"Фантастика 2024-181". Компиляция. Книги 1-27 (СИ)
— Есть! — хором ответили мы с подружкой.
Сделав крюк до «Штормового» подобрали тамошних ребят, добрались до площадки, встретили там вчерашнего капитана третьего ранга, нарядившегося в парадную форму без кителя — жарко на улице. Он вогнал Олю в краску поцелуем ручки, представился, пожал руки нам с дядями и представил нам транспорт:
— Ми-8, двухдвигательный.
— А Ми-14, который амфибия, вам не дали? — поинтересовался знающий много секретов Родины мальчик.
— А ты откуда… — начал было спрашивать товарищ капитан, но осознал и покачал головой. — Был один, испытания проводили, еще в прошлом году, но его обратно в Москву увезли.
— Агрессивный блок НАТО называет Ми-8 «Hip», в переводе — «бедро». Ну где сходство? — риторически спросил я.
— У Инки бедра — мое почтение, — шепнул напарнику дядя Ваня.
Сделаю вид что не слышал.
— Замечали, кстати, что америкосы и их сателлиты любят давать своим изделиям военного назначения грозные наименования, в то время как у нас целую серию самоходок с цветочными именами разрабатывают — «гиацинт», «акация», «тюльпан» и так далее. К чему я это — ну и кто тут агрессор?
— Все так, Сергей, — одобрил товарищ капитан. — Суки они.
— Суки, — согласился я.
— Суки, — поддакнули КГБшники.
— Суки, — не без смущения вставили свои пять копеек «штормовики».
Оля покраснела, помялась и подобрала более пристойное ругательство:
— Сволочи!
Погрузились в вертолет, надели наушники, взлетели — мы с Олей и ребятами приникли к иллюминаторам и полюбовались «Орленком» с высоты.
— Вон она, вышка «дозорных»! — прочитал я по подружкиным губам сопровождающее указание пальцем пояснение.
Развернувшись к морю, полетели над ним, и где-то через пару минут я увидел плывущий под нами корабль.
— Охрана? — проорал я в лицо товарищу капитану и получил в ответ кивок.
Мы двигались быстрее, поэтому одним корабликом не ограничилось — по пути встретили еще три. Так-то необходимости особо нет — стратегический противник в наши воды и воздух старается не лезть, за исключением провокаций типа «потерявшегося» пассажирского Боинга, но все равно приятно.
Немного пролетели над Крымом, достигли Севастополя и приземлились на базе Черноморского флота. С товарищем командующим и его замами я уже знаком — на прошлый концерт, который проходил в ДК приходили — так что с улыбками поручкались, порадовавшись новой встрече. Маленьких «штормовиков» тоже приняли радушно, выдав приглашение поступить на флот когда вырастут — те конечно же согласились. Олю снова вогнали в краску поцелуями ручки и относящимися к ее вокальным данным комплиментами — ну маленькая еще за красоту хвалить.
Сам Виктор Сергеевич — человечище не мне чета: и тонул, и горел, и самолеты вражеские сбивал, и десантировался под пулеметным огнем. О соответствии занимаемой должности и вопросов не возникает — всю жизнь на флоте, весь путь снизу доверху прошел.
Погрузились в кортеж из УАЗиков (ребята-экскурсанты отдельно), и по пути товарищ Сысоев начал чмырить сухопутных коллег:
— Совсем распустились, крысы сухопутные — это ж надо догадаться, армейское имущество торгашам за мзду отдавать! А если война начнется? У нас «вертушек» на все Нато не хватит, а эти… — расстроенно махнул рукой. — Мы что, обратно в Империю превращаемся, офицерской честью торгуем?
— Я ваше возмущение полностью разделяю, Виктор Сергеевич, — поддакнул я. — Когда начинает гнить армия — все, страну можно голыми руками брать. Еще Македонский говорил, что груженый золотом осел может взять неприступную крепость. К счастью ячейка бывшего генерала Дегтярева — это исключение, и его расстрел заставит задуматься остальных. Да им и задумываться не о чем — я кучу воинских частей посетил, с тремя четвертями высшего офицерского состава — вплоть до Генштаба — познакомился, и для них офицерская честь и военная мощь Родины — не пустой звук. В любой структуре может гнида найтись — главное вовремя ее задавить.
— Проверки внеплановые проводим, — поделился инфой командующий. — Но у нас здесь дисциплина сухопутным не чета — все в одной лодке, извини за каламбур.
— Каламбур отличный, — хохотнул я. — Если кого найдете — под килем протащите, в соответствии с традициями?
— Парусник специально найдем для такого дела! — гоготнул товарищ Сысоев.
— Виктор Сергеевич, у меня к вам просьба есть, — перешел я к делу.
— Излагай, — одобрил он.
— Мне бы водолазов со снаряжением — поучиться под водой плавать, рапанов пособирать, подводными красотами полюбоваться. Можете пожалуйста выделить?
— Оформим как просветительское мероприятие, — кивнул он.
— А сейчас я очень прошу вас принять сказанное мной правильно, Виктор Сергеевич, — перешел я к сложной части. — Случай с Дегтяревым — это ужасно, и ужас заключается не только в коррупции, но и в том, что понять этих упырей можно.
— Понять всех можно, но присягу нарушать нельзя, — нахмурился он.
— Это, извините, кнут, — развел я руками. — Кнут нужен, и офицерскую честь блюсти нужно — на ней армия во всех своих компонентах и держится. Но когда вокруг народ богатеет, а тебе нельзя, это решимость и чувство преданности Родине подтачивает. Поэтому предлагаю создать прецедент с «пряником».
— Ты что, денег мне всучить хочешь? — возмутился осознавший глубину моего морального падения командующий.
— Не вам, — покачал я головой. — А, например, водолазам, которые не откажутся немного подработать во время отпуска. Совершенно официально, со сметами и отчетностью. Им — зарплата, а Черноморскому флоту — оплата оборудования. Таким образом мы создадим прецедент, который возьмут на вооружение и масштабируют старшие товарищи.
— Да какие деньги? — расстроился он. — Мы что, аквалангов детям не найдем?
— Суть-то не в аквалангах, — вздохнул я. — Суть в том, что на армию государство вынуждено выделять чудовищные деньги — и их все равно не хватает. У нас, извините, полковники две сотни рублей оклада получают плюс за должность. А рядом торгаш-кооператор живет, тыщами ворочает.
— Вот пусть увольняются и идут портками торговать, — не принял аргументов Виктор Сергеевич.
— Есть и другая проблема — армия у нас многомиллионная, и сокращать ее нельзя — в кольце врагов живем и постоянном ожидании новой большой войны. Но этот чудовищный по размерам человеческий ресурс работает на обслуживание армейской инфраструктуры и обеспечение мирного неба над головой. Для экономики они, извините, балласт. Не ругайтесь, пожалуйста, дослушайте! — вытянул руки перед собой, увидев, что товарищ командующий начинает багроветь. — Мы без армии не можем — так уж сложилось, и этого не изменить. Без армии не будет ни экономики, ни меня, ни Оли, — указал на с интересом внимающую разговору певицу. — Но что плохого в том, чтобы в отсутствие боевых задач или во время отпусков давать служивым товарищам возможность подработать? Например привлекать инженерные войска к строительству совершенно гражданских жилых домов? Официально, со сметами и прочей документацией — бюджет города выплачивает воинской части такой-то такую-то сумму.
— А у нас боевые крейсеры сетями для рыбной ловли оснащать и катать туристов на патрульных катерах? — даванув взглядом, спросил он.
— Вы преувеличиваете, Виктор Сергеевич, — вздохнул я. — Вот я вам предложил подводное плаванье — это удар по обороноспособности Родины наносит?
— Не наносит, — поморщившись, согласился он.
— И таких «не наносящих» вещей можно при желании еще много отыскать, — продолжил я. — Юрий Владимирович — сторонник подхода «не можешь победить — возглавь». Да, мы можем усилить проверки и давить запятнавшую офицерскую честь гнид, но это будет значить уподобиться метафорической амебе — у нее ведь разума нет, поэтому все, что она делает — инстинктивно реагирует на раздражители. Мы себе этого позволить просто не можем — в какой-то момент раздражителей станет слишком много, и мы надорвемся, скатив армию в малоуправляемый инертный механизм, который тратит все силы только на борьбу с коррупцией, вяло отмахиваясь от врага внешнего.