Свирепый (ЛП)
Настоящее наследие — это не тот след, который вы оставляете в этом мире.
Настоящее наследие — это след, который вы оставляете в сердцах тех, кого любите.
— Ты что... плачешь? — Глаза Алекса стали такими большими, какими я их никогда не видел.
— Что? — Я вытираю глаза. — Нет.
— Он точно плачет, — говорит Хадсон, переводя взгляд с меня на моих дочерей.
— Я не плачу!
Хейван качает головой.
— Он делает это постоянно.
Мой рот открывается, чтобы защититься, но правда в том, что она не лжет. Поэтому я захлопываю его.
— Я не знала, что у демонов бывают слезы, — говорит Джордан.
Лиллиан кашляет, но я слышу смешок, который она пыталась скрыть.
— Ладно, хорошо, да, я плачу. — Слезы счастья. Только счастливые слезы.
— Не могу поверить, — говорит Лиллиан, прислонившись к Хадсону. — У него все-таки есть сердце.
— Есть. — Я смотрю, как Хейван покрывает мягкими поцелуями голову Авианы, и моя грудь сжимается от этого зрелища. — Но оно принадлежало Ванессе, и она наконец-то вернула его мне.
В комнате воцаряется тишина, и никто не двигается, кроме Хейван, которая медленно укачивает свою младшую сестру.
Хадсон моргает.
— Это слишком странно, — бормочет он.
— Что странно?
Поворачиваюсь на звук голоса Ванессы, когда она входит в комнату. Мышцы моих ног дергаются, чтобы как-то помочь ей, но я заставляю их оставаться на месте, потому что она ненавидит, когда я суечусь вокруг нее. О, это одна вещь, которая, как я понял, у меня отлично получается. Чрезмерная забота.
— Все подкалывают папу из-за того, что он плачет, — говорит Хейван, и, черт возьми, у меня снова слезятся глаза от того, что она называет меня папой.
Уголки идеальных губ Ванессы в форме бантика приподнимаются, когда она прижимается ко мне. Нежные пальчики касаются места у меня под глазом.
— Это восхитительно. — Она приподнимается на носочках, и я опускаю голову, чтобы дотянуться до ее губ.
Я мог бы целовать ее часами. Всю оставшуюся жизнь.
— Хватит, вы двое. — В голосе Хейван звучит улыбка. — Боже.
Я отстраняюсь от губ Ванессы и заправляю прядь ее темных волос за ухо.
— Я надеялся, что ты подольше поспишь.
— У нас гости. Я не хочу ничего пропустить. — Она оглядывает гостиную, обставленную мебелью нейтральных тонов, которая располагает к тому, чтобы устроиться поудобнее и остаться на некоторое время. — А где Кингстон и Габби?
— Тебе лучше не знать. — Я украдкой целую ее еще раз, прежде чем она, Лиллиан, Джордан, Хейван и ребенок исчезают в библиотеке, чтобы посидеть у огня.
— Никогда не считал тебя семейным человеком, — говорит мой близнец и отводит взгляд от комнаты, в которую ушли женщины. — Но вот ты здесь.
Я пожимаю плечами.
— Все, что мне нужно делать — это любить их.
Александр хмыкает.
— Вы собираетесь пожениться?
— Со временем, но я не тороплюсь. Я знаю, где мое место, и оно здесь, с ними. Если и когда Ванесса захочет узаконить отношения, мы это сделаем. Я никуда не уйду.
Кингстон возвращается в комнату, его рубашка на пуговицах осталась расстегнутой.
— Это было быстро, — с усмешкой говорит Хадсон.
Брови нашего младшего брата поднимаются.
— Вы видели мою женщину?
Мы все киваем в знак согласия, осознавая одну очень реальную истину. Мы все привязаны и преданы женщинам в наших жизнях. Тем, которых мы совсем не ожидали. Тем, которые ворвались и украли наши сердца.
Тем, которые показали нам, что жизнь мало что значит без любви великой женщины.
Notes
[
←1
]
Библейский пояс — регион в Соединённых Штатах Америки, в котором одним из основных аспектов культуры является евангельский протестантизм.
[
←2
]
Список 500 крупнейших компаний США по размеру выручки, составляемый журналом Fortune.
[
←3
]
DILF (рус. дилф) - сленговая аббревиатура от англ. «Dad I'd Like to Fuck» («папа, которого я хотела бы трахнуть»). Это образ взрослого красивого, сексуального и в тоже время надежного мужчины.
[
←4
]
Нохо (район Нью-Йорка в нижнем Манхэттене, известный как центр авангардистского искусства, музыки, фильмов и мод; США)
[
←5
]
Моральное большинство — это американская политическая организация и движение, связанные с христианскими правыми и Республиканской партией в Соединенных Штатах.