"Фантастика 2025-2". Компиляция. Книги 1-26 (СИ)
Для Розы у него в запасе оказался откровенный разговор, снимавший с нее часть вины за трагедию, обрушившуюся на их семью.
— Мне еще в камере подельники из числа торговцев наркотиками намекнули, что в дальнейшем отказано в товаре, мол, клиенты теперь отвернутся, — негодовал Колен. — Ну да ничего, я с них возьму откупного.
Он погрозил кому-то неизвестному кулаком:
— Мне все оплатят эти проклятые «Грузовые перевозки Грасса».
Пьер еще более распалился:
— Иначе я сумею найти управу и на дона Луиса!
Угрожающий выкрик Пьера утонул в шуме уличной толпы. Но ему и это было уже совершенно безразлично. Набравшись решимости, он оттолкнул от себя жену и нырнул в туннель метро, собираясь посчитаться сейчас же с теми, кто поставил на нем крест.
Еще оставались деньги, чтобы добраться на подземке с их городской окраины до фешенебельного района, где горела неоновым светом вывеска источника всех его бед:
Офис фирмы «Грузовые перевозки Грасса».
Именно в одном из притонов этой самой организации, еще только приехав из Европы, он — безродный эмигрант окончательно «сел на иглу». Ради собственной дозы сначала другим продавал травку, затем — героин. А потом уже всей семьей вот так и жили на проценты от выручки.
— Ничего, вы мне заплатите, — всё повторял раз за разом сквозь стиснутые зубы, шептал обозленный Колен, подходя к знакомому зданию. — Отольются вам мои слезки по самому высокому счету!
И все же в социальном одиночестве, продираюсь сквозь оживленную людскую толпу, он был недолго.
Нашлось-таки, кому и здесь заинтересоваться безродным наркоманом, каких уже научились горожане определять безошибочно.
— Пьер, дружище! — послышался возглас из-за спины.
Оглянувшись, Колен с нарастающим чувством неприязни увидел как из распахнутой дверцы, припаркованной у тротуара машины, улыбается ему золотым оскалом вставленных зубов, латиноамериканский красавчик Мануэль Грилан.
Руки невольно сжались от ненависти в кулаки.
Однако тому и это было ни по чём.
— Ты куда такой сердитый? — поинтересовался он. — Нужно беречь нервные клетки, а то они ведь не восстанавливаются!
Потом, все с той же располагающей к радушному общению, широкой улыбкой пригласил к себе в салон:
— Садись в машину, дело есть!
— И у меня к тебе, Мануэль, тоже имеется серьезный разговор, — почти в тон благодушному Грилану ответил отверженный и готовый на все Пьер Колен. — Не забыл, кабальеро, нашей прошлой встречи? Решил вопрос о «золотом парашюте?»
Он на всякий случай снова напомнил свои прежние требования:
— Как я тебя просил — поговорил с боссом?
И опять принялся за старое.
— Теперь мне терять нечего! — как заведенный, произнес Пьер то, о чём только что думал, спеша на встречу к поставщику товара.
А тут самый настоящий утешительный ответ старому знакомому нашелся у Мануэля Грилана. Он и за словом в карман не полез, да еще и не подвел ожидания собеседника.
— Не переживай так сильно, дружище, все будет тип-топ, — успокоил его модник с коротко подстриженными усиками под хищно изогнутым, как у грифа, носом. — Твои условия полностью приняты.
Произнесенное уверенным в себе должником, оказалось полной неожиданностью для недавнего полного неудачника.
— Да ну? — от неожиданности даже несколько спала решительность с Пьера. — Неужели все мои требования будут удовлетворены?!
Впервые за последнюю неделю радостная улыбка осветила его худое лицо. Которая, впрочем, снова тут же сменилась гримасой недоверия.
— Ты не врешь? — попытался Пьер Колен успокоиться с помощью добрых новостей, полученных от того, от кого их уже никогда и не ждал.
И даже переспросил по поводу всего уже услышанного, только что от Грилана:
— Говоришь, что действительно фирма пошла навстречу. И мне со всей моей семьей поможет в лечении?
Недоверие как бы обидело собеседника.
— А как же! — вновь подтвердил Мануэль Грилан то, что от него и ждал обреченный на смерть наркоман. — Садись, дружище, поехали.
Тот повиновался приглашению.
Поглотив нового пассажира во вместительное чрево, роскошный автомобиль стремглав сорвался с места.
— Какой там у тебя адрес? — все еще широко и по-дружески улыбаясь, спросил у пассажира Мануэль.
Пьер ответил.
Хотя через минуту понял, что и до его слов шофер машины — верзила с бычьей шеей — вез их в нужном направлении.
— Берем твою семью и едем на загородную виллу дона Луиса, — между тем объяснил Грилан план дальнейших действий. — Там с вами будет полный расчет.
Он ласково глянул прямо в лицо будущего богача:
— Сразу же получишь и деньги, и авиабилеты до места назначения, где никто не будет знать о вашем семейном диагнозе.
И далее его слова были, как сладкая музыка, своим успокаивающим эффектом подействовавшая, на обрадованного Пьера Колена:
— Полетите туда, где будете жить, где станете работать дальше. Ведь теперь-то в нашем городе оставаться нельзя. Про вас слух пройдет и жить станет невыносимо. А на новом месте все уладится. Там заодно и подлечитесь.
— Конечно, теперь все обойдется, — повторил за ним, как заклинание излишне доверчивый Пьер Колен, словно забыв то время, когда уже бывало нечто подобное.
Тогда, когда вот так же безропотно он согласился пойти на роковую манифестацию с сокурсниками! После чего и началась у простого студента сплошная полоса неприятностей.
Круг замкнулся.
Глава десятая
…Школьная бессмысленная драка до глубины души потрясла все мальчишеское существо Алика Колена. Впрочем, это была даже не драка, а простое избиение его Биллом-Крокодилом.
Но еще большее смятение в сознание мальчишки внесла общая какая — то ненависть бывших друзей-одноклассников.
До этого, хоть и был он по состоянию здоровья освобожден от занятий в спортивные часы, все же в компании приятелей Алик брал свое легкостью характера. Правда, бывало и такое, что потешались ребята его неумению действовать в самых простых ситуациях.
Как ни говори, но даже просто подтянуться на турнике, пробежать круг по стадиону, прыгнуть в бассейн с трамплина — все было для маленького Колена серьезной проблемой из-за слабости организма.
Но все же многие любили его искренне — за честность, готовность откликнуться на любую просьбу. До сегодняшнего, правда, дня, когда все закончилось нелепой стычкой в классе, когда были предъявлены чудовищные обвинения в грехах, которые он никогда не совершал, мол, хотел всех заразить.
— Ни за что не пойду больше туда, пусть хоть что угодно обещают! — раз и навсегда решил Алик, произнеся слова как клятву на будущее.
И после этого мальчишка, переполненный обидой, до самого прихода матери строил планы:
— Как сделать так, чтобы обидчики пожалели о своих злых словах.
Но тут же оставил в прошлом грандиозные планы отмщения, едва щелкнул ключ в дверном замке.
— Мама, мама! — бросился Алик навстречу Розе юный Колен.
Та была так бесконечно растрогана таким ярким проявлением чувств любимого и обреченного теперь, как и она сама, сына, что расстраивать Алика мать не решилась.
Сделала вид, будто в их судьбе ничего не произошло и все идет так, как было вчера и будет завтра.
— Ну ладно, ладно, шалун, — словно не зная того, что только что услышала от мужа о случившемся с Аликом в школе, женщина беспечно улыбнулась сыну — Сейчас будем готовить обед.
Она повязалась кухонным фартуком:
— Вот скоро придет отец, все образуется.
Действительно, прошло не так уж много времени, а на кухне уже вполне весело гудели конфорки газовой плиты, на сковородке шипела глазунья, терпко потянуло кофейным ароматом.
Все же тех грошей, что Роза Колен получила в качестве окончательного расчета в бывшем её коллективе магазина, хватило на готовку для всей семьи.
За окном тем временем раздался звук подъехавшей машины, сопровождаемой восторженными воплями детворы.