Огненный шторм

– Не двигаться! – приказал я.
Все оцепенели. Я занял позицию перед пультами пилотов. Саблин остался у двери. Легер и Фетисова встали с обеих сторон от кресел фобосианцев.
– Кто еще на корабле? – спросил я первого пилота.
– Шесть человек охраны, двенадцать человек обслуживающего персонала.
– Заблокировать все двери, – мой тон не оставлял возможностей для возражений.
– Готово, – ответил пилот.
– А теперь выводи судно на окраину системы. За каждый боевой корабль, который появится на радаре, буду расстреливать одного человека. Передай это службе охраны Армали.
Пока пилот передавал мои приказания, я посмотрел на наших пленников. В крайнем левом от меня кресле сидела девушка в форме космофлота фобосианцев. Меня это заинтересовало. Допустить, что девушка является членом Совета, еще можно. Но то, что она еще и военнослужащая, удивляло. Насколько мне известно, в армии Халифата служат исключительно мужчины.
Вторым фобосианцем тоже был военный. И на нем также была форма космофлота. Ничего себе! Два члена Совета из пяти – военные. У фобосианцев определенно происходит милитаризация общества.
Третьим сидел совсем молодой парень в клетчатой рубашке и темно-зеленых брюках. Было видно, что он смертельно напуган.
– Они не расчистили нам дорогу, – сказал пилот. – Требуют приказа кого-нибудь из Совета.
– Сейчас они его получат, – сказал я и подошел к парню. – Ну-ка вставай!
Фобосианец встал. Я грубо подтолкнул его к пульту пилотов.
– Прикажи им очистить пространство около планеты!
– Ни за что! Лучше умереть! – ответил парень, но в его голосе был слышен плач.
– Как хочешь, – я спокойно достал нож из сумки.
И тут фобосианец ринулся на меня. Я мог перехватить его, но не стал. В последний момент Фетисова заломила парню руки за спину и подсечкой грубо свалила его на пол. Придавив его коленом к полу, девушка полностью лишила фобосианца возможности сопротивляться.
Я присел рядом. Мой клинок стал медленно приближаться к горлу парня. Он дернулся, но хватка у Фетисовой была железная. За мгновение до того, как коснуться ножом кожи, я развернул лезвие и провел по шее тупой стороной. Заметив мой маневр, Фетисова сразу отпустила парня и встала. Фобосианец дернулся и схватился за горло. Слезы брызнули из его глаз, и он зарыдал.
Этот прием придумали на Земле еще во время Третьей мировой войны. Перед предполагаемой неотвратимой смертью психика напряжена до предела, и, когда гибель не происходит, все эмоции, бурлящие в человеке, выплескиваются наружу. У этого парня осталось лишь неимоверно сильное желание жить.
– Поможешь нам? – уже мягче спросил я.
Парень, заливаясь слезами и понимая, что проиграл, кивнул.
– Вытри, – Фетисова кинула ему платок.
– Итак, вперед, – я рывком поднял парня на ноги.
Он подошел к пульту и взял микрофон, протянутый пилотом.
– Говорит заместитель председателя Совета по экономическим вопросам. Приказываю всем боевым кораблям в системе Армали отойти к первой планете.
Затем он с отчаянием бросил микрофон на пульт. Я схватил его за плечо, чтобы подтолкнуть к креслу, но вдруг почувствовал жгучую боль в правом боку. Повернувшись, я увидел небольшой лазерный пистолет в руке фобосианца, сидевшего в кресле справа. Меня поразила реакция пилотов. Они без колебаний вытащили оружие из каких-то отделений в подлокотниках и попытались открыть огонь. А парень рванулся к двери.
Фетисова срезала стрелявшего фобосианца очередью, а я справился с двумя пилотами. В это время парень каким-то чудом проскочил мимо Саблина и нажал на кнопку открытия двери. Лейтенант успел вскинуть оружие и выстрелить. Но фобосианец уже бежал по коридору.
– Я догоню его! – крикнул я, выбегая за ним. – Выводите корабль из системы!
Коридор был не очень длинным, и фобосианец ворвался в дверь какого-то отсека, прежде чем я успел выстрелить. Дверь, к счастью, была не заблокирована. Я влетел туда и тут же услышал вой вырывающегося из помещения воздуха. Этот отсек оказался спасательным.
Одна из капсул уже выходила в космос. Шлюзовый тоннель еще не закрылся, и отсек оказался разгерметизированным. Можно было видеть, как спасательный челнок удаляется от корабля.
  
Все решали секунды. Я достал из-за пояса «Ангару» и расстрелял оставшиеся три патрона сквозь тоннель. Достаточно было ошибиться на несколько сантиметров, и пуля попала бы в стену тоннеля. А это – неминуемая гибель. Но профессиональные рефлексы не подвели. Беглец попытался сманеврировать и даже выбросил облако чего-то, видимо, служившего защитой от ракет.
Первый «гвоздь» пролетел мимо. Второй взорвался, повстречавшись с защитным облаком. И только третий сдетонировал, коснувшись капсулы. Она закрутилась и затем вошла в резкое пике.
Дальше наблюдать не было возможности. Я прыжком достиг рычага аварийного закрытия шлюза и дернул его вниз. Автоматика не подвела. Медленно развернувшись, я заткнул «Ангару» за пояс, закинул за спину «Ежа» и пошел в кабину. Только сейчас мне стало понятно, как я устал.
– Спокойно, Игорь, – сказал я сам себе. – Это еще не конец.
В кабине места пилотов заняли Легер и Саблин. Фетисова сторожила двух оставшихся фобосианцев.
– Он ушел? – спросил полковник.
– Не думаю. Попытался улизнуть на челноке, но я его успокоил. Какова ситуация?
– Как обычно. Из огня да в полымя. Корабли почему-то возвращаются. Но мы успеваем состыковаться с «Ястребом» прежде, чем попадем в зону действия их лазеров.
– Каков запас времени?
Легер как-то замялся.
– Ну?
– Четырнадцать секунд.
– Большой запас, ничего не скажешь. Ладно, дай связь с челноком.
Я взял микрофон.
– Говорит Шолохов. «Ястреб-1», слышите меня?
– Слышим, товарищ маршал. И очень рады, что слышим! – послышался голос пилота.
– Хорошо. У меня вопрос – может ли «Ястреб» принять еще двух человек дополнительно?
– Одного точно сможет. А вот двух, не уверен, – пилот задумался. – А что?
– Да у нас тут парочка фобосианцев, членов Совета. Хотелось бы их доставить целыми.
– Доставим. Дадим им кислородные резервные аппараты, и все.
– Ну, тогда готовьтесь к стыковке!
 
Глава 4
Общий сбор
10:54:57. 12.05.3283 года. Земля, Москва.
Невероятное напряжение последних часов в самом тылу врага все-таки сказалось. Когда мы очутились на борту «Ястреба», огромная усталость навалилась на меня. Я мечтал только об одном: отчитаться Суворову о выполнении задания и лечь поспать. Чем больше, тем лучше. И когда Президент сообщил мне о пресс-конференции, ожидающей меня, Легера, Саблина и Фетисову, я едва не послал его подальше. Но делать было нечего. Пришлось после прибытия полтора часа отвечать на вопросы корреспондентов и сидеть с видом непробиваемого героя, которому все нипочем. Но когда это кончилось, я, наконец, добрался до койки и, не раздеваясь, заснул глубоким сном. В таком сне нет сновидений. Я проспал весь день и всю ночь. Открыв глаза, долго пытался понять, где я нахожусь. В Халифате? Или на борту спасательного корабля? Или, может, мне только предстоит штурмовать «Месть»?
Но воспоминания постепенно вырисовались в цельную картину. В общем-то, довольно радужную. Мы почти полностью разгромили Совет фобосианцев. Двое плененных и двое убитых. Как минимум двое. Неизвестно, выжил ли парень, который убежал в челноке. Тому, что мы сделали, не было аналогов. Еще никто в истории известных нам рас не осмеливался напасть на высший правящий орган вражеского государства причем прямо в его столице. Наша вылазка сильно повлияла на моральный дух фобосианцев. Теперь каждый в Халифате понял, что гнев Федерации неотвратим.
Я встал с кровати и одернул одежду. На мне были все та же черная рубашка и брюки. Следовало переодеться в настоящую военную форму. Я открыл дверь каюты и нос к носу столкнулся с Авдеевым.
– Здравия желаю, товарищ маршал! Очень хорошо, что вы уже встали.