Ученик демона

— Вообще-то, ученик, подслушивать нехорошо, — начал эльф в знакомой нравоучительной манере, от которой в приснопамятные времена ученичества у Глана тут же портилось настроение. — К тому же, историю твоего появления в моем доме я собирался поведать сегодня после завтрака…
— Так в чем же дело? — юноша постарался придать своей физиономии самое невинное выражение. — Время сэкономили, Учитель. Сам же постоянно внушал мне: "Время — деньги".
— Не паясничай, юноша! — грозно рыкнул эльф, однако Глана его гнев ничуть не убедил. Он знал своего учителя как облупленного, и отличить подлинные чувства от показушной шелухи мог без труда. Скорее эльф гордился им, дескать, смотрите все какой ловкий прохвост, и ведь не без моего участия стал таким. Но, сменив гнев на милость, продолжил: — Ладно, проехали, это даже хорошо, что я не видел твоей удивленной физии, когда ты узнал, кто твой папочка — ужасно не люблю мелодраматических ситуаций.
— Зря ты так, коллега, про своего бывшего ученика, — ухмыльнулся демон. — Между прочим, наш подопечный держался молодцом: не окочурился от счастья, даже в обморок не упал, истерику не закатил. Короче, готов послужить на благо Отечества и томящегося под властью узурпатора народа.
— Издевайся, издевайся, демон коварный. Все равно, пока ты во мне, дорога в Бааль-Даар нам с тобой заказана. Сам говорил, что крыланы тебя моментально вычислят и возьмут в оборот.
— М-да, засада. — Ехидная улыбочка мгновенно сползла с "симпатичной" мордашки Азуриэля. Демон почесал когтями свое бугристое темя. — Прямо хрень какая-то. Вообще-то я нашел способ разорвать наши сущности и могу это сделать в любой момент…
— Ну так давай, Азур, действуй! — ошарашенный новостью Глан аж подскочил со своего стула. — Ты же только об этом и мечтаешь… ну и мне станет спокойнее.
— Остынь, юноша пылкий! — Демон повелительным жестом заставил ученика вернуться обратно на его стул. — Если немедленно активировать формулу, удерживающие наши сознания связи разорвутся и меня забросит на какой-нибудь тридевятый план бытия. Ищи тогда ваш мирок среди бесчисленного количества подобных этому — задолбаешься.
— Неужели так сложно, для всемогущего-то демона? — съехидничал Глан.
Однако тот не отреагировал на подковырку и не вспылил, лишь покачал головой.
— Представь, Глан, что в одной вашей галактике двести миллиардов звезд. Каждая звезда, к твоему сведению, — такое же светило, как ваш Анар. Не совсем, конечно, такое — звезды тоже бывают разные — тем не менее, в одном вашем звездном скоплении, именуемом "галактика", более сотни миллионов планет, населенных разумными существами. А теперь представь, что подобных галактик в вашей вселенной сотни и сотни миллиардов. Однако это не все: в свою очередь в Универсуме таких вселенных бесчисленное количество. Ну и как я по-твоему найду этот мирок? Даже если к поискам подключить все ресурсы моей высшей ипостаси, Глан, это невозможно. Так что разрыв наших сущностей означает расставание на веки вечные.
— Ну и что в этом такого плохого? Ты же только об этом и талдычил, все время, мол, не по чину такому серьезному перцу пребывать в теле земляного червя. Кто обзывал меня примитивной инфузорией и всячески хаял мои умственные способности? Короче, я требую немедленного проведения всех необходимых процедур! Хочу побыть наедине со своей совестью без всяких неугомонных демонов.
— Эко завернул: "Хочу побыть наедине со своей совестью!" — восхищенно воскликнул "неугомонный демон". — Прям Цицерон, Жураса Иеренг, доктор Геббельс или Харг Велеречивый. Не… не Цицерон и не Жураса… Гуднанаман Декехт из Зеклаты, тот, пожалуй, поязыкастее всех перечисленных будет.
— Издеваешься, отродье Тьмы?
— А ты как думал? Тут такое затевается!.. И ты хочешь, чтобы Азуриэль пропустил все самое интересное? Не, мил друг, не угадал. К тому же, для серьезной схватки ты еще не готов. Одно дело наказать зарвавшегося архимага, но боюсь, тебе придется схлестнуться разом со всеми адептами Огненной Чаши, а может быть, даже с прочими магическими сообществами Хаттана. Не, Глан, так просто ты от меня не избавишься. Эх жаль в Бааль-Дааре крыланы и способ закрыть от них свое сознание мне неведом, во всяком случае до тех пор, пока я нахожусь в этом примитивном теле.
  
— Насколько мне известно, — подал голос доселе внимавший разговору человека и демона хозяин, — вампиры — также демонические сущности и горгулы их на дух не переваривают, однако каким-то чудесным образом детям ночи удавалось обмануть бдительных стражей и проникать в столицу Дарклана. Одно время у них там огромное гнездовье было, пока до него не добралось Вольное Братство.
— М-да, — задумчиво покачал головой Азуриэль, — мудрый совет от какого-нибудь кровососа сейчас не помешал бы… а впрочем, — демон аж заерзал на своем кресле, — Глан, когда тебя угораздило надеть на палец злополучный перстень, я первым делом покопался в твоей памяти, чтобы понять, с кем имею дело.
— Ну и что интересного ты там надыбал? — юноша подозрительно покосился на демона. — Мои воспоминания — моя собственность и нечего их ворошить без надобности, тем более, стыдиться мне особенно нечего. Ну брал несколько раз харчи без спросу, ну тряпки кое-какие с бельевых веревок тырил — так все вернул сторицей и с извинениями, все довольны, все смеются.
— Ага, еще припомни-ка, как с эльфийским насморком, который ты по молодости подцепил в Ларго от портовой шлюхи, а потом три дня ходил вокруг, да около жилища тамошнего лекаря мэтра Зилана, все никак не решался войти, застенчивый ты наш, пока основательно не приспичило. А как мандавошками, сиречь лобковыми вшами тебя наградила одна любвеобильная керафийка. Вспомни, сколько раз подобное с тобой случалось, пока ты, скрепя сердце и, превозмогая жадность, не приобрел за две дюжины золотых монет талисман-оберег?
— Ну и что? — ничуть не смутился Глан. — Мандавошки — дело житейское, главное вовремя принять меры.
— Согласен, — кивнул шишковатой башкой демон, — от триппера даже государь император не застрахован, Однако это я вовсе не для того, чтобы напомнить тебе волнительные эпизоды твоей бурной жизни. Вспомни, Глан, кого ты встретил на седьмом ярусе Проклятого рудника?
— Было дело, наткнулся на троицу кровососов: даймана с женой и ребенком. Это тут при чем? — Глан недоуменно пожал плечами. — Встретились, пообщались малость, потом разбежались, никто ни к кому претензий не имеет.
— Дурья башка! — рыкнул недовольно демон. — А теперь потрудись воскресить в памяти, чем от тебя откупился Карис-заб-Хабра, а может быть, она у тебя настолько дырявая, что без помощи своего наставника ты вообще ничего не в состоянии вспомнить.
— Ну почему же? В состоянии. Высший тогда подарил мне платок смоченный его кровью и рекомендовал обратиться к какому-то Генешу Тамба, купцу из Азерави, дескать, тот в обмен на эту тряпицу осыплет меня с ног до головы золотом.
— Тебе удалось договориться с дайманом? — на этот раз наступил черед эльфа удивляться.
— А что тут такого? Я сохранил жизнь ему, его жене и ребенку. За это он посулил мне кучу золота. Вот только куда оно мне? У меня целый баул цацек из крипты Древних. Толкнуть какому ювелиру — на всю оставшуюся жизнь хватит. Так что нет у меня никакого резона с детьми ночи связываться?
— Феноменально! — Восторгу лайра эр-Энкина не было предела. — Воистину, ученик, ты альмарэатэ — уникум, ибо мне еще не доводилось встретить счастливчика, коему повезло выжить после встречи с тремя хинэморра — детьми ночи.
— А, по-моему, почтенный эльф, ты перехваливаешь этого балбеса. Ну, повезло ему — дайман не хотел рисковать жизнью своего единственного ребенка, к тому же, у Глана тогда был весьма веский аргумент — начиненные ляписом патроны в магазине его Волыны и несколько световых гранат. Вот только сообразить никак не может тупица, что этот самый Генеш Тамба каким-то боком причастен к вампирам, а значит, способен помочь замаскировать мою сущность от взоров наблюдательных крыланов. — И, обращаясь к юноше, продолжил: — Глан, извини, но одного тебя я на схватку с магами не отправлю. Ты — мой ученик, я — твой учитель… — Затем повернулся лицом к хозяину. — И не делай уважаемый лайр такие круглые глаза, у эльфов они и без того большие. Да, да, хоть Глан и просил не называть себя в твоем присутствии моим учеником — шила в мешке не утаишь.