"Фантастика 2025-1". Книги 1-30 (СИ)

И, правда. О спорт, ты — мир!
* * *
— … директриса уже в курсе. Но сегодня выходной, решили тебе кости помыть уже завтра. Да и в отъезде, вроде, она.
Сидим, молчим. Как и ожидал, я увидел Алинку около импровизированного стадиончика, вернее, простого кочковатого футбольного поля.
Одна пришла. Прикид прошлый, но явно блузку поменяла с прошлого раза, а всё остальное, включая причёску, у моей собеседницы осталось прежним.
Не пойму, рада она за меня, или осуждает за что-то.
— Из полиции ей названивали, насчёт тебя спрашивали. Но заяв в ментовке нет, так что просто участковый интересовался, что произошло вчера вечером. — Опять взяла паузу в разговоре девонька, да и я сам, кроме как привет, и рта не раскрыл. — Говорят, ночью, к тебе сам Угрюмый заглядывал? — задаёт она непонятный мне вопрос.
— Какой ещё, угрюмый? — не понимаю, о чём идёт речь.
— Смотрящий за районом, — тихо, почти шепотом, говорит Алинка. Потом впилась в моё лицо взглядом. — С чего тебе такая честь?
Я же хмыкнул, поняв, наконец, о ком идёт речь.
Да, права подруга, дело явно не во мне, а в фигуре побратима Александра Даниловича, Владлене. Если бы и прислали кого на разборки, то пару «торпед» с шестёркой во главе. А тут, оказывается, парень привёл местную знаменитость со мной разбираться по понятиям. И сам присутствовал, не давая возможности беспредел учинить. Да и косяков то с моей стороны, если посмотреть по-честному, и не было. Ничем Владлен не рисковал, впрягаясь за меня, оттого и к тяжёлой артиллерии сразу в разборках прибег. Привлёк, так сказать, самые серьёзные аргументы.
Вот же, гадство, и суток в детдоме не провёл, а уже в такие серьёзные разборки умудрился вляпаться.
— С шанхая ребята звонили. Можешь теперь, хоть ночью ходить там, никто не тронет. Этих очень не любили местные. Барыги — не только дурь толкали среди шпаны, но и беспредельничали. У меня знакомых много. А про вчерашнее происшествие быстро информация распространилась. Что и говорить — телефоны, интернет, вацап. Фотки, говорят, уже на ютубе висят, и просмотров несколько тысяч. Причём, кто-то и прокомментировал произошедшее, но твоего имени там не прозвучало. Просто представили, как криминальные разборки в Комсомольске.
Я же в душе костерю себя. Вот, блин, прославился, так прославился!
Смешок со стороны подруги.
— Девчонки уже забиваться на тебя начинают, кому из них ты в качестве их парня-трофея достанешься. Причем, не только «оторви и выбрось» отличились, но и вполне приличные девахи.
— Контингент? — усмехаясь, уточняю я.
— На год младше и старше, вплоть до выпускных классов.
Понятно.
При деньгах, за сутки прославиться успел — нагнул местных деловых, хотя самого чуть не убили. Теперь ещё и погонялы мне кинули крутые, причём знают, что это не моя личная подвижка. Принц да Спецназёр с Терминатором — понятно, отчего у девчонок крышу сносит, да и сам я не урод, несмотря на мою жирную физиономию. Мордахой вышел сынок в меня и в мамашу свою, вобрав от нас с ней всё самое лучшее. А с телом мы решим, уже решаем.
— Есть предложения и насчёт переспать, — тихо продолжает Алинка.
— Уже? — изумляюсь я.
Девчонка пожимает плечами.
— Деньги всем нужны, — отвечает она. — А тут, ноги развела — тысячу получила… за ночь, — поправилась она.
Я вопросительно смотрю на неё.
— Я уже говорила тебе, я не по этой части. Тут любительниц так заработать, и без меня хватает. Кстати, спасибо за плату по уборке. Все, кто участвовал рады, да и те, кто живёт с вами в старом здании. Есть ещё задумки?
Вот вроде интересуется, но явно, другое гложет что-то.
— Что у тебя случилось, Алинка? — спрашиваю я её прямо.
Она вздыхает.
— Ты случился. Парень, которому ты обе ноги перебил, — замолкает… — в общем, мы с ним раньше встречались. До серьёзного не дошло, а потом его на наркоту подсадили дружки. В общем, разбежались. А тут узнаю, что ты его… помял.
Я же, вспомнив этого первого, несогласного раздеваться…
— Не брал бы биту в руки и не курил всякую гадость, целым бы остался.
  
Оправдываться я точно не собирался, даже перед Алинкой, хотя эта простая девчонка с немного раскосыми глазами, мне всё больше и больше нравилась.
— Он первым из всех на меня с битой кинулся, а потом, — вздыхаю, — в качестве профилактики, по второй ноге получил.
Алинка кивает.
— Я понимаю, но как он теперь жить то будет? А если не сможет выздороветь, после твоих поучений и наказаний?
Вот же женская логика в действии. Эти уроды меня чуть ли не убили, а теперь их, а не меня жалеют.
Начинаю раздражаться.
— Алина, в чём я-то виноват? Этот твой бывший ухажёр, если работал, будет на больничном, нет, так бухать и наркоту принимать меньше будет.
— Почему меньше? — не понимает подруга.
— А на что? Как я понял, они с местных деньгу трясли. А теперь у них, увы, больничный. Только на костылях на паперть у церкви на первак прорываться.
— Зачем? — не понимает меня Алинка.
— Милостыню у прихожан просить. — Разъясняю я.
Она переводит на меня задумчивый взгляд.
— Злой ты! — вздыхает глубоко.
Поднимается.
— Пошла я.
Двусмысленно звучит, а я, глядя вслед удаляющейся стройной девичьей фигурке, тихо произношу себе под нос:
— Будешь тут злым!
С час покачался на импровизированных спортивных снарядах местной сборки. Забил руки, пресс болит, и турник сломался. Под моим весом сварка не выдержала нагрузки, планка с одного места оторвалась. Надо организовать починку, а к кому обращаться? Пожалуй, опять к Алинке, больше то не к кому, но не сегодня. Пускай отойдёт после нашего с ней разговора.
Опять едва не уработался, хорошо Серёга отзвонился, напомнил о футболе.
Мне и самому интересно посмотреть на местное развлекалово, да и, по-честному, и заняться то больше нечем. Стадион меня сильно заинтересовал с первого осмотра, когда с Васильевичем экскурсией ходили по интернату, а теперь надо лично с ним знакомство свести и осмотреть его изнутри.
Возвращаемся.
Когда проходил мимо места вчерашней бойни, в душе шевельнулось облегчение. Главное, никого не убил. Ведь вспышку ярости я вчера реально схватил. Вот тогда точно были бы настоящие проблемы!
У крыльца здания интерната меня дожидался Серёга, с каким-то пацаном.
Поздоровался, познакомился.
Васян какой-то. Явно из местных народов, населяющих берег Амура. Невысокий. Молчаливый. Улыбка на лице блуждающая. Одет в шорты и тапки китайские. Майка с логотипом какого-то иностранного футбольного клуба. Я в этом не очень то разбираюсь.
Втроём поплелись на стадион. Я еле ковыляю, и по сравнению со мной, Серж и вовсе живчиком выглядит.
— … весь интернат кипит по поводу твоей вчерашней драки и её результата. — Докладывает последние новости, пока мы идем, Серёга. — Дэсу ищут. Он не ночевал сегодня со своими дружками. Волк, а к нему присоединилось большинство из старшеклассников, хотят отмутузить бывшего заправилу. Смена власти в действии. — Делает вывод Серёга.
Я, соглашаясь, киваю.
Есть такое ощущение. Как говорится, кому война, а кому мать родная. Вот и местные решили, на конфузе бывших заправил, поменять ориентиры. Волк — спортсмен и, вроде как, к наркоте не прикасался никогда, а тут и шанхайские присоединились, те из них, кто в нашей школе учится. В общем, переворот во власти.
— … но думаю, Дэса так просто не сдастся. Хитрый он.
— Не хитрый, а хитрожопый! — поправляет его, до этого всю дорогу молчавший, Васян.
— Пусть так, — легко соглашается, раздухарившийся Серёга, — но за Дэсой, Илюха стоит, и он его не бросит. Дэса у него в команде на позиции форварда и удар у него с левой ноги просто убийственный.
— И такой же неточный! — смеётся Вася.
— Но если попал, то попал! — голосом выделяет последнее слово Серый, и уже мне принялся объяснять свои доводы. — За Илюхой — его отец. А он у местных в авторитете, мало, что бизнесмен. Так что Дэсу не сдадут Волку и остальным на растерзание, пока тот в его команде играет. Ну, это я так думаю. А в интернате директриса бы слово замолвила. Он у неё приближённым был. Кого надо поприжать, да и несогласных образумить. Но теперь и директора поменяли, так что, всё может произойти. Главное — Серж переводит на меня взгляд, — к нам эта шваль цепляться не будет, хотя подлянок всяких и подстав подкинуть вполне сможет.