я держалась. — Не уступайте ему. Но… если будет совсем невозможно сдерживаться, просто укусите меня… Можем даже пдраться… я вам поддамся. Но вы должны себя убедить, что это будет по вашей воле и схватка будет брачной!
— Ик… — Уж не знаю — что за страсти брачные были у несчастного модификанта… но давление на психику быстро пошло на убыль. — Уффф… спасибо… вы меня спасли! Что это за схватка? Чего он так испугался? — Я висела на руках Хорха, вцепившись в его запястья, тогда как он до сих пор держал в плену ладоней моё лицо.
— Гмм… сейчас не время и не место рассказывать о неприятном обряде одной из рас. Продолжим, когда вы отдохнёте и успокоитесь. — Вернул нас в реальность Безопасник.
    
17
Больше ничего интересного со мной не произошло.
Эти десять дней были самыми спокойными.
Всё же — это очень важно — чувствовать себя в полной безопасности.
Я не вылезала из каюты. Ко мне никто не приходил.
Но это меня совершенно не тяготило.
Да, вот такая я — порой домоседка, спокойно относящаяся к замкнутому, небольшому пространству. Александр там, на Земле, шутил — ты как кошка. Можешь всю жизнь прожить в маленькой квартире, не выходя за двери. И при этом чувствовать себя комфортно.
Надо сказать — мне было чем заняться. Не все кристаллы из кабинета Уно были изучены. Те, что касались исследований и съёмки опытов — не решилась брать с собой. А вот те, в которых командор Эйхард читал лекции… вот их-то я и взяла с собой.
Утро завершающего дня путешествия ознаменовалось негромким стуком в дверь.
— Войдите! — Пригласила я как можно приветливее.
За время путешествия успела отоспаться и поэтому просыпалась очень рано.