"Фантастика 2024-171". Компиляция. Книги 1-23 (СИ)
Да и с Маньчжурией не все так просто, наместник там свои игры повел, и не один — кто-то из великих князей с ним в альянсе, если не сам царь Николай Александрович. Отрывать ее от Китая будут при первом удобном моменте, с кровью, вместе с Внутренней Монголией. Вот такие расклады пошли, и вникать в них все равно придется — он с Алексеевым крепко повязан, до самого конца жизни, ведь еще больше десяти лет в запасе…
— Если не убьют на этой войне, — негромко произнес Андрей Андреевич, и усмехнулся — такая перспектива его не прельщала. Но воевать нужно — по крайней мере, будет выиграно определенное время, и на какой-то срок отстрочена революция, и, возможно, мировая война. Может быть, если провести реформы (пока неясно какие именно), удастся избежать и гражданской войны. Понятно, что не с этим монархом — Николай Александрович, хотя и благосклонно относился к наместнику, но Алексеева уже не устраивал, так как Евгений Иванович хорошо знал, какими грандиозными катаклизмами окончится правление последнего русского императора.
— Все это звенья одной цепи — явно договаривается о комплоте. Или заговор, либо как Павла Петровича — помрет от апоплексического удара табакеркой в висок, — усмехнулся Андрей Андреевич, откинувшись на спинку дивана — уже третьего по счету, два прежних сгорели от японской шимозы. У него было чуть комфортнее, все же флагман, а салон пусть скромно, но обставлен. У всех остальных железная мебель и пробковые матрасы. А перед боем аврал будет — все способное гореть под бронепалубу отправится. А то, что сражение будет, никто из моряков не сомневался, прекрасно зная порывистый характер Макарова, что после стрельбы по Кунсану отправился с эскадрой к берегам Японии. Вряд ли Хейхатиро Того согласится безропотно терпеть обстрелы портов Страны Восходящего Солнца — обязательно выйдет в море для генеральной битвы…
После русско-японской войны самураи получили трофеем новейший броненосец «Орел». Оценили пытливым разумом и начали его модернизацию, убирая чудовищную перегрузку в общем-то неплохого корабля. Срезали надстройку и все что только возможно. Башни с парой 152 мм пушек Кане, весьма увесистые, заменили на легкие одноорудийные щитовые 203 мм установки — бортовой залп при этом не уменьшился, а увеличился. Заделали порты 75 мм противоминной батареи — русские адмиралы, хотя и осознали что она представляет угрозу при потере остойчивости, на это не рискнули — ведь проект утвержден МТК. Трехдюймовые пушки поставили на палубе, отказавшись от бронированных казематов. И получился неплохой корабль, который выдержал бы Цусимский бой и дошел до Владивостока. Но на столь масштабную реконструкцию «Славы» и «Цесаревича» Морское министерство даже после горького урока Цусимы не решилось — «экономия» наше главное оружие!
Глава 13
— Николай Петрович, как себя зарекомендовали в боях флотские пулеметные команды?
— Великолепно, Евгений Иванович, нанесли японцам серьезные потери. Там где стоят пулеметные расчеты, все атаки противника бесплодны и тщетны. Вот только одной команды на дивизию крайне мало, ваше высокопревосходительство хотелось бы иметь по восемь пулеметов на каждый из стрелковых полков. Мы ведь хорошо укрепились в окопах, все попытки противника наступать отражаем пушечным и пулеметным — потери сейчас несем намного меньше, чем раньше бывало.
Командующий Дальне-Восточной армией, а так по настоянию Алексеева переименовали вначале Маньчжурскую, потом Корейскую армию из политических соображений на нечто нейтральное, без упоминания зависимых от империи территорий, генерал-лейтенант Линевич, несмотря на свой почтенный 65-ти летний возраст, был на диво энергичен. Именно на этого старика, всецело его ставленника, он сделал расчет. И пока тот оправдывал доверие — малыми силами генерал-майор Мищенко сдержал продвижение 1-й японской армии Куроки, навязав ей изнурительные бои. А затем подошел 2-й Сибирский корпус генерал Сахарова и стало полегче — японцев отбросили от Сеула на тридцать-сорок верст к югу, где линия фронта окончательно застыла до начала лета, хотя ожесточенные бои велись не переставая ни на день. Но русские войска оборонялись, японцы бросались в отчаянные атаки и постоянно откатывались, неся большие потери — за одного убитого или раненого сибиряка платили двумя-тремя своими солдатами.
— Все наши Сибирские корпуса сосредоточены, ваше высокопревосходительство, мы можем переходить в наступление. Главный удар нанесем дивизиями 1-го, 2-го и 4-го корпусов, 3-й корпус пока будет в резерве со сводно-пехотной дивизией, вот посмотрите на карте. Данные свежие — корейцы постоянно сообщают о каждой японской роте, что прибывает, все пушки на палочках высчитывают. Генерал-майор Флуг каждый день изменения на карту вносит, и сводки незамедлительно составляет. А корейцы молодцы, храбры и отчаянны — снуют через леса к нам постоянно и смерти не боятся, хотя им самураи головы мечами отсекают.
Алексеев склонился над большой картой, которую расстелили на столе. Корея не такая уж и большая страна, вытянутая на восемьсот верст с севера на юг, и две сотни верст в поперечнике. Ближе к восточной части стана рассечена горным хребтом, от которого отходят кряжи, на одном из которых и укрепилась русская армия — от приморского городка Куон-Тсу до расположенного на западных отрогах центрального кряжа Ион-Тсу. Ширина фронта чуть больше сотни верст, вот только сил там уже собрано немало — в каждом из корпусов по три Сибирских стрелковых или пехотных дивизий — от 36 до 44 кадровых батальонов, да еще казаки — в каждой из дивизий по полку из шести сотен. Все войска показаны в кружках, с обозначениями не только корпусов и дивизий, но и полков с отдельными батальонами. Артиллерию узнавал по своеобразным значкам, в которой каждый узнает пушку.
И посмотрев на силы противника, не менее тщательно начертанные на карте, немного удивился — Евгений Иванович не ожидал, что от корейцев может быть такая польза в шпионаже, как ему доносили. Просто не верил, но сейчас убедился, что Линевич говорил правду. Хотя и армейская разведка тоже должна приносить немалую пользу — в каждом стрелковом полку две охотничьи команды — пешая и конная. В них набирают исключительно толковых солдат, грамотных, умеющих считать и писать. Денежное довольствие увеличено, и награды для них не жалеют — уже золотыми крестами награждать начали, так как храбрецы нижние две степени уже имеют.
— Передайте штабным мою благодарность — удивительно толковая карта, даже мне, моряку, все ясно.
Прибрежная часть со стороны Японского моря узка, поджата горами — на той стороне только две приличные бухты — Гензан и Порт Лазарев, и оба городка заняты прибывшими сводными батальонами, составившими гарнизоны. Возвели береговые батареи на деревянных основаниях — шестидюймовые орудия Кане живо отогнали японские канонерки. Любое наступление там невозможно — по горам могут пройти корейские и русские отряды и учинить разор, доставка грузов возможна только морем.
А вот западная часть, омываемая Желтым морем гораздо шире — до ста верст. Дорог, судя по карте мало, и все нехороши. Железнодорожную линию стали прокладывать недавно, и строительством занимаются японцы — тянут пути от Фузана до Сеула. По докладам им еще трудится года два, не меньше, а пока триста верст таскают грузы корейские кули на своих спинах, которых собирают силой, ибо бегут.
Короткий участок железной дороги от Чемульпо до Сеула работает вовсю — из Дальнего постоянно приходят пароходы с грузами для армии, да еще иностранные транспорты заходят достаточно часто — война рисковое занятие, но позволяет хорошо обогатиться. Тем паче риск сейчас минимальный — русские большие крейсера перетопили уйму японских пароходов, которые самураи вооружили, превратив во вспомогательные крейсера. Теперь проход и в Чемульпо и Дальний свободен — а вот собственно японские порты заметно опустели. Это о многом говорит — морская блокада, пусть слабая и неполная, с эпизодическими набегами, свою роль играет. Но медленно, ох как медленно, но нужно терпение, чтобы дождаться подкреплений и вот тогда окончательно сокрушить «оборзевших азиатов», как порой приговаривает Андрей Андреевич. И вспомнив про Вирениуса, Алексеев заговорил: