"Фантастика 2025-2". Компиляция. Книги 1-26 (СИ)

- Это как понимать, господин податель взятки? - поинтересовался Добрыша, когда получил очередной запрет на выход из опостылевшего постоялого двора.
- Пока думаю: никак, - ответил Василий. - Может их Батиханство не с той ноги встало, а, может, охраняют нас таким вот образом.
Их обоз с драгоценным грузом оставался на прежнем месте, причем, за охрану его Вася продолжал рассчитываться из своего кармана. То, что к подносителям мзды относятся с долей неуважения, он принимал, но вот не хотелось мириться с открытым пренебрежением, хоть тресни! Может быть, следовало послать к чертям собачьим всякие дипломатии! Это настроение он от себя гнал, понимая, что такие мысли - всего лишь влияние независимого от чьего бы то ни было расположение духа Добрыши Никитича.
Обретя союзника в виде помощника camerlingo, Вася попытался разузнать, к чему все эти телодвижения могут привести, но прояснить ситуацию толком не сумел. Тот мямлил что-то о развлечениях, соревнованиях и прочую чепуху. Какие, в пень соревнования, если они прибыли с дипломатической миссией!
- Знаешь, друг Бартоломео, - сказал он старому солдату в рясе. - В писании Иисус провозглашается Логосом, что есть Слово. Будь нашим Словом к Бате-хану, стань, как Иисус проводником мысли.
- Чьей мысли? - вздохнул Бартоломео.
- Мысли своей, конечно, - ответил Вася. - А Слово тебе Иисус в уста вложит. Сам решай, что думать и как говорить, но хотелось бы нам определиться, не дожидаясь первого воскресенья после первого полнолуния после весеннего равноденствия (в этот день в Риме празднуется Пасха, примечание автора).
Тот снова вздохнул, и ушел. Но не успел день догореть, как он вернулся с известиями.
- В общем, так, братцы, - сказал Бартоломео. - Завтра вы попадете к Бате-хану со своим прошением. Но тут такое дело, будут у вас испытания в количестве три штуки.
- Что еще за испытания? - удивился Василий.
- Тайна сия великая есть, - поднял палец к небу старый солдат в рясе. - Сначала в кости будете резаться, потом - стрельба из лука, и, наконец, вольные упражнения - борьба. Победите - возьмут ваши подаяния.
- Ну, а, положим, проиграем?
- Тогда вам секир башка, а дань все равно возьмут. Лихо, правда? - Бартоломео рассмеялся каким-то прерывистым лающим смехом.
Василий и Добрыша засмеялись в ответ, но постепенно, словно смысл слов начал до них доходить, замолкли.
- Ну, ты подумай! - возмутился Вася.
- Вот тебе и дипломатия с политикой! - ответил Добрыша.
  
7. Олимпийские игры при дворе.
 
Вооружен - значит, предупрежден. То есть, конечно, наоборот: коли знаешь о схватке, так и оружие загодя готовишь.
У ливонцев было достаточно времени, чтобы подумать, решить и приготовиться. Вася кликнул знакомых по заячьему делу чиган, те, как-то водится, обещали за деньги посодействовать в случае чего. Ну, а Добрыша, пообщавшись с Бартоломео, составил для себя схемы путей, ведущих из вечного города, узнал, где сидят в своих засадах стражники, и какова у них манера поведения.
- Ох, ты и собака, Батя-хан, - сказал перед сном Никитич.
- Какая-такая собака? - закричал главный поп, когда ему донесли эти слова, полученные от уха владельца постоялого двора. - А что еще говорят?
- Ничего больше не говорят, - сообщило то же ухо. Оно, ухо, конечно, поздно опомнилось, поэтому прозевало много событий предваряющих эту фразу. Как-то не было прямых указаний, а к косвенным не было нужды прислушиваться.
- Ухо отрезать, - сказал Батя-хан. - В воспитательных целях, так сказать. Установить наблюдение за ливонцами. В целях профилактики.
Но те уже спали и никакие шпионские разговоры не вели. По крайней мере, один из новгородцев спал, другой же, оставив вместо себя в постели свернутую в валик прикроватную циновку, всю ночь трудился, не покладая рук и не разгибая спины. Но это никто не заметил.
Поутру хозяин двора с перебинтованной головой явился к своим северным постояльцам.
- За вами там пришли, господа хорошие, - сказал он и поморщился от боли в отрезанном ухе. - Много людей, все вооружены и требуют вас немедля.
  
В сопровождении целого отряда наймитов, одетых легкомысленно и помпезно: перья в беретах, широкие, словно надутые на бедрах штаны, они пошли в резиденцию к Бате-хану. Добрыша чувствовал себя бодро и весело, от него самого теперь мало что зависело, так что волноваться было необязательно. Василий же выглядел несколько подавленным и вялым, будто не выспался.
Батя-хан сидел на высоком резном троне из сарайларского мрамора и хмурил брови. Тонкие усы у него от этого топорщились в стороны, а жидкая борода колыхалась, как павлинье перо на сквозняке. На голове красовался высокий белый колпак с заостренной верхушкой, натянутый по самые уши, крючковатый нос будто бы сам по себе шевелил ноздрями.
Василий произнес заранее приготовленную речь, все более упирая на ценность привезенных даров, на их полезность и крайнюю важность. Он просил не побрезговать, принять подарки в обмен на маленькую услугу, которую, без всякого сомнения, Батя-хан может оказать слэйвинским князьям, не испытывая при этом особого напряжения. Василий ожидал, что сейчас должен последовать вопрос об этой услуге, но наступила пауза.
Пауза не только наступила, но и затянулась. Стало слышно, как где-то поблизости булькают голуби.
- На что ты надеешься? - внезапно через переводчиков спросил Батя-хан.
Вася сразу же решил, что тут какой-то подвох, либо неправильное истолкование его слов.
 
 
- Я надеюсь на мать пресвятую богородицу,
 
Да надеюсь на родимого на брателка,
 
На того на братца названого,
 
На того Добрыню Никитича 
 
 
(тоже былина, примечание автора).
Добрыша с удивлением взглянул на коллегу, потом перевел взгляд на человека на троне. Что-то они все заговорили, каждый о своем. Может, и ему песню какую спеть?
 
 
- There's something right with the world today
 
And everybody knows it's wrong
 
But we can tell 'em no or we could let it go
 
But I would rather be a hanging on 
 
 
(Aerosmith - Living On The Edge - примечание автора).
 
 
"С этим миром сегодня всё так, как надо,
 
И все знают, что именно это неправильно.
 
Но мы можем сказать им "нет", а можем просто забить.
 
Но я бы лучше продолжал настаивать" 
 
 
(перевод).
Добрыша промурлыкал куплет еле внятно даже для самого себя, но все, находившиеся в зале почему-то прекрасно расслышали каждое промурлыканное слово. Откуда-то, чуть ли не из-под трона выбрался camerlingo, встрепенулся весь, приосанился и, сложив руки на пузике величиной с арбуз, подошел к ливонцам. Он обошел их вокруг, словно принюхиваясь, а потом неожиданно густым басом сказал, практически, на ухо Никитичу.
- Ну, что же, давайте посмотрим, насколько ты хорош в настольных играх.
Добрыша от неожиданности чуть не подпрыгнул на месте на полторы сажени, и с трудом удержался, чтобы не встать в какую-нибудь защитную позу.
- Мы сюда прибыли всего лишь, как посланники, никто более. Князья отправили нас с поручением, мы его выполнили, - с легким поклоном попытался ответить Василий, но пузатый Батин поверенный поднял руки в прекращающем все дальнейшие разговоры жесте.
Из толпы суровых попов вывернулся один, хлопнул в ладоши и указал пальцем прибежавшим служкам на место под витражным окном. Те во мгновение ока приволокли расчерченный квадратами низенький стол и торжественно высыпали на его середину камушки, часть из которых была окрашена в золотой цвет. Сюда же распорядитель присовокупил плетеное кресло и высокий столик с фруктами и кувшином.