"Фантастика 2025-1". Книги 1-30 (СИ)
У меня уже темнело в глазах и горчило во рту, а монашек тараторил, как заведенный, словно заранее написал и отрепетировал речь и теперь выдавал ее, перескакивая с одного на другое и разворачивая перед слушателями эмоциональную картину торжества православия. Иоанн Златоуст, прости, Господи…
— Идти за Камень! — вещал проклятый инок, — Тохтамышев улус крестить, до царства пресвитера Иоанна досягнуть и дале нести слово Божие в Чинскую страну и Китай! Силян-остров [37]…
Но тут, пошатываясь, я шагнул в сторону и плюхнулся на лавку:
— Как звать-то тебя, отче?
Монашек, перебитый на середине тирады вздрогнул, обвел палату ошалевшим взглядом, словно возвращаясь из транса, и с поклоном сообщил:
— В постриге брат Амфилохий.
А Никула добавил:
— Глуздырь Окаянный, во святом крещении Кондрат, с нижегородского посада…
Сил хватило только на то, чтобы махнуть в сторону двери:
— Ступай…
Монашек дернулся было собрать карту, но рынды, угадав мое состояние, уже подхватили его под локотки и вынесли в передние сени.
Часы Лазаря дважды отбили четверти, прежде чем мы проржались.
— Юрод, — тонко стонал в углу Феофан.
— Уморил, краснобай языкастый, — вытирал слезы Никула.
— Чертеж сберечь, — вот хрен я кому такое сокровище отдам, — монашка в Пермскую епархию, на покаяние, пусть там язычников крестит, узнает, каково на деле. Ох, Чинская страна, Силян-остров…
Книжники хрюкнули, но таки нашли в себе силы продолжить наши высокоученые занятия, хоть и не сразу. Пришлось затребовать умывальные кувшин, таз и полотенце, дабы привести себя в порядок.
— О прошлом годе, как кесарь Жигмонт [38] помер, — размеренно заговорил Феофан, — корону Венгрии, Германии и Чехии унаследовал Альбрехт из рода Габсбургов….
О, знакомая фамилия!
— Оный Альбрехт таборитов чешских под горой, Синаем именуемой, разбил и вождя их, Ивана Рогача, до Праги привезя, лютой смертью казнил.
— То мне ведомо, и что латиняне гуситов преследуют, тоже — людишки оттуда к нам бегут и бегут, не убоясь замятней в Польше и Литве.
Там, как Дима Ягайлу на ноль помножил, шла непрерывная склока — у литвина остались только несовершеннолетние наследники, к тому же, они не имели кровного родства с древней династией Пястов. А вот Земовит Равский как раз из мазовецкой линии Пястов и происходил — ну чем не король? Фридрих Бранденбургский тоже неплох, тем более он, будучи женихом Ягайловой дочки, десять лет прожил в Польше и стал вполне «своим». Короче, там вопрос престолонаследия потихоньку скатывался к гражданской войне. Глядишь, и мы чего в этой мутной воде выловим.
— Вы, отцы, о дальних странах обещались. Давайте посолонь, с восхода начнем.
Никодим просмотрел вощаницы, выбрал одну:
— В далекой империи Мин, что в Чинской стра…
Мы с трудом подавили рвущиеся наружу смешки.
— Ох… прости, Господи, нас грешных… сменился император. Его повелением столица перенесена в Канбалык, ныне именуемый Бейпин и там Пурпурный Запретный город построен. Град сей чуден — дороги золотыми кирпичами мощены, а дома печей не имеют…
Ну, насчет «золотых кирпичей» наверняка привирают, не помню такого в Запретном городе, там даже здоровенные чугунные котлы, некогда позолоченные, ободрали в ходе японских, гражданских и бог весть еще каких войн. А так-то ханьцы в своем стиле — громадный комплекс, ров шириной метров пятьдесят, стена, ворота, за ними прудики, садики, сотни зданий, перетекающие один в другой дворы, нигде ничего похожего не видел.
А вот печи да, там нечто вроде «теплых полов» устроено. У китайцев ныне на диво хорошо с технологиями, вот бы до них добраться… но туда как до Пекина раком. Впрочем, почему «как»? Именно что до Пекина и даже трудней, чем на карачках ползти.
— Темир-Аксакову державу с Чагадаем, Хорусаном, Голустаном, Ширасом и Синей Ордой после большой замятни сыновья и внуки поделили, в Хорусане сел сын Железного Хромца Шарух, в Саморхийской земле оного Шаруха сын Улубий.
Так. Ну про Тамерлана я малость знаю и получается, что в Самарканде ныне сидит сам Угугбек. И вокруг него должна быть куча ученых.
— Оный Улубий звездочетство превыше дел правления любит и каждый день на небо по многу часов смотрит.
Точно, он самый. Помню, рассказывали про его медресе — чисто университет. Астрономы, математики и прочий научный люд. Интересно, наша «персидская экспедиция» туда доберется? И сможет ли чего выцарапать?
— От тех занятий книгу составил, в коей более тысячи звезд описал и каждой место на небе указал.
Дальше мне рассказали про неведомого царя Абулкара, что кочует от Урала до Балхаша и от Арала до Тобола с ордой узбеков. Хм… у меня были несколько иные представления о том, где живут узбеки… Хотя за шестьсот лет кочевники могли сколько раз переместится.
— В стране Мисюр Барсбей-салтан умер…
Страна Мисюр, она же Миср, это у нас Египет. Правят там некие Буржиты, владеют не только Египтом, но и Кипр подчинили, и Киликию, откуда пришлось армянскому католикосу, коего книжники мои именовали патриархом, переезжать обратно в Эчмиадзин.
Стоило только помянуть неправославную христианскую церковь, как Никула и Феофан скатились в догматические дебри, пытаясь втолковать мне, чем отличаются диафизиты от миафизитов, и все вместе от монофизитов. Чудны дела твои, Господи — на что верующие силы расходуют. Христиане же и слава Вседержителю, какая разница, кто как крестится и считает ли Иисуса богом, человеком, богом и человеком или богочеловеком.
Пришлось сделать вид, что я все заумные пояснения понял и вернуть лекторов к теме, точнее, к сыгравшему в ящик султану. Или нет, не в ящик, он же в Египте, Хургада и Шарм-эль-Шейх и прочий дайвинг — значит, склеил ласты. Но интереснее, что покойный не был нравственным человеком. Все свои силы этот хитрозадый самозванец положил на то, чтобы жить за счет купеческого сообщества. Например, он запрещал торговать с привезшими пряности индусами, а когда те уже не знали, куда сбыть товар — не везти же обратно, — милостиво соглашался выкупить все за копейки. А после отбытия осчастливленных купцов и оставшись единственным обладателем ходового товара, впаривал его венецианцам по заоблачным ценам. Капитализмом это назвать трудно, чистая монополистическая спекуляция, но метода интересная, надо подумать, куда ее употребить. Своих разувать жалко, а вот Ганзу какую… Но теперь я понимаю, чего колумбы кинулись Индию искать на западе, при такой-то конъюнктуре любые затраты на экспедицию отобьются почти мгновенно.
Вот интересно, не будь египетские султаны такими жадными, случились бы Великие географические открытия?
Почти одновременно с моими мыслями до морей и Европы добрался и Никула. В Средиземноморье, оказывается, уже вовсю резвятся ливийские пираты, у фрязей-итальянцев бушуют войны между городами-государствами и морскими республиками.
— В стране же франков после большой замятни арманяки и бургунцы замирились…
Арманьяк… Бургундия… что-то знакомое по прежней жизни. Коньяк бы еще добавить с Шампанью.
— Круль тамошний аглицких немцев теснит и столицу свою, град Парижский, занял.
Я прервал изложение:
— У брата моего Дмитрия начальным человеком служит фландрский немец Ивашка Ванвермер.
Никула с Феофаном привычно взялись за стилусы и таблички, записывать.
— Оный Ивашка в той войне арманьяков с бургунцами ратился и многие подробности знает. Посему Ивашку спытать и записать, что раскажет, в особенности про ведьму Йогану [39]. И прочих иных земель людишек, кто к нам прибился, расспрашивать и записывать.
Гуманитарии мои повеление зафиксировали и собрались было продолжить, но у меня еще дел выше крыши.
— Хватит на сегодня. Что по обителям у Студеного моря?
— Игумен Сила с Валаама-острова отписал, что трудами братьев Зосимы и Германа обитель на Соловецком острове основана, кельи срублены и церковь Преображения Господня освящена. Евфимий Новгородский игуменом им брата Павла поставил, ныне там два десятка иноков обретается…