"Фантастика 2025-1". Книги 1-30 (СИ)
– Тогда сварганим что-нибудь простенькое. Они все-таки учащиеся академии, а змеи у нас наперечет. Сделай общий знак, дальше я.
– Какой еще общий знак? – я наклонилась к плечу, чтобы никто не заметил, как двигаются мои губы.
– Да просто раскинь руки. Или вообще делай что угодно. Ирис, это мы с тобой здесь эйр – пусть все остальные напрягаются, а мы можем даже вздремнуть.
Вдохнула, развела открытые ладони в стороны. Сат зашелестел короткими заклинаниями, которые не повторялись, но точно наслаивались друг на друга. Я хотела подняться на ноги, но мое тело без усилий переместилось в вертикальное положение, а потом и подлетело немного вверх, зависнув невысоко над полом.
– Что?.. – Малор вскрикнул, обернувшись первым.
Не знаю, что именно пытался сотворить Сат, но я сама без труда представляла, насколько жутко выглядел мой образ: я висела в пространстве с раскинутыми руками, губы растягивались в торжествующей улыбке, коса расплелась, а волосы взметнулись, развеваясь вокруг рыжим облаком. От обилия колдовства воздух рядом закипел, деревянные стеллажи со всех сторон пугливо задребезжали. С пола поднималась пыль – ее словно тянуло вверх невидимыми вихрями. Невероятное ощущение могущества разогрело кровь, даже рассмеяться захотелось – и непременно злодейским смехом. Посмотрела на того, что стоял с краю, – и бедолага с воплем полетел прямо в стену. Следом за ним туда же отправился Андай, но грохнулся не рядом, а непосредственно в приятеля. Они же змеи – вот и пусть шмякаются о стены клубками, им так привычнее.
– Как она это делает?! – заверещал кто-то отчаянно за моей спиной.
Я даже оборачиваться не стала – просто показала пальцем, куда ему лететь со своими бесценными вопросами. Те, кто пытался выставить магический щит, получал дважды: сначала мордой об стену, потом и собственным щитом. Эту веселую теломешалку можно было перебирать бесконечно. Откуда-то из общей кучи завопил Малор:
– Что она такое?! Андай, почему ты не предупредил?!
– Я сам не знал, честное слово! – этот жалкий неудачник даже в такой момент перед ними оправдывался. – Не знал, клянусь Святой Прародительницей!
Скривившись, я вежливо попросила:
– Заткнитесь, а. Много шума.
Сат хмыкнул, выдал что-то знакомое – после чего змеи замычали, в ужасе тараща глаза, но не в силах больше выкрикнуть ни слова. Я подплыла по воздуху к настенной шевелящейся каше, склонила голову набок, наслаждаясь зрелищем, а потом решила сказать:
– Парализовать весь ваш корпус – для меня плевое дело. При чем тут ректор?
Заклинание Сат ослабил, потому маги теперь падали вниз. Один отполз подальше и повернул ко мне белое лицо. Он мог пока только открывать рот, а не говорить, но я угадала вопрос по вытаращенным глазам и движению губ:
– Он не был виноват?
С этим откровением мы их и оставили. Пусть будет главным наказанием: узнать, что они убили своего любимого преподавателя без единой на то причины. Совесть загрызет. А бессовестные вспомнят, как в империи казнят за такое преступление. Приятных им кошмаров.
Я не боялась, что за мной бросятся вдогонку. Ничего они мне не сделают – теперь даже близко не осмелятся подойти. И косо глянуть на одну из моих девчонок поостерегутся. Да, это далеко не ведьмовская магия, но я была очень довольна результатом.
– Понравилось? – спросил Сат уже на подходе к нашему корпусу. – Ирис, тебе понравилось, когда твои проблемы кто-то может решить щелчком пальцев? Заметила, что если некий мужчина раз в сто лет отводит от тебя неприятность, то от этого сама ты не становишься слабее?
Я промолчала, ведь ответа у меня не было. И больше Сат этот вопрос не повторял.
Глава 7
Я, потенциально сильнейшая студентка первого курса, завалила экзамен декану Злотке, на что грубоватая ведьма назвала меня «высокомерной баранихой, которая считала, что ей-то готовиться не нужно». На ее резкость я, как обычно, не обратила внимания, иных причин для расстройства хватало. В самом начале допустила мелкую ошибку, из-за нее вспомнила о неудаче на последней практике, от этого сильно разволновалась – и вот результат: даже не поняла, что сделала не так в приготовлении отвара. Трех отваров, если кому-то приспичит посчитать. Да-да, я перепутала составы во всех попытках – и больше шансов преподавательница мне выдать не могла, хотя, судя по первой реакции, сама очень удивилась.
Ошибку я списала на свое состояние, поскольку нормально выспалась и Сат мне готовиться не мешал. Но ведь я действительно ходила расклеившаяся и невнимательная, а в ведьмовском деле малейшая неточность оборачивается полным провалом – то есть отсутствием какого-либо эффекта. Теперь же у меня стало на один повод больше для упаднического настроения, поэтому я пропустила обед, забралась на чердак нашего корпуса и лениво рассматривала сверху прохожих, ни о чем не думая.
В одиночестве мне побыть было не суждено – и так, боюсь, продолжится до конца времен.
– Ирис, да ладно тебе тухнуть, – попытался утешить Сат. – Пересдашь.
– Пересдам, – уныло согласилась я. – Или не пересдам. Какая уже разница? К матери из-за этого на каникулах съездить не смогу, стипендии лишат, декан Злотка до диплома будет считать меня лентяйкой, поступившей лишь за счет таланта, который у нас стоит чуть меньше гроша… А так ничего, конечно.
– Стипендия? – он выбрал пункт, показавшийся ему самым простым. – Ирис, ты сейчас оказываешь эйру такую услугу, за которую никаких богатств не жалко. Не о стипендии думай, а обо всех столичных платьях красного оттенка.
– Ага, и когда ты расплатишься? – скептически скривилась я. – В кабинет ректора не попасть. Поедем в родовой замок, чтобы мне там голову снесла твоя же охрана за попытку проникновения?
Сат, по всей видимости, вообще о деньгах беспокоиться не умел:
– Терпеливо подождем, когда я самолично туда явлюсь. А до тех пор можно тратить твои одиннадцать золотых. Да-да, я считал.
Я б ему ответила как следует, но мое одиночество вдвоем было прервано – на чердак средь бела дня заявилась Валиса, подошла и молча уселась рядом, так же свесив ноги. О чем-то размышляла пару минут, а затем тихо выдала:
– Ты это… Из-за нас, что ли, так расстроилась, дубина ты стоеросовая? Но ежели что, мы тебя прощаем, чего уж там. Твой скотский характер потерпим, лекциями поделимся. Из наших Ларта тоже завалила, и еще четыре девчонки из соседних комнат. Ничего, пойдете этой туповатой толпой и закроете долг. Но им учеба пока трудно дается, а по тебе видно, что просто расквасилась, то есть вообще не проблема, если прекратишь ныть.
Я покосилась на старосту. Одногруппницы заметили, что со мной творится неладное, да и не им сомневаться в моих знаниях, вот и отнесли мой провал на счет нашей затянувшейся ссоры. Валиса не выдержала – прискакала свою из беды выручать. Странно, что сразу после экзамена в меня не вцепилась, на что я и обратила внимание:
– А при остальных ты постеснялась приличным человеком показаться, да?
К удивлению, она не стала спорить:
– Ну да. Я хочу выглядеть сильным лидером ковена, а не подтирательницей чужих соплей. Так что никому не рассказывай, а то со свету сживу!
Она уже много раз пыталась, да обломалась. У меня не было сил на пустую болтовню и даже благодарность, потому я отмахнулась:
– Не расскажу и не вернусь. Это не из-за вас – я вообще не считаю вашу обиду на меня чем-то серьезным. Ты просто гнешь свою линию, девчонки поддакивают, а мне лень с этим что-то делать.
Она пожала плечами, не собираясь уговаривать:
– Ну, как знаешь. Давай хоть книгу почитаем, под нее мы особенно воодушевленно ругаемся, а то от тебя уже скоро мертвечиной понесет – так хорошо выглядишь.
– Не хочу, Валиса, нет настроения.
Староста все еще настаивала:
– Так появится! Достаточно вспомнить, сколько раз нам этот учебник помогал, а ведь тогда мы могли из архива целую стопку вынести. Библиотекари бы и не хватились. Но кто-то же верещал ошпаренной кошкой: «Нельзя! Лучше недобрать, чем перебрать!».