Наследница Повелителя Теней: новое тело

Заметив, что я очнулась, доктор отпустила мою руку и чуть устало улыбнулась.
— Повреждения от пробуждения дара я убрала. Теперь тебе должно стать полегче.
Прислушавшись к себе, поняла, что и правда не чувствую больше дискомфорта. Хотя в районе груди ощущалось нечто странное. Так, будто там появился небольшой шарик, пульсирующий и живой. Непривычно… Чем больше я на нем концентрировалась, тем усиливалась пульсация. Увидев, как я накрыла ладонью то место, где ощущала все это, Надежда улыбнулась.
— Источник проснулся. Помню, какой восторг это поначалу вызывало у меня. Но потом привыкла, как к чему-то обыденному.
— И что вы можете сказать о моем источнике? — робко поинтересовалась, понимая, что полный профан в этих вопросах и что того, о чем читала в Сети, явно не хватает.
— Что вообще ты знаешь на эту тему? — озабоченно спросила женщина. — Или и об этом забыла?
— Кое-что помню, — уклончиво произнесла. — Про то, какие виды магии бывают и уровни силы. Но в общих чертах.
— Уже неплохо, — приободрила Быстрова. — Так вот, в тебе открылся стихийный дар. Управление стихией воздуха. Источник нестабилен.
— Это очень плохо? — встревожилась я.
— Скорее, наоборот, — улыбнулась доктор. — При пробуждении магии источник может быть слабого и среднего уровня. Если он стабильный, то значит, своего потолка маг достиг. Ему останется только научиться пользоваться тем резервом, что у него есть. А вот если источник нестабилен, это говорит о более серьезном потенциале. При достаточном упорстве и усердии ты можешь развить свой резерв. Сейчас трудно сказать, до какого предела. Но до той поры, пока источник нестабилен, он будет иметь возможность разрастаться. У тебя он уже сейчас как у мага-середняка. А значит, потенциально можешь стать сильным магом-воздушником. Твой отец, кстати, именно такой. Видимо, кровь Бакеевых в твоем случае сыграла свою роль.
При упоминании о Бакеевых я поморщилась. Интересно, как быстро Кирилл растреплет родителям Лены о том, что дочь теперь не позор рода, а очень даже наоборот? Ох, чую, мне еще предстоит непростая встреча! Плохо то, что я совершенно к ней не готова и ничего не знаю об их внутрисемейных отношениях.
— Лена, — осторожно произнесла Надежда. — Извини, что я так запросто к тебе обращаюсь… Просто у меня дочь примерно твоего возраста. И я вообще как-то прониклась к тебе сразу.
— Ничего, мне даже приятно, — заверила, радуясь тому, что хоть от кого-то не стоит ждать подвоха.
— Хорошо, — с облегчением сказала доктор. — Так вот, у меня возникла идея, как помочь тебе быстрее восстановить память. Вижу, что это тебя сильно угнетает.
Я насторожилась. И не зря, как оказалось!
— Иногда, когда больным нужна помощь того плана, какой не может оказать обычный целитель, мы обращаемся к жрецам Артана. Они никогда не отказывают, и довольно часто им удается помочь нашим больным. Я могла бы пригласить сюда кого-то из них.
Уже хотела запротестовать, но поняла, что выглядеть это будет слишком подозрительно. И вот что делать?
— Чего ты боишься, девочка? — тут же уловила мои колебания мудрая женщина.
— Не знаю, — я ощутила, как щеки заливает краска. Врать ей теперь было настолько неловко и стыдно, что ощущала себя не лучшим образом. — Вдруг он увидит в моей голове что-то такое, чего бы мне не хотелось?
Доктор снисходительно хмыкнула, но совсем не обидно.
— Думаю, жрецы чего только ни видели за свою жизнь!
Ну, это спорно! — мысленно не согласилась с ней. Уж беседующую с их божеством девицу из иного мира — вряд ли!
— Поверь мне, никто в твоей голове копаться не будет, если ты этого не позволишь. Жрец просто попробует простимулировать те участки мозга, что отвечают за память.
И вот тут я крепко задумалась. Рискнуть все же стоило. Вдруг и правда включится память тела и по части воспоминаний? Ведь могу же я понимать устную и письменную речь чужого для меня языка. Но стоит ли доверять жрецам? Вроде бы из того, что читала о них, следовало, что они чуть ли не святые и никогда не используют свои способности во вред. Но кто знает, как там на самом деле? Вот не могу поверить, что такие таланты никто не использует и в других целях!
Еще какое-то время поколебавшись, я все-таки решилась. Соглашусь. Но если возникнет малейшее подозрение, что жрец пытается копаться в моих мыслях, немедленно прерву лечение.
— Хорошо, приглашайте жреца. И мне бы очень хотелось, чтобы это произошло до визита моих родственников, — не смогла удержать кривую гримасу на лице при их упоминании.
— Я сказала керну Порицкому, что сегодня тебя лучше не тревожить. Так что если и придут, то завтра, — успокоила меня Быстрова. — А за жрецом я сейчас кого-то пошлю.
— Спасибо вам, — искренне поблагодарила, понимая, что никогда не забуду того, что эта женщина для меня сделала.
Для чужого, в сущности, человека, от которого отвернулись самые близкие. Надеюсь, что однажды смогу достойно ее отблагодарить.
    
ГЛАВА 5
Жрец, к моему удивлению, внешне ничем не отличался от обычного человека. Никакой сутаны, мантии или чего-то подобного, что бы как-то отличало его из толпы. На нем был светлый костюм в полосочку. Впрочем, может, они в храмах и носят какое-то специальное облачение, а в обычной жизни считают это излишним.
Внешность тоже ничем непримечательная: слегка полноватый мужчина лет шестидесяти, коротко стриженный, кое-где в темных прядях виднеется седина. Черты лица грубоватые, но приятные. Может, из-за доброжелательной улыбки, что их смягчает. Но впечатление обычности улетучивалось в один миг, стоило заглянуть в его серые глаза. Взгляд их был настолько пронзительный, словно проникающий в самую душу, что я немедленно ощутила себя сканируемой рентгеном. Поежилась и первой отвела взгляд. Казалось, он уже сейчас знает все, что я так отчаянно пытаюсь от него скрыть.
Доктор Быстрова, назвав мое имя жрецу, представила мне и его:
— Леночка, это озаренный Силантий.
Я едва удержалась от недоуменного возгласа, услышав такое представление. Потом догадалась, что, видимо, так в Арте принято обращаться к жрецам. Это как у нас «отче» или «преподобный». Надо бы запомнить, чтобы не ляпнуть что-то более мне привычное.
— Что тебя так удивило, дитя? — заставил меня вздрогнуть вопрос Силантия, внимательно следящего за мной.
Неужели мои эмоции настолько очевидны? Или для него прочесть меня ничего не стоит?
— Не бойся, — ласково сказал он, без труда догадавшись о том, что я почувствовала, чем лишь прибавил паники.
Я уже жалела, что согласилась на эту авантюру, и рисовала себе самое страшное развитие событий.
Силантий покачал головой и мягко обратился к Надежде:
— Вы не могла бы выйти ненадолго?