Дураки умирают последними
– Ищем, где можно прибомбится. Как я вижу, домов пустующих тут полно, по крайней мере, выбор у нас есть, только жить здесь долго нельзя, слишком вредно для здоровья, – буркнул Алексей, ощущая першение в горле от пыли, витавшей в воздухе.
Когда они подошли ближе к строениям, сразу бросилось в глаза то, что издали было невидно: здания были припорошены толстым слоем кристаллической пыли и сажи, жить в таких условиях было категорически нельзя, оттого люди, бросив свои дома, уехали отсюда.
– Экологическая катастрофа в чистом виде… – пропыхтел напарник, сплевывая попавшую на слизистую рта пыль. – Не хотелось бы здесь надолго задерживаться.
Ничего не ответив, Алексей пошел дальше и не останавливался, пока не прошел метров четыреста вглубь трущоб и, оглядевшись, заприметил несколько в стороне возвышающуюся над округой покосившуюся пожарную каланчу, она также была заброшена. Свернув на другую улицу, напарники прошли еще метров сто пятьдесят и оказались возле трухлявого деревянного забора. Отодвинув пару штакетин, они забрались во внутренний дворик и подошли к заколоченной массивной двери.
– Видать, давно плахи приколотили, трухлявые совсем… – оценивающе рассматривая дверь, проронил напарник и, чуть поднатужившись, сорвал два бруса и, отбросив в сторону, потянул дверь на себя. Дверь, пусть и не сразу, но открылась, заржавевшие петли не давали, но повозившись немного, они, приоткрыв ее, вошли внутрь. Внутри было темно и практически не было пыли, хотя паутины имелось несметное количество, пришлось вернуться взять один из брусков и смахивать паутину, чтобы подняться по винтовой лестнице. Несмотря на то, что лестница внешне казалась ветхой, на самом деле она была крепкой, и первоначальная настороженность сразу испарилась, как только это стало понятно, и они поднялись наверх. Оказавшись на верхней площадке, они остановились рядом с закрытой на деревянный засов дверью.
Откинув засов, они вышли на смотровую площадку, возвышающуюся над окружающими постройками, где-то метров на пятнадцать и осмотрелись. Даже с первого взгляда было ясно, что весь этот район был покинут людьми, разве что в некоторых очагах все еще теплилась жизнь, один из таких очагов был совсем рядом, в каких-то трехстах метрах от наблюдательной вышки. Это была довольно большая автобаза, где стояли, по крайней мере, пятьдесят огромных грузовиков и даже несколько пассажирских двухэтажных автобусов, причем, что характерно, бронированных. Внимательно приглядевшись, они поняли: там, на автобазе царила суматоха…
– Похоже, они эвакуируются отсюда, – сделал предположение Иван и многозначительно посмотрел на своего напарника.
– Это наш шанс отсюда свалить не на своих двоих, а на неплохом транспорте, – проговорил Алексей и, махнув рукой, подхватил рюкзак с баулом и направился вниз, а за ним следом, осторожно ступая по ступенькам, пошел и напарник. Покинув башню, они прошли дальше по улице и оказались возле огромных распашных ворот большой автобазы и, постояв несколько мгновений, вошли внутрь. Мимо пробегавший парень, увидев их, резко остановился и, оглядев напарников, громко, практически срываясь на крик, задал вопрос:
– Вы кто такие, новенькие или на работу пришли устраиваться?!
– На работу хотим устроиться, – моментально среагировав, отозвался Алексей, рассматривая царившую суету на автобазе.
– У нас только вакансии кочегаров есть. Если согласны, считай, что вас взяли с этой минуты на работу. Оплата стандартная: один гульден в сутки плюс доплаты десять центов за рейд, ну а если случится налет и мы отобьемся, полагается премия в пять гульденов.
– Нас условия устраивают, – сделав шаг вперед, ответил Иван, краем глаза взглянув на напарника.
– Тогда живо в бронетранспортер охранения под номером два, он там за гаражным ангаром стоит, скажете, мастер Аллерт распорядился.
Высказавшись, мастер с места бросился бежать, кому-то указывая жестами, что им делать. Переглянувшись друг с другом, они, проводив взглядом Аллерта, обошли гаражный ангар и увидели два здоровенных грузовика, переделанных в бронетранспортеры. Они были огромны, как карьерные БЕЛАЗы, обвешаны броневыми плитами и имели четыре пулеметные башни и одну пушечную. Второй броневик ничем от первого не отличался, разве что на нем не было установлено артиллерийское орудие.
– Тут что, война намечается? – удивленно рассматривая вооруженные махины, шепотом поинтересовался Иван, и, помолчав несколько мгновений, задал следующий вопрос:
– Интересно, куда хоть колонна эта пойдет?
– Нам, в сущности, без разницы, лишь бы освоиться, но на войну идти, нам точно нет никакого резона, тем более это чужая войнушка. Сейчас, правда, у нас с тобой выбора нет, так что идем…
Они подошли ко второму броневику и увидели мужчину средних лет в черной кожаной куртке и огромной кобурой на поясе, который отдавал распоряжения шныряющим туда-сюда людям. Кто-то тащил ящики, другие катили бочки, а кто-то копался в силовой установке довольно необычной конструкции. Подойдя к этому человеку, Алексей кашлянул, обращая на себя внимание, и не ошибся. Человек в черной кожанке обернулся и, хмуро оглядев напарников, неожиданно по-военному гаркнул:
– Кто такие?!
– Нас мастер Аллерт к вам направил кочегарами на второй бронетранспортер, – четко отрапортовал Алексей, в один момент ощутив, что именно так к этому человеку и следует обращаться.
– Как звать вас?
– Лексий и Вин.
– Да, парни, кочегары нам требуются, желающих поработать на машинах прикрытия мало, а в последнее время так и вообще не найти, так что вы очень кстати. Работали кочегарами на грузовиках?
– Нет, но мы знакомы с паровыми машинами, такими как транспортерные ленты, пресса и силовые установки подъемников, – таким же четким голосом ответил Алексей, опасаясь, как бы их не отфутболили, но и врать не хотелось тоже.
– Тогда разберетесь быстро, меня, кстати, называйте лейтенант Желлот. Живо внутрь бронника идите и передайте старшему механику Алексу, пусть вам все покажет, как работать с пеллетами и паровой топкой. Да поживее там осваивайтесь, где-то через час выезжаем, задерживаться в Бурове не стоит, возможна атака гальзейцев на город, и тогда мы тут все застрянем надолго. Слишком напряженная обстановка на границе, того и гляди, самая настоящая война начнется, а не те стычки, которые происходят у нас с завидной регулярностью, – хмуро проронил лейтенант и, резко развернувшись, скорым шагом удалился, скрывшись за углом.
– Ну что, пошли, что ли?
– Пошли, хотя сдается мне, зря мы сюда приперлись, – нехотя буркнул Иван, хотя и понимал безальтернативность найма кочегаром. Подойдя к броневику, они поднялись по приставной лестнице и забрались внутрь. Оглядевшись, Алексей громко задал вопрос:
– Где мы можем найти старшего механика Алекса?
– Ну, я старший мастер, что вам от меня надо? – отозвался хмурый тип, скручивающий какие-то трубы, идущие от трансмиссии.
– Мы кочегары, нас послал к вам лейтенант Желлот, он сказал, вы нам покажете, как обращаться с паровой топкой и топливными пеллетами.
– Ну, наконец-то, хоть кто-то нашелся, я уж думал, и не сыскать никого. Проходите, сейчас я освобожусь и покажу ваше рабочее место, патрубок докручу и займусь вами, вроде вы не тупы как пробковое дерево, вижу, справитесь, – улыбнувшись одними губами, проронил мастер и умолк. Минут через десять он, сделав свою работу, жестом позвал за собой напарников и, указав на двухэтажную койку, распорядился оставить личные вещи и следовать за ним дальше.
Оказавшись в двигательном отсеке, старший мастер бегло описал, что здесь и как работает, после чего провел их дальше в отдельный отсек, где и была паровая топка, питающая паром двигатель огромной бронемашины. Здесь же находились стеллажи с тяжелыми паллетами, каждый такой паллет весил под сотню килограммов, и вставлять его в топку требовалось каждые пять часов для поддержания определенного парового давления, отмеченного на манометре.
– Если одну топливную пеллету мы будем вставлять в котел один раз в пять часов, то что мы будем делать все это время? – в глубокой задумчивости поинтересовался Алексей, его смущало, что за такую несложную работу хорошо платили, но желающих по каким-то причинам особо не находилось.