Двенадцатый рыцарь (ЛП)
Но не раньше, чем он поцелует меня через окно в последний раз, и я подумаю: «Ладно, мам».
Ладно, может быть, ты была чуть-чуть права.
Джек
— Черт, меня убили, — хмурится Курио, когда его рыцарь (которого я, имея некий опыт, посоветовал ему не называть своим именем) получает удар в грудь посохом мага. — Черт, это было жестоко.
— Я же тебе говорил, — вздыхаю я, — если бы ты просто кликнул мышью, чтобы увернуться…
— Ты нихрена мне не сказал, Орсино…
Подняв взгляд, я замечаю, как Ви наблюдает за мной с ее обычного места за лабораторным столом. Я подмигиваю, и она издали тихий вздох, хотя я все равно замечаю на ее губах легкую улыбку.
— Удивительно, что это не запрещено на школьных компьютерах, — комментирует Курио будничным тоном, не подозревая, что с момента, как я поцеловал Ви Рейес два дня назад, вся Вселенная изменилась. — Значит, Твиттер заблокирован, но в игры можно играть сколько угодно?
— Ну, это познавательно, — отвечаю я. — Практически введение в компьютерные науки.
— Ты же знаешь, что у нас есть курс по компьютерным наукам, да?
— Что, серьезно? — Черт, наверное, мне стоило внимательнее выбирать факультативы. — Впрочем, это ведь не ракетостроение, Курио.
— Может, для тебя и нет. — Он вытягивает ноги и поворачивается ко мне. — Но это не совсем то, о чем я говорил.
— Ты же сказал, что хочешь отвлечься от всего. — Он поймал меня на пути в комнату для совета, где я работал над нашими турнирными плакатами. — И, кстати, — добавляю я, указывая на его аватар, возвращающийся в Камелот, — я не могу позволить тебе позорить меня на турнире.
— Я точно опозорюсь, — уверяет Курио, — но если это ради благой цели…
— Ради моего эго? Определенно.
Он смеется:
— Приятно видеть, что ты немного расслабился. Я так понимаю, ты уладил вопрос с Иллирией?
Издалека я замечаю, что Ви перестала лихорадочно щелкать клавиатурой ноутбука.
— Честно? Пока нет. — Я стараюсь говорить бодрым тоном, что оказывается даже проще, чем я ожидал. — Но посмотрим, что они мне ответят.
— Что ты им написал?
— Правду. — Я хочу, чтобы это звучало спокойно, хотя на самом деле чувствую себя не так. В ответе я написал, что реабилитация идет неплохо, но прогресс все еще медленный, и я не уверен, что буду готов к плей-офф. Я приложил письмо от Эрика и доктора Барнса, в котором говорится, что я, вероятно, смогу вернуться в форму через восемнадцать месяцев. Добавил, что если этот срок слишком долгий для них, что ж, я понимаю и желаю им удачи.
«Иллирия — моя мечта», — написал я. — «Это не изменилось, но я понял, что не могу давать обещаний в отношении того, что не могу контролировать. Я буду придерживаться плана тренировок, назначенного моими врачами, и продолжу проходить курс физиотерапии с такой же самоотдачей, с которой я выступал в течение четырех сезонов в команде Мессалины. Я могу обещать лишь, что если Джек Орсино — тот игрок, который вам нужен, я останусь им и вернусь следующей осенью. Но если вы предпочитаете судить обо мне по состоянию колена или по рискам, связанным с ним, я пойму, если вы решите пойти в другом направлении».
Можно сказать, я дал им возможность от меня отказаться. Надеюсь, что они ей не воспользуются, но теперь эта мысль не кажется мне такой пугающей, как раньше.
— Хм, — говорит Курио. Не грубо, а скорее задумчиво. — Что ж, я здесь, c тобой. Если тебе это нужно.
— Возможно, мне понадобится твоя помощь. — Отец принял мое решение молча. Брат немного разозлился. Он поинтересовался, о чем я думаю, добавив, что в колледже на кону реальные деньги, реальные ставки, и дело тут вовсе не в том, чтобы быть бойскаутом95. Думаю, его гнев связан с тем, что он выбыл из гонки за участие в плей-офф NCAA и не попал в окончательный список кандидатов на участие в Heisman96. Но это все равно обидно. Больше, чем я думал.
Ник поддерживает меня, хотя сейчас он наконец-то освоился в колледже и теперь не так часто бывает дома. Он занят подготовкой к финальным экзаменам и пытается поступить на архитектурную программу, которая, как я понимаю, отнимает у него много времени. Он проводит в лаборатории дизайна больше часов, чем когда-либо проводил на поле — и это, возможно, даже к лучшему, потому что он говорит, что это его не утомляет. Напротив, все кажется новым и захватывающим.
Что касается Ви… Я даю ей передышку. Нет смысла заставлять ее жизнь вращаться вокруг моей — я усвоил этот урок с Оливией. Теперь я жду, пока она сама решит, чего хочет от всего этого, если вообще хочет. После того, как мы поцеловались, я отправил ей сообщение, что мяч на ее стороне, но она не ответила. Точнее, она написала вот что: спортивная метафора, серьезно?
С тех пор мы ходим кругами друг вокруг друга. Я подозреваю, что она находит предлоги оказаться рядом, но я хочу, чтобы она сделала это напрямую. И когда она будет готова сказать что-то важное, я буду здесь.
А пока могу сказать одно: за этот год я многое узнал о терпении.
— Хочешь сыграть еще? — спрашиваю Курио.
— Думаю, на сегодня я потерпел достаточно поражений. Давай посмотрим, как ты играешь. — Он встает из-за стола, меняясь со мной местами, и я вхожу в систему.
— Ты говорил, что на это тебя подсадил Валентайн?
— Ясное дело, и это то, что нужно, когда получаешь травму.
— Я буду иметь в виду. — Курио барабанит пальцами по сиденью. — Эй, просто чтобы ты знал, я не то чтобы… Я не в восторге от Волио.
— М-м? — Я почти не обращаю на это внимания.
— Волио и Оливия… Я просто… О, черт, это твой персонаж? У тебя шикарные драгоценности.
— Реликвии, — поправляю я. — И вообще, у Волио свои недостатки. — Если я что-то и понял об Оливии, так это то, что она не та дева, которую нужно спасать. Не знаю, как на нее повлияла дружба с Ви Рейес, но не думаю, что у нее возникнут проблемы с тем, чтобы его отшить.
— Конечно, но я просто… Ого, — говорит Курио, наклоняясь ближе к экрану. — И ты играешь всего пару месяцев?
— Ну, так, по чуть-чуть, — вру я, как будто не жертвовал сном ради этого квеста в Камелоте. Мы почти закончили — осталось всего два королевства, включая текущий крестовый поход за Святым Граалем. Я был удивлен, узнав, что это не финальная реликвия и даже не решение загадки так называемого Черного Рыцаря. Я спросил Цезарио, знает ли он, как на самом деле пройти игру, но он ответил, что нет, и это, по-видимому, большая тайна. Так что, кто знает, что произойдет, когда мы доберемся до Авалона.
— С кем ты играешь? — спрашивает Курио.
— М-м?
— Ну, ты играешь один или…?
— А. — Хм, как бы это объяснить. — Ну, вроде как, у меня есть напарник.
— Кто-то из знакомых?
Я замечаю, что Ви снова подслушивает, и мне хочется рассмеяться. И это при том, как она делает вид, что ей все равно…
— Эй, прости, только что вспомнил, что должен закончить кое-какое дело для Боуэна, — говорю я, закрывая ноутбук. — Не возражаешь, если мы отложим на другой раз?
— О да, конечно. Мне все равно уже пора. — Он закидывает рюкзак на плечо и отдает мне честь. — Увидимся на тренировке?
— Ты же знаешь.
Когда он уходит, я лениво направляюсь к Ви, сверлящей взглядом экран ноутбука.
— Занята? — спрашиваю я, останавливаясь позади ее стула. Если бы она хоть на дюйм откинулась назад, ее спина соприкоснулась бы с моей грудью, и чтобы она это поняла, я кладу руки по обе стороны спинки, делая вид, что это происходит случайно.
— Очевидно, — отвечает она.
— Это что? Реферат по английскому?
— М-м.
— Похоже, он уже закончен.
— Ну, — начинает она в своем саркастичном тоне, — для неопытного взгляда…
Я наклоняюсь ближе, делая вид, что еще раз внимательно просматриваю работу, мой подбородок касается линии ее плеча. Она так резко втягивает воздух, что сама себя пугается.
— Нервничаешь? — шепчу на ухо, и она толкает меня локтем.
— И все это только для того, чтобы не признаваться в своей тайной геймерской жизни? — бормочет она, заставляя меня скрутиться от смеха и — что иронично — обнять ее крепче.