Избранное (СИ)

Но я отвлекся.
Мы пошли следом за Огденом и шли, пока не добрались до старого заброшенного дома.
Он двинулся вперёд, тихо, с опаской. Когда над ним сомкнулись тёмные тени деревьев, он снова остановился, уставившись на входную дверь, к которой кто-то прибил гвоздём дохлую змею.
Послышался шелест и треск, и человек в обносках спрыгнул с дерева перед Огденом.
-Вас сюда не звали, - заявил он.
Незнакомец был лохматым, беззубым и косоглазым, а уж его тряпье... Вроде бы он смешно выглядел, но я невольно поежился - от него веяло опасностью.
-Я из Министерства магии, - сказал Огден.
-Вас не звали, - повторил тот.
-Я вас не понимаю, простите, - нервно сказал Огден и попятился. Немудрено: в одной руке у незнакомца была палочка, в другой - заляпанный кровью нож.
-А ты понимаешь, Гарри? - спросил вдруг Дамблдор.
-Вроде да, - кивнул я, вспомнив мертвую змею на двери. - Он на серпентарго говорит?
-Именно.
События понеслись кувырком: парень с ножом швырнул в Огдена каким-то заклинанием, а на шум из дома выскочил пожилой мужчина.
-Министерский, что ли? - спросил он.
-Именно! - сердито ответил Огден, вытирая лицо. - А вы, я полагаю, мистер Гонт?
-Я. Предупреждать надо, что явитесь... Это частное владение, так что мой сын просто защищался!
-Защищался от чего? - спросил Огден, неловко поднимаясь на ноги.
-От назойливых типов. Всяких, что шляется без спросу. Магглов и прочей сволочи.
Тут Гонт шепнул сыну:
-В дом. И не спорь!
Это точно был серпентарго: я понимал его, но заодно еще различал странное шипение - единственное, что мог услышать Огден.
Тем временем Огден привел себя в порядок и заявил:
-Я расследую серьёзное нарушение, имевшее место ранним утром… Может быть, продолжим в доме?
Гонт выругался, но впустил его. В лачуге было всего три комнаты. В главной, этакой кухне-гостиной, сидел Морфин с живой гадюкой в руках и нашептывал ей что-то на змеином.
Из угла послышалось шарканье, и я увидел вдруг девушку в рваном сером платье. Она возилась возле закопченной печи и гремела горшками. У нее были длинные тусклые волосы и простое, бледное, немного грубоватое лицо.
-Дочка, Меропа, - буркнул Гонт, и Огден поздоровался.
Девушка не ответила на приветствие, а только отвернулась и сильнее загремела посудой.
-Мистер Гонт, - сказал Огден, - перейдём к делу: у нас есть основания считать, что ваш сын, Морфин, прошлой ночью колдовал в присутствии магглов.
Меропа уронила горшок.
-А ну, почини, безрукая! - рявкнул на нее отец, и она выхватила палочку, но увы - после ее заклятия горшок чуть стену не проломил, да еще и раскололся пополам.
Огден поспешно починил его,
-Сквибка несчастная... - плюнул Гонт в сторону дочери. Та подняла посудину и поставила на место, а потом замерла у стенки, чуть ли не сливаясь с нею.
-Мистер Гонт, ваш сын нарушил закон, - вернулся к делу Огден. - Вот повестка на слушание дела.
И тут Гонта понесло... Как он костерил Министерство со всеми присными! А уж по магглам прошелся... Я и то пять новых слов узнал!
-Вот, гляди! - вопил он, тыча Огдену в лицо кольцо с чёрным камнем. - Видишь это? Видишь? Знаешь, что это? Знаешь, откуда оно? Оно хранилось в нашей семье столетиями, вот откуда мы идём, и всю дорогу — чистая кровь! Знаешь, сколько мне предлагали за эту штуку, за герб Певереллов на камне?
-Понятия не имею, - сказал Огден, - и к делу это совсем не относится, мистер Гонт. Ваш сын совершил…
Гонт выругался и подскочил к дочери - через мгновение он уже подтянул ее к Огдену, ухватив за золотую цепочку на шее.
-А это видишь? - проревел он, встряхивая перед Огденом тяжёлым золотым медальоном на цепи. - Оно слизериново! Салазара Слизерина! Мы — его последние живые потомки, что ты скажешь на это, а?
Он отшвырнул девушку в сторону, а я постарался изобразить удивление. Ну, хотя бы потому, что уже понял, кто такая эта Меропа. Да и побрякушки эти я не просто видел, а и в руках держал неоднократно!
-Мистер Гонт, - упрямо продолжал Огден, - Ваши предки к данному делу не относятся. Я здесь из-за Морфина...
  
Они продолжили препираться: Огден требовал, чтобы Морфин явился на слушанье, а Гонт говорил, что паршивому магглу так и надо... И вдруг за окном послышался дробный стук лошадиных копыт, смех и громкие голоса. Меропа встрепенулась, а мужчины нахмурились.
-Что за лачуга! - прозвучал девичий голос. - Том, неужто нельзя снести ее, чтобы не портила вид?
-Это не наша земля, - отозвался молодой мужчина. - Дом принадлежит старику Гонту, слыхали? У него еще сын совершенно чокнутый...
Девушка засмеялась. Звон и стук копыт становились всё громче и громче.
-Том, а почему у них змея к дверям прибита?
-Боже, и правда! Говорю ведь, у сына Гонта голова не в порядке... Не смотрите на это, Сесилия, дорогая, едем скорее!
-«Дорогая», - прошипел Морфин на парселтанге. - Он её называет «дорогой». Ты ему, значит, не нужна.
Меропа побелела.
-Ты о чем? - нахмурился Гонт.
-Она любит смотреть на того маггла. Всегда в саду, когда он мимо проходит, таращится на него из-за изгороди, не так разве? А вчера вечером из окна свесилась, ждала, пока он проедет мимо.
-Это правда? - в голосе Гонта звучала угроза, когда он двинулся к испуганной девушке. - Моя дочь, чистокровный потомок Салазара Слизерина — мечтает о гнусном маггле?
Меропа вжалась в стену от ужаса, но молчала. Огден вообще не понимал, что происходит, что за шипение он слышит.
-Мерзкая предательница крови! - взревел Гонт, кинувшись душить дочь, но тут Огден ожил и затормозил его, но сбежал, когда на него кинулся Морфин...
Выскочив на дорогу, Огден чуть не попал под лошадь. Всадником оказался красивый молодой парень (вылитый Том Риддл из дневника!), а бок о бок с ним ехала хорошенькая девушка. Оба они расхохотались, увидев наряд Огдена, а он побежал дальше...
-Думаю, хватит, Гарри, - сказал Дамблдор, и мы вернулись в кабинет. - Ну? Ты не хочешь спросить, что это было?
-Девушку жалко, - искренне ответил я. Вот уж кому не позавидуешь: вырасти в такой чокнутой семейке, а потом помереть молодой! - Что с ней случилось?
-Она выжила, - вздохнул директор. - Огден отправился в Министерство и вернулся с подкреплением. Морфина с отцом арестовали и судили. Первый получил три года Азкабана, а Марволо - всего полгода.
-Марволо? - старательно удивился я, потому что уже знал эту историю: недаром с крестражем общался, это еще когда было. - Так это был...
-Дед Волдеморта, да, - кивнул Дамблдор. - Эти трое - последние из Гонтов, древней семьи... Увы, они впали в нищету задолго до рождения Марволо. Все, что у него осталось - это несколько семейных реликвий.
-Ага, значит, Меропа - мать Волдеморта, а тот смазливый хлыщ на лошади - его папаша? - уточнил я, потерев лоб. - Как же она его склеила?
-Она ведь была ведьмой, - напомнил директор. - При отце она боялась колдовать: ты сам видел, у нее получалось скверно. Но когда его и Морфина арестовали...
-Ясно, развернулась на всю катушку, - вздохнул я. - А почему она в Хогвартсе не училась? На домашнем обучении была?
Дамблдор неопределенно хмыкнул, то ли «да», то ли «нет», а я задал следующий вопрос:
-Она опоила Риддла, да? Профессор Слагхорн как раз недавно показывал нам амортенцию...
-Скорее всего, так и было. Подала ему воды в жаркий день, только и всего. А вскоре сын сквайра сбежал с Меропой, дочерью сумасшедшего бедняка... - Дамблдор погладил бороду и вздохнул. - Ну а Марволо, вернувшись и не застав дочери, проклял ее и никогда больше не вспоминал ее имени. Сына он не дождался.
-Меропа ведь тоже умерла? - уточнил я. - Волдеморт же рос в приюте?
-Да. Подробностей я не знаю, но... Том Риддл вернулся в свое поместье через несколько месяцев после побега, один. Поговаривали, что его... гм... связали по рукам и ногам. Соседи решили, что Меропа соврала, будто беременна от него, потому он и вынужден был жениться.