"Фантастика 2025-2". Компиляция. Книги 1-26 (СИ)
С тех пор как Башню едва не взяли штурмом, авторитет слуг закона сильно упал. Конечно, это огромное преувеличение. Чтобы взять Башню, даже пользуясь эффектом неожиданности, нужна армия побольше и как минимум один боевой дирижабль, обстреливающий ее снаружи. Таков мой стратегический расчет, который я составлял некогда на досуге… Да, ради развлечения я составил планы штурма и обороны всех правительственных зданий Старкрара, включая тюрьму и башню КГМ. У меня странные развлечения, даже я это понимаю.
— Тан л’Мориа?
Дверь приоткрылась, и в нее лишь одним глазком заглянула прекрасная Аноис.
— Доброе… добрый… Что там сейчас?
— Вечер, тан л’Мориа. Поздний. Ночь.
— Я бы предложил вам войти, но здесь очень спертый воздух, и хотя я этого не ощущаю, если вы войдете, то он вам не понравится.
— Я все же рискну. — Она вошла, прошлась по ковру и заняла кресло напротив моего стола.
— Где вы взяли ключ?
— Попросила у Мелинды. Эта милая девушка не умеет говорить «нет», она такая застенчивая…
— Да, очень! — хохотнул я. — Особенно пока не снимет очки! Очень!
Она меня, конечно, не поняла, и от этого мне стало немного смешно.
— О чем вы думаете, тан л’Мориа?
— Я… Я думаю, что за все то время, что провел в своем маленьком добровольном изгнании, мне следовало бы напиться. Немного рома, быть может, помогло бы мне забыться…
— Почему же вы этого не сделали?
— Я почти не пью. И не курю. И не интересуюсь дурманами. Я скучный тан. Да, я тэнкрис. А тэнкрис всегда должен оставаться тэнкрисом. К тому же я какой-никакой л’Мориа, а л’Мориа не привыкли бежать от своих проблем. Костьми поляжем, долг исполнив лишь… Чем я могу служить вам, милая тани?
— Выйдите из кабинета.
— Не могу.
— Раздвиньте шторы и посмотрите на улицу.
— Не хочу. Я видел и дома, и снег, и набережную уже очень много раз.
— Сегодня был сильный снегопад. Красивый.
— Вы тоже цените красоту недружелюбной зимы, как и я.
— Она мне в диковинку. Тан л’Мориа, что с вами произошло?
Я потер кончик носа указательным пальцем, пытаясь отсрочить ответ и подобрать слова.
— Наверное, я жду чего-то.
— Простите?
— Я не знаю, что мне делать дальше, и давайте на этом остановимся.
— Вам трудно говорить?
— Мне трудно жаловаться. Легче умереть, чем позволить себе кому-то жаловаться на свои невзгоды. Я даже Себастине никогда не жалуюсь, а ведь она единственная, кому я могу доверять и кто никогда меня не осудит.
— Вы ведь никому, кроме нее, не верите?
— Отнюдь! Я верю Инчивалю, и еще десятку персон я верю относительно, но больше никому. Нельзя, сожрут ведь и не подавятся.
— А я верю вам, — вдруг сказала она, чем заставила меня удивленно вскинуть брови.
— Зачем вы мне верите? Я, конечно, постараюсь сделать все, чтобы это доверие оправдать, но от этого оно не кажется мне более обоснованным. Вы ведь совсем не знаете меня.
— Я по-настоящему не знаю никого в этом большом городе, тан л’Мориа, но только ваше имя было вышито на клочке ткани, который я сжимала в руках, и лишь оно послужило ориентиром, когда я умирала от ужаса, не зная, кто я, где я и что мне делать. Быть может, вы не добивались моего доверия и уважения, но я наделила вас ими по умолчанию, просто потому, что знаю — вы достойны подобного обращения не меньше прочих благородных танов. А может, и больше.
Я позволил себе подержать паузу, чтобы еще раз прослушать эти слова в своем уме. Поразительно, как же необычно и диковинно они звучат! Уважение и доверие к Пауку из Башни… На это может решиться либо безобидный дурак, либо полный безумец, а тани Аноис ни то ни другое. Просто потерянная душа без истории…
— Давайте завершим этот разговор.
— Тан л’Мориа, я согласна перестать терзать вас на сегодня, если вы пообещаете провести со мной день завтра.
Она обезоруживающе улыбнулась, сверкнув серебристыми глазами, в которых отразился свет настольной лампы.
— Тани Аноис, как вам идея сходить в музей?
— Хм, музей? Это…
— Занудно?
— Изящно, — улыбнулась она.
— Да, хотел бы я сказать, что запланировал этот поход заранее, но на самом деле я нашел билет в Старкрарский музей на столе одного… Одного человека, который уже не пойдет в музей, и тогда эта мелочь засела в моей голове. Это… заусенец. Так что завтра мы с вами пойдем и посмотрим на все те диковинки, которые прислал генерал Стаббс. Трофеи грабительского похода, разве не захватывающе? Тем паче, что скоро главные экспонаты будут перевезены в императорскую сокровищницу.
— Я с удовольствием пойду с вами в музей, тан л’Мориа, а затем, возможно, мы немного погуляем?
— И поедим.
— Вижу, в вас проснулся аппетит, тан л’Мориа.
— Подать поздний ужин, хозяин?
От такого внезапного появления моей горничной Аноис едва не вскрикнула, но удержала себя в руках.
— Спокойной ночи, мой тан.
— Спокойной.
Моя прекрасная гостья удалилась наверх, оставив нас наедине.
— Это ты ее подослала, да?
— Я не понимаю вас, хозяин. Скромная горничная не может распоряжаться действиями благородных танов.
— Но ты подговорила Мелинду, а она незаметно всучила ключ нашей милой гостье. Ты любишь манипулировать окружающими.
— Я не понимаю, о чем вы говорите, хозяин.
Она не сознается даже под пыткой.
— Но ты допустила ошибку, которую невозможно было предусмотреть. Она хотела спросить меня об истории семьи. О той ее части, о которой ни за что не станет говорить Алфина.
— Прошу прощения, хозяин.
— Молчи. Ступай лучше и подготовь мой выходной костюм, завтра я отправлюсь в Эрценвик и, возможно, проведу неплохой день в компании очаровательной тани.
— Можно задать вопрос, хозяин?
— Задавай.
— Я буду вас сопровождать?
— Будешь, куда уж я без тебя.
— Благодарю, хозяин.
Она поклонилась и прикрыла за собой дверь. Не прошло и минуты, как я пожалел о произошедшем. Со стороны могло показаться, что ничего не случилось, но в наших с Себастиной отношениях эта беседа явилась не чем иным, как ужасной бурей хозяйского недовольства. Мы с моей дракулиной настолько идеально сочетаемся друг с другом, что даже моя нахмуренная бровь может послужить для Себастины знаком тревоги и призывом к действию. Платой за такие идеальные отношения является вина. Себастина — единственное существо, обидев которое, я терзаюсь совестью и потом еще долго извожу себя. Моя Себастина, моя верная защитница.
Проснулся я разбитым, через силу оделся, но поданные на завтрак шоколадные блинчики с маслом и сиропом добавили энтузиазма. С некоторым удивлением заметил, что стоящая у двери Мелинда едва не приплясывает от радостного волнения. С другой стороны этой двери я услышал, как затихли шаги Луи, который прислушивается к происходящему в малой трапезной. Себастина невозмутима, как всегда, но даже Глэдстоун кажется слишком уж возбужденным. Он пытается укусить себя за тот огрызок, которым владеет вместо хвоста.
— Что происходит, Себастина?
— О чем вы, хозяин?
— Я чувствую, Мелинда и Луи находятся в весьма приподнятом настроении.
— Настроение слуг напрямую зависит от настроения хозяина. Если хозяин в печали, то и слуги погружаются во мрак, если хозяин радостен, то и слуги…
— Тогда можешь рассчитать Глэдстоуна, он так радостен, что я вновь погружаюсь в печаль. И вообще, он не оправдывает своего содержания.
— Хозяин шутит. Очень смешно.
Аноис спустилась к завтраку в белом выходном платье с высоким поясом и ниткой жемчуга на шее, скромно, элегантно, благородно. Она встала ни свет ни заря, чтобы завить свои восхитительные огненные кудри в пружинящую пышную прическу и выбрала серебряные серьги с огромными черными жемчужинами.
— Где вы взяли эти серьги, милая тани?
— Они были среди тех, которые Мелинда спустила с чердака. Я подумала, что две черные капли в сочетании с платьем и волосами…