Марина. Стать драконом (СИ)

«Марина, Путь ещё не везде открыт. Кто его знает, как он будет себя вести. Лучше пусть Ашшах с тобой идёт, всё не одна в передрягу, если что, попадёшь!»
«Крис, вот умеешь ты утешить, честное слово! — Марина ощутила, как по спине пробежал холодок. — А ты можешь за нами присмотреть?»
«Я контролирую только вход. Сам Путь мне не подчиняется…»
«Только этого не хватало!»
Сделав шаг назад, и прижавшись к обнявшему её дракону, кратко передала слова Криса. Мужчины вокруг заволновались, а вот Марина думала в этот момент о том, как рискует сейчас кто-то из алифов… Он может остаться в этом мире и не вернуться домой… Срочно надо предупредить!
Прихватив яркие светильники, давно уже доставленные из пещерного города, где вскрыли запертые старинные хранилища, троица драконов переступила порог. В дальнем конце пещеры, у самой границы, где начинался коридор, сидела маленькая фигурка. Заметив свет, человечек вскочил. Марина узнала Лудикрэса!
Она ускорила шаги, слегка притормаживаемая Ашшахом, который так и не отпустил её из своих рук, твёрдо намеренный не выпускать своё счастье.
— Лудикрэс! — Марина помахала рукой. — Ты видишь границу Пути?
Гном кивнул.
— Здесь она. Она перестала двигаться, мы даже не решились забрать твои дары, только записку, она совсем близко лежала…
— Правильно, — Марина краем уха слышала, как драконы совещаются у неё за спиной. — Не стоит рисковать.
— Мы с Мариной сейчас переступим границу, — вклинился Ашшах. — Как раз и проверим, можно ли теперь свободно выходить в этот мир.
— Ну, попробуйте, — голос Лудикрэса прозвучал нерешительно.
Марина оглянулась на названного отца, который с улыбкой кивнул ей и сделал необычный жест рукой, рисуя в воздухе невидимый символ. Марину окатило волной тепла. Она послала дракону воздушный поцелуй, заглянула в смеющиеся глаза Ашшаха и пара переступила границу Пути. Ничего не произошло. Ашшах, не отпуская руки Марины, притянул к себе корзины с фруктами и цветами, пододвинутые Шеххаром. Потом притянул девушку к себе вплотную.
— Пробуем?
Марина поняла, что предлагает дракон. Решительно кивнула и пара одновременно перешагнула границу, возвращаясь в пещеру. Переход выпустил драконов с лёгкостью.
— А! Да что ж я, не алиф⁈ — послышался позади голос Лудикрэса.
Раздался топот его ног и маленький человечек, с разгону перепрыгнув границу Пути, выбежал почти в середину пещеры.
— Ну, ты даёшь! — воскликнула Марина. — А теперь все вместе пробуем обратно!
Троица дружно перешагнула черту.
— Мир открыт!
Лудикрэс вдруг запрыгал на месте, изображая что-то вроде дикого танца с восклицаниями и вскриками.
Воины, стоявшие у входа в пещеру, глядя на такое, смеялись уже в голос.
— А можно я на небо посмотрю?
— Да, пожалуйста, — ответила Марина. — Только смотри, как бы от переизбытка впечатлений плохо не стало!
Лудикрэс уже не слушал. Быстро перебирая ногами, он мчался к выходу, в котором виднелось тёмное ночное небо. Он остановился на самом пороге, не обращая никакого внимания на столпившихся вокруг, но постаравшихся не закрыть обзор, людей.
Маленькая фигурка застыла, впившись взглядом в наполненное мириадами звёзд небо. Алиф вдохнул, впервые в жизни, вольный воздух и… Вдруг осел на землю…
Все кинулись к нему, встревоженные падением, а он лежал, крепко зажмурив глаза, а из уголков глаз текли слёзы…
— Что с тобой, — отодвинул всех Шеххар.
Лудикрэс открыл глаза и посмотрел на встревоженного дракона. Чуть всхлипнул и прошептал:
— Это так страшно и так волшебно! Небо, оно такое бесконечное…
Замершие вокруг люди и драконы оглянулись, словно впервые глядя на окружающий мир. Не одно сердце дрогнуло в этот момент, очарованное красотой ночи, царившей у пещеры…
А потом… Потом завертелось.
Лудикрэс пришёл в себя и сообщил, что ему срочно надо вернуться к своим. Он, откровенно говоря, сбежал, ничего никому не сказав. На самом деле алифы собираются отправить к этому входу небольшую делегацию. Получив записку Марины, сейчас все в недоумении — что и как надо сделать. Алифы настолько привыкли к размеренной жизни, что сообщение о том, что проход может быть открыт, разделило их на два лагеря. Молодёжь рвалась на поверхность, старики опасались. Но, раз уж есть возможность уходить и возвращаться… Ведь жители этого мира могут разрешить…
  
Молодого алифа успокоили, что да, могут разрешить. И не просто разрешить, а будут рады, если мастера смогут договориться с людьми о взаимовыгодном сотрудничестве.
— Я пойду с тобой, — проговорил Шеххар. — Действительно надо переговорить с вашим правительством.
— Отец, прости, но… Там такие низкие проходы… — выкрутилась Марина, поймав удивлённые взгляды.
Дракон рассмеялся в ответ:
— Ради благого дела не грех склонить голову. А ты со мной хочешь?
— Хочу, но… Если честно, я боюсь отпускать тебя туда. Мало ли что. Вы вот за меня боялись… А я вдруг вспомнила слова старика на Земле — «пещера своих знает и берёт». Что если это правило до сих пор действует?
— Она права, Шеххар. Думается, надо пойти нам с Мариной. Оттуда пройдём и в её мир. Всё же надо предупредить землян об опасности. А ты оставайся здесь.
В итоге договорились, что Лудикрэс отнесёт своему правителю несколько писем. Их надо доставить на материнские миры. Этот мир от ахлис очищен, но, остающемуся в одиночестве Шеххару, нужна помощь коллег из древних рас.
Шеххар слетал в замок и вернулся с несколькими запечатанными письмами. Так же просили передать правителю, что этот мир полностью безопасен и проход на него, для всех желающих, открыт. А вот на другие миры, пока их не проверят на отсутствие горгот, соваться пока не стоит. Впрочем, Ашшах придёт через несколько дней и всё разъяснит. К тому же, Крис за эти дни постарается связаться с как можно большим количеством своих сородичей, тогда, возможно, откроются и другие миры.
Отправили домой Лудикрэса, навьючившегося подарками так, что шёл, сгибаясь чуть не до самого пола. Воины приступили к своей охранной службе, возбуждённо обсуждая происходящее. А драконы, усадив Марину на спину обернувшегося Ашшаха, вернулись в замок. Предстояло много работы. Надо было решить, что делать с внешностью дракона, раз уж он решился отправиться на Землю.
* * *
В поселении алифов старейшины, встретившие гостей с почестями, увели Ашшаха на переговоры. А Марина с огромным удовольствием отправилась за Лудикрэсом к нему домой.
Она шла, едва слышно посмеиваясь, когда взгляд останавливался на красных, ушах молодого алифа. Тот сопел, слыша смешки, похоже, пытался обидеться… В конце концов не выдержал, повернулся к девушке и разразился хохотом, вытирая слезинки, выступившие на глазах.
— Да смейся уж, смейся… Отец мне трёпку устроил, когда я вернулся. Оказывается, они заметили, что меня нет и обыскались. Впрочем, сестричка сразу поняла, куда я отправился. Но ей не поверили, к счастью для меня. Зато теперь, — маленький человечек, приосанившись, положил одну руку на пояс, другой повертел молоток, висевший на боку, — теперь вся молодёжь меня героем считает!
Не выдержав, Марина и правда рассмеялась.
— Пошли, герой, а то сейчас тебе отец опять трёпку устроит. Что-то говорит мне, что встречать нас ты отправился тоже без разрешения?
— Не-е, — отмахнулся Лудикрэс, — в этот раз он знает, где я. Он сам велел узнать, не хочешь ли ты у нас погостить, пока там старейшины разговоры разговаривают.
— Отлично, тогда поспешим. У меня есть пара подарочков вашей семье.
Глаза молодого алифа загорелись от любопытства, и он ускорил шаги, стараясь поскорее проводить гостью в родовую пещеру.
Совещание шло долго. Так долго, что девушка успела и посидеть за большим столом со старыми знакомыми и их роднёй, и рассказать свою историю, опустив некоторые подробности, и описать, какой прекрасный открылся мир…
На столе, в самом центре, стоял букетик милых розовых цветочков. Алифы жадно их рассматривали, иногда потихоньку, что бы не сбивать гостью с рассказа, обсуждая, какие камни можно взять, что бы повторить в камне эти чудесные цветы. Рядом с цветами стояла большая стеклянная банка, в которой Марина принесла огромную бабочку. Живую, устроившуюся на чёрной ветке колючего кустарника. Бабочка изредка шевелила крыльями, чем заставляла окружающих замирать от восторга.